Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ) - Белышева Ольга - Страница 139

Тишина.

Ни аплодисментов, ни возгласов — только потрескивание догорающих останков да тяжелое дыхание тысяч зрителей. Поле больше не напоминало игровое: земля была залита кровью, разорванные тела, клочья плоти, разбросанные, как мазки на полотне безумного художника.

Это была не победа.

Это был конец бойни.

Наши выжившие бойцы стояли, озираясь по сторонам. Ни радости, ни торжества — только пустота в глазах. Игра перестала быть игрой с первой же минуты, как Астарот внес свои кровавые правки в правила. Мы были всего лишь пешками в его дьявольском спектакле.

Дым рассеялся. На табло высветились итоговые цифры выживших:

Команда Север — 32. Команда Запад — 15.

Я открыла общий канал связи. Голос звучал хрипло, но твердо:

— Вы сражались как герои. Вы отдали все, что могли, и даже больше. Важно понимать: в битве побеждает не только более опытный воин, но и тот, кто готов пожертвовать всем ради цели. Вы доказали, что достойны называться воинами.

Я отключила связь.

И тогда, наконец, сорвалась.

— Ради чего?! — мой крик разорвал тишину. — Ради этой проклятой игры?! Так не должно было быть!

Голос дрогнул, превратившись в шепот:

— Так не должно было…

Я захлебнулась в пучине боли. Рухнув на колени, я беспомощно металась по земле; слезы ручьями текли по лицу, а в кулаках судорожно плясала дрожь. Генерал и Богдан робко подошли, пытаясь найти слова утешения.

— Ничто не было напрасным, — прохрипел Генерал, понурив голову. Легкая дрожь прошлась по его рукам. — Они не меньше твоего горели желанием победить. Но цена... непостижимо велика. Главное — все выжили.

Эрдан молча взял меня за руку. В его обычно бесстрастном взоре теперь плескалась боль, как в расплавленном металле.

— Не позволяй чувствам взять верх, — произнес он, но даже его голос звучал неестественно напряженно. — Только мы знаем, что они умирали по-настоящему. Оттого нам вдвойне тяжелее. Мы видели не виртуальный игровой кошмар, а реальное уничтожение и превращение тел в кровавое месиво. Мы справимся, но тебе придется собраться: помни о сосуде и о своих ящиках с болью, которые ты захоронила глубоко внутри. Не дай им вырваться наружу.

Я видела: они и сами держатся из последних сил. Плечи Генерала предательски дрожали, Богдан отвернулся, исподтишка стирая влагу с лица. Эрдан дышал слишком ровно, слишком под контролем — верный признак шторма, бушующего где-то в глубине.

Как стереть эти образы?

Как забыть смрад гари и крови? Разорванные тела, хруст костей... крики ада.

Я судорожно вдохнула, пытаясь унять дрожь. Только дыхание начало выравниваться, как по спине пробежали ледяные мурашки.

Экран интерфейса вспыхнул алым.

Я рванула рукой, вызывая карту — и кровь застыла в жилах.

Метка «Одержимость».

Рядом.

Нет, не просто рядом — в лагере. Там, где осталась Клавдия и Дима.

Красная точка резко приблизилась к стоянке... и теперь медленно удалялась в сторону Туманного леса.

В углу экрана мерцали обновленные характеристики:

«Око:

Одержимость — 35

Тень — 19»

— Ясный здесь, — вырвалось у меня, голос стал чужим, перекошенным шепотом.

Эрдан нахмурился:

— Почему ты бледнее трупа? Что случилось?

— Он враг, — прошептала я, и пальцы сами сомкнулись на рукояти меча.

Богдан присвистнул:

— Да ладно? Ты серьезно? — но, увидев мой взгляд, тут же сменил тон: — Что он тебе сделал?

Я молчала, провожая взглядом удаляющуюся метку. Казалось, дышать стало чуть легче.

Но перед глазами встал он — некогда родной образ, с безмятежной улыбкой.

Предатель.

Тот, кто убил меня и мать. Да, мы возродились и были вынуждены бежать. Он загнал нас на Землю, а потом нашел, вернул, втерся в доверие сладкими сказками...

А после — добил.

Но зачем он здесь? Как проник в игровую зону? Ждал окончания матча, чтобы проскользнуть?

Говорил с Клавдией?

Или...

В голове пронесся шепот Тени:

«Твой ребенок в опасности».

Сердце остановилось.

— Его надо остановить… Он забрал моего сына! — голос мой дрожал, глаза расширились от ужаса. — Тень сказала…

Эрдан резко развернулся ко мне, лицо искажено недоверием:

— Какая еще, к чертям, Тень?! Дина, ты вообще слышишь себя? После встречи с Астаротом ты ведешь себя как одержимая! Твои речи, твои ухмылки… Ты понимаешь, что обвиняешь Ясного? Того самого, который…

— Фрррх!

Бастет, пробегая мимо, фыркнула, одарив нас презрительным взглядом. Наша «немота» явно раздражала ее — мы стояли, переглядываясь, как сумасшедшие: я, Эрдан, Генерал и Богдан.

— Это был мой секрет… — прошептала я, сжимая кулаки. — У меня есть… друг. Он приходит во снах. Я боялась, что меня сочтут безумной…

— Так оно и есть! — Эрдан почти крикнул, разводя руками.

— Но это не галлюцинация! — выпалила я, чувствуя, как гнев подкатывает к горлу. — Тень реальна. Она помогает. Я проверяла!

Взгляды ребят не изменились. Бесполезно. Я резко развернулась и рванула вперед, крикнув через плечо:

— Да пофиг!

Ребята, хоть и не до конца понимали ситуацию, но безоговорочно бросились следом за мной к лагерю.

Бастет неслась впереди, пылая любопытством — ей не терпелось узнать, что стало причиной нашей ссоры. В этот момент к нам присоединился Мотя, очевидно заметивший, с какой поспешностью мы покинули ворота команды «Запад», и решивший выяснить, в чем дело.

Лагерь.

То, что мы увидели, пронзило сердца ледяным ужасом.

Клавдия лежала бездыханная; ее лицо было белее снега.

Я опустилась на колени, судорожно схватив ее за запястье, — пульс прощупывался. Слава небесам…

Пока остальные в нерешительности переглядывались, я уже открывала виртуальную карту, отыскивая метку «Одержимость». Пульсирующая точка маячила где-то недалеко, она двигалась дальше, по направлению к Туманному лесу.

— Быстро, туда! Бастет, останься с ней! — бросила я через плечо, уже разворачиваясь в нужном направлении.

Мы бежали, как ураган. Колючие ветви хлестали по лицам, цепкие корни под ногами словно пытались схватить за лодыжки. Воздух был густым и влажным, пропитанным запахом гниющих листьев.

И вдруг — я увидела.

— ВОТ ОН!

Среди серых стволов мелькнул знакомый силуэт. Ясный, прижимающий к груди моего сына, резко замер, когда Мотя сделал рывок вперед и встал перед ним, преграждая путь. Его пальцы впились в плечо Димы — живой щит. Медленный, театральный поворот головы — безмолвная угроза читалась в каждом движении: шагнете — ребенку конец.

Мы окружили его, застыв на смертоносной дистанции. Клинки зловеще поблескивали в тусклом свете. Эрдан уже шептал заклинания, и невидимая магическая петля сжималась вокруг предателя. У нас было пять–десять минут — ровно столько, сколько требовалось, чтобы лишить его возможности телепортироваться.

— Отпусти его, Ясный! — голос Эрдана звенел, как закаленная сталь. — Ты в ловушке.

Богдан выставил вперед тяжелый меч, Генерал развел в стороны два кинжала — их лезвия сверкнули, как клыки разъяренного зверя.

— Вы слепцы! — в голосе Ясного звучала пугающая убежденность фанатика. — Я спасаю его! Если отправлю в другой мир, он будет в безопасности. Весь мир Лурапис будет в безопасности, и проклятое пророчество никогда не сбудется.

— Тогда я отправлю тебя первым! — рев Богдана разорвал тишину.

Взмах руки Ясного — и воздух вспыхнул синим: энергетический барьер отбросил Богдана обратно.

— Дедуля… Ты совсем с ума сошел? — Богдан встал на колено, пальцы сжимали меч так сильно, что трещала рукоять. — Отдай ребенка.

Но Ясный смотрел только на меня. Его голос резал слух:

— Дина, ты должна меня выслушать! — перебил он суматошно. — Старейшины уже движутся сюда с целым войском. Они полностью расшифровали пророчество Оракула. Мы все ошибались, думали, что сможем что-то изменить. Но именно ты станешь той, кто выпустит Темных Богов из их подземной тюрьмы! Твое предназначение было переопределено много веков назад. Ты станешь той, кто положит конец существованию обоих миров и обратит их во мрак!