Алхимаг: Горю, но не сгораю! (СИ) - Глебов Виктор - Страница 11

— Уж сделай такое великое одолжение, — усмехнулся я.

Ворчание чура давно стало частью его образа, стиля общения. Не думаю, что он сам придавал ему значение. И едва ли ему, действительно, требовалось одобрение. Уверен, на самом деле фамильяра интересовала лишь пища. И она ему требовалась. Для развития. Он брал энергию из плоти, поглощая её и претворяя в какую-то свою собственную силу. Возможно, это было сродни алхимии, а может, и нет. Всё-таки, фамильяр был как частью этого мира, так и другого — в котором я родился. Мира богов.

Василиса исчезла, а я позвонил в госпиталь, чтобы узнать, как дела у Михаила. Дежурный врач ответил, что с парнем всё по-прежнему. Угрозы для жизни не было, но он оставался в коме. И сколько она продлится, никто предсказать не мог. Увы, не все травмы лечатся алхимагией. Пока.

Разговор с врачом навёл меня на мысли о Магистерии. Вожделенном Философском камне, о котором так мечтали люди этого мира. И я, в том числе. Раз уж стал одним из них.

Завершив беседу, я откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Пора заглянуть в Карман моего отца. И узнать, чем он занимался и каких результатов достиг. Моих знаний, конечно, не хватит, чтобы понять всё. Но было очень любопытно, наконец, посмотреть, за чем так охотятся алхимаги от мала до велика.

Мои штудии прервал стук в дверь. Я так погрузился в то, что оставил в наследство Николай Мартынов, что не сразу понял, какой именно звук доносится до меня, словно проходя сквозь толщу воды.

Открыв глаза, несколько раз моргнул, приходя в себя.

Стук повторился.

— Кто там? — сипло крикнул я.

— Еремей, Ваша Светлость. Позвольте войти.

— Открыто!

Дверь отворилась, и камердинер переступил порог. Вид у него был странный. Таким я старика ещё не видел. Он всегда казался спокойным, уверенным и… знающим, что делать. Даже когда моих родителей убили, не растерялся. Сейчас же на нём буквально лица не было.

— В чём дело⁈ — я резко выпрямился на диване. — Что стряслось?

— К вам посетитель, — проговорил Еремей. — Вернее, посетительница. Она ожидает в малой гостиной. Я взял на себя смелость проводить её туда.

— Видимо, какая-то необычная гостья, раз ты выглядишь, будто призрака увидел. Кто она?

— Могу лишь предполагать, Ваша Светлость.

— Ну, так предположи, — велел я.

Тон камердинера мне совсем не нравился. Он, и правда, вёл себя не так, как обычно. Даже закралась мысль, не пробрался ли в дом лицедей, принявший вид старика.

— Думаю, это посланница Ордена Кадмоновых невест, господин, — зачем-то понизив голос, ответил мажордом.

Что⁈ Одна из тех, кто обитает на парящем над городом левиафане⁈ Какого чёрта ей понадобилось здесь?

— Что, такая страшная? — спросил я, вставая.

— Она прекрасна, Ваша Светлость.

— Ты выглядишь не так, словно увидел писанную красавицу.

— Прошу прощения, господин, — старик отвесил смущённый поклон. — Мне передать, что вы её примете?

— Я думал, невесты никогда не спускаются со своего заколдованного зверя.

— Только в самых крайних случаях.

— Что ж, тогда я заинтригован. Не будем заставлять женщину ждать. Ты свободен, старик. Я сам найду дорогу.

Когда я вышел из комнаты, Еремей вдруг окликнул меня:

— Ваша Светлость!

Пришлось обернуться.

— Что такое?

— Будьте осторожны. Об этих женщинах ходят разные слухи.

Проклятье, да что с ним такое⁈ Неужели какая-то девчонка могла настолько испугать его?

— Например? — спросил я.

— Говорят, невесты способны проникать прямо в голову, — камердинер постучал согнутым указательным пальцем по своему виску. — Они опасны, господин.

— И что, эта влезла в твою седую черепушку?

— Не смейтесь, Ваша Светлость. Ходят слухи, что невесты умеют подчинять людей. А дыма без огня не бывает.

— Ладно, спасибо за совет. Хотя, если ты прав, чем он мне поможет? Иди по своим делам. Я сам займусь нашей гостьей.

На этом я оставил старика и отправился в малую гостиную.

Возле двери стоял дрожащий лакей. Бледный, как мел.

— Ваша Светлость! — склонился он, едва я приблизился.

— Что ты тут делаешь, Федя? — спросил я. — Караулишь?

— Так точно. Меня господин камердинер оставил.

— Ну, иди, займись чем-нибудь.

— Спасибо, Ваша Светлость! — с облегчением выдохнул парень и тут же ретировался.

Даже дверь позабыл отворить. Ну, что ж, с этим я и сам справлюсь. И чем только Кадмонова невеста их всех так напугала?

Войдя, я сразу увидел невысокую девушку в фиолетовом платье. Нет, скорее, мантии. Или рясе. Сходу и не разберёшь. На голове у неё был капюшон. Когда я переступил порог, она беседовала с Панургом, который меланхолично обметал венчиком бронзовые канделябры на каминной полке.

— Не знаю, да покроется паутиной моя система охлаждения, — проговорил он, видимо, отвечая на какой-то вопрос. — Это вне моей компетенции.

Незваная гостья обернулась и оказалась очень даже симпатичной девушкой лет двадцати шести с точёными чертами лица, зелёными глазами и золотистыми локонами, выбивающимися из-под капюшона.

— Князь Мартынов, — проговорила она, сделав лёгкий книксен. — Прошу прощения за то, что явилась без приглашения. Надеюсь, не спутала ваши планы?

Я окинул её внимательным взглядом с головы до ног. Хм… Ну, и что в ней такого пугающего? Видимо, молва о способностях Кадмоновых невест.

— Не спутали, — сказал я и указал на кресло. — Прошу, располагайтесь.

— Благодарю. Вы очень любезны, князь.

— Стараюсь.

Девушка прошла через комнату и опустилась в кресло, положив руки на колени.

— Меня зовут Суламита, — представилась она.

— А фамилия? Из какого вы рода?

— У Кадмоновых невест нет фамилий, — серьёзно ответила гостья. — Мы отказались от прошлого ради будущего.

— Но не от левиафана и модулей, которые держат его в воздухе, — улыбнулся я и сел напротив.

— От них — нет. Как и от пожертвований, что нам присылают время от времени те, кто верит в наше дело.

— В сверхчеловека?

— Именно. А вы, князь, верите?

— Что люди однажды станут богами? Ну, кажется, всё к этому идёт. Или я ошибаюсь? Как эксперименты вашего Ордена? Обнадёживают?

— Более, чем. Но, увы, до успеха ещё далеко.

— Обычно так и бывает. Не угодно ли чаю или кофе?

— Нет, благодарю. Я прибыла по делу.

— Видимо, очень важному, раз спустились с небес на землю.

— Всего лишь с левиафана, князь. Я так понимаю, вам кое-что известно о нашем Ордене. Позвольте спросить, как много?

— Полагаю, лишь то же, что и всем. Вы не особо стараетесь стать популярными.

Я заметил в зелёных глазах собеседницы неподдельный интерес. Видимо, её удивляло, что у меня не трясутся поджилки, как у слуг.

— Это правда, — согласилась она после короткой паузы. — И на это есть причины. Некоторые полагают, будто мы совершаем святотатство. Насилие над человеческой природой.

Я пожал плечами. Меня явно прощупывали. Примеряли тактику ведения переговоров. А они точно намечались. И, кажется, я догадывался, по какому поводу.

— Неудивительно, госпожа Суламита. Учитывая, что эксперименты над человеческим генофондом запрещены.

— Не все, — улыбнулась девушка.

Она меняла тон и манеру общения, проверяя, которая подойдёт лучше всего, чтобы расположить меня к себе. Наверное, с подростками ей иметь дело ещё не приходилось. А может, она вообще до сих пор не спускалась с левиафана — кто знает?

— Разрешено только вмешательство, которое не передаётся по наследству, — кивнул я. — Но вы-то занимаетесь не этим. Без селекции у вас ничего не выйдет. Значит, на борту левиафана процветает евгеника. Я прав?

— Возможно, князь. Но, так или иначе, наши научные изыскания не единственный способ дать человечеству бессмертие.

— Да, вы пытаетесь конкурировать с поисками или созданием Философского камня. Но, госпожа Суламита, хоть вы и чудесный собеседник, не могли бы вы перейти к цели своего визита? Не думаю, чтобы вам удалось понять меня лучше, чем сейчас, если мы проведём здесь за светскими разговорами ещё полчаса или час. А у меня куча дел. Сами понимаете — наследство мне досталось хлопотное.