Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ) - Белышева Ольга - Страница 67

Гул становился все громче, низкий и угрожающий, словно приближающийся поезд, только вместо металлического рева — зловещее жужжание тысяч крыльев. Земля под ногами задрожала, и мы с Шелли инстинктивно прижались к Монти. Черныш, обычно полный цинизма и насмешек, теперь выглядел напряженным. Его лицо утратило привычное насмешливое выражение, сменившись сосредоточенной серьезностью. Он быстро осматривался вокруг, оценивая нашу безрадостную ситуацию.

Шалаш, наш жалкий островок безопасности, теперь казался просто картонной коробкой перед лицом надвигающейся стихии. Тем временем Яков вернул свою тень, и теперь сидел неподалеку, сосредоточенно оглядывая обстановку. Купол, который мы с ним воздвигли, оказался на удивление крепким. Уже сотни этих тварей ударились о его невидимую поверхность, но он не дрогнул. И все же чувство опасности не покидало нас ни на мгновение.

Я подняла взгляд вверх и сквозь мерцающий барьер видела тени — черные, стремительные, они носились с огромной скоростью, будто хищные птицы, кружившие в поисках добычи. Каждый раз, когда одно из этих существ врезалось в купол, он глухо вибрировал, а мы невольно вздрагивали. Я уже не считала разы — сотый это был удар или тысячный, — но каждый раз сердце замирало, а в голове мелькала мысль: «Сейчас все рухнет, и нам конец».

Монти молчал. Его взгляд был прикован к теням наверху. Шелли сидела рядом со мной, ее дыхание было неровным, а пальцы судорожно сжимали кинжал в руке.

— Долго они будут нас тестировать? — наконец пробормотал Монти, не отрывая глаз от мелькающих теней над нами. Его голос был тихим, но напряженным.

— Пока не убедятся, что мы либо сдадимся, либо погибнем, — отозвался Черныш, все еще не двигаясь. Его голос звучал глухо, но твердо.

Яков поднял голову и посмотрел на нас. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло что-то странное — смесь усталости и решимости. Тень вокруг него начала двигаться, словно готовилась к чему-то.

— Мы продержимся, — вдруг сказал он, и его голос прозвучал неожиданно твердо. — Этот купол выдержит. Мы просто должны продержаться.

Его слова заставили меня сжаться еще сильнее. Мы вложили все силы в создание этого барьера, и страх перед тем, что он может не выдержать, был почти невыносимым. Если купол падет — нас больше ничего не спасет.

— Вы что-то задумали? — спросила Шелли, ее голос дрожал, но она старалась казаться спокойной. Ее руки все еще сжимали кинжал, хотя я понимала, что против такой массы врагов он был бесполезен.

Яков кивнул в сторону Монти:

— Нужна приманка.

— Вы думаете, если мы с Шелли обернемся змеями, то они помчатся за нами? — спросил Монти, нахмурившись. Его голос звучал сдержанно, но в нем чувствовалась внутренняя борьба.

— Ваша змеиная скорость очень большая, вы сможете увести стаю в другую сторону, — ответил Яков, избегая смотреть прямо в глаза. Его слова звучали рассудительно, но в них было что-то слишком холодное, как будто он уже смирился с жертвой.

Монти сжал кулаки, его челюсти напряглись.

— Но они сейчас над нами! Уже поздно… — возразил он.

Яков отвел взгляд, его плечи поникли.

— Тогда ждем, — грустно подытожил он. — Ты прав, уже поздно. Если вы выползете, то тут же станете едой этих тварей.

Мы замолчали. Время тянулось невыносимо долго, словно кто-то нарочно растягивал каждую секунду, превращая ее в вечность. Прошел час. Час нескончаемых, глухих ударов, доносящихся снаружи. Эти звуки были тяжелыми, как удары гигантского молота, обрушивающегося на наш купол. Казалось, рой, собравшийся снаружи, был бесконечным. Ни один звук не намекал на то, что их становится меньше. Напротив, с каждым ударом казалось, что давление возрастает, будто враги знали, как сильно нам нужно время, и пытались его отнять.

— Это же сколько их там?! — не выдержал Монти. Его голос дрожал от раздражения, перемешанного с усталостью.

— Не спрашивай, — тихо ответил Черныш. Он сидел в углу, неподвижный, словно боялся, что любое движение может спровоцировать новую волну хаоса. — Для меня это как град, который идет слишком долго. Только этот град — из живых существ.

Гул продолжал давить на уши, превращаясь в невыносимую звуковую пытку. Удары становились все яростнее, будто рой никак не мог смириться с тем, что его так называемая пища недоступна. Казалось, мы оказались в ловушке времени — каждая минута тянулась бесконечно, словно мы проживали ее заново, снова и снова.

Я перевел взгляд на Шелли. Она сидела рядом со мной, обхватив руками колени. Ее глаза были устремлены в пустоту. Уверенность, которая всегда исходила от нее, исчезла без следа. На ее лице читались только усталость и безысходность.

— Мы не можем просто сидеть и ждать, — наконец пробормотала она, нарушив тягостное молчание.

— А что ты предлагаешь? — раздраженно бросил Монти, резко обернувшись к ней. — Выйти наружу и умереть?

— Я не знаю! — в ее голосе прозвучала истерика. — Но я больше не выдержу! Ждать смерти или чуда под этим гулом просто невозможно!

— Хватит! — резко прервал их Яков. Его голос прозвучал твердо, как удар ножа. — Мы пока живы. И пока купол держится, мы должны ждать. Ждать чуда.

Вновь повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь глухими ударами роя над нами. Каждый из нас замкнулся в себе, погрузившись в собственные мысли. Мы размышляли о разном, но все мысли сводились к одному: как выжить, что делать дальше, как выбраться из этой ловушки.

И вдруг шум прекратился. Мы замерли, не веря собственным ушам. Вокруг стало так тихо, что казалось, будто сам мир остановился. Никто не осмеливался пошевелиться — любое движение могло разрушить эту хрупкую, почти нереальную тишину.

Прошло несколько минут, прежде чем мы решились выглянуть наружу. Мы выходили медленно, словно пробирались сквозь вязкое болото страха. Каждый шаг давался с трудом: ужас сковывал наши тела, но любопытство и надежда, хрупкая, как паутина, толкали нас вперед.

Вокруг нас была разруха. Земля была усеяна мертвыми телами существ, которые еще недавно отчаянно пытались пробить наш купол. Их остовы, покрытые жесткими хитиновыми панцирями, лежали повсюду, словно черный ковер, укрывший землю до самого горизонта. Воздух наполнился удушливым смрадом разложения, который казался невозможным, ведь прошло всего несколько минут с тех пор, как все стихло.

Тела людоедов лежали неподвижно, со следами укусов на их панцирях и конечностях, словно даже в своей смерти они стали жертвами. Ящеры, которые нас везли, были обглоданы до самых костей. Поваленные деревья, мертвые птицы и останки другой живности дополняли картину хаоса. Это место больше напоминало кладбище, чем когда-либо живую природу.

Вдалеке мы заметили огромную черную точку, которая медленно удалялась, становясь все меньше и меньше. Это был рой. Он уходил прочь, оставляя за собой лишь разрушения и пустоту. Земля, выглядела безжизненной и опустошенной. Казалось, рой не просто двигался — он выжигал все на своем пути, не оставляя ни единого шанса на восстановление.

— Они всегда едят на ходу? — нарушил тишину Яков, глядя вслед удаляющемуся рою. Его голос звучал сдержанно, но в нем чувствовалась тревога.

— Похоже, да, — ответил Монти. Его голос был тихим, словно он не хотел нарушать покой этого места, уже изувеченного нашествием. — Нам в этом смысле повезло. Если бы они решили сделать привал, нас бы уже не было.

Мы стояли молча, осматривая последствия их нашествия. Рой не просто двигался, он уничтожал все живое на своем пути. Эти существа были неумолимы, их голод — бесконечен. Земля была изрыта, остатки растительности напоминали обугленные скелеты, а воздух пропитался странным, резким смрадом, будто сама природа кричала о помощи.

— Но почему они ушли? — прошептала Шелли. Ее голос дрожал, будто она боялась даже дышать громко.

— Может, что-то их отвлекло, — предположил Черныш, который все это время молчал, наблюдая за горизонтом. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах читалась напряженность. — Или они просто насытились.