Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ) - Белышева Ольга - Страница 126

И тогда — яркая вспышка вырвалась из черной бездны. Я застыла, ослепленная. Из глубины, словно оживший миф, вознесся Эрдан. Его белоснежные крылья расправились c королевским величием, заливая зал сиянием, от которого меркли даже факелы. На какой-то миг весь мир сузился до этого ослепительного видения: будто само солнце сошло с небес, чтобы ступить в этот мраморный чертог.

Эльфы взорвались в восторженном крике. Их голоса слились в единый гимн, могучий и пронзительный, трепещущий под сводами. Заключенная в этих звуках священная трепетная радость чувствовалась всем телом, пробуждая в душе восторг и благоговение.

В груди растаял ледяной ком тревоги, уступая место теплому приливу облегчения. Эрдан, парящий с грацией небожителя, плавно опустился к подножию трона. В руках королевы сверкал древний венец — его самоцветы пульсировали сокровенным светом, будто в их глубинах были заключены живые звезды. С церемониальной торжественностью она возложила венец на голову Эрдана.

Зал взорвался ликованием. Эльфийские голоса, усиленные магией момента, зазвучали в унисон, наполняя пространство вибрирующим гулом, похожим на звон тысячелетнего колокола.

— Наш король вернулся к нам! — Голос королевы прокатился с мощью первого весеннего грома. — Прими этот дар, что мы хранили в сердце древнего леса все эти долгие века!

Толпа ответила единым ликующим гулом. Их радость была похожа на морской прибой — неудержимая, всепоглощающая, устремляющаяся к сводам зала, словно желая коснуться самих небес.

Я застыла среди этого восторга, зачарованная происходящим. Каждая деталь — от бликов на древнем венце до застывших в благоговении лиц эльфов — складывалась в совершенную картину. Этот миг казался вырванным из течения времени: весь мир затаил дыхание перед величием свершающегося обряда.

В этот момент к трону приблизилась юная эльфийка, несущая на бархатном подносе золотой ритуальный рог. Ее платье переливалось, как утренний свет на лесном озере, а движения дышали врожденным благородством. С глубоким почтительным поклоном она поднесла рог Эрдану.

В зале воцарилась торжественная тишина, все эльфы, как один, преклонили колени, создавая живую картину безоговорочной преданности.

— Возьми этот рог, Эрдан, — разнесся по залу звучный голос королевы, — и произнеси свою клятву, как и мы в ответ поклянемся тебе в вечной верности.

Эрдан принял рог с царственным достоинством. Его взгляд, отягощенный осознанием ответственности, медленно обвел собравшихся. Наклонив голову, он начал произносить клятву — и каждое его слово падало в тишину, как камень в гладь озера:

— Клянусь кровью предков, что проливали ее под сенью древних дубрав, — голос Эрдана зазвучал с новой силой, наполняя зал магическим резонансом. — Клянусь защитить этот мир от любой угрозы, будь она явной или таящейся во тьме. Свобода — наш священный дар, и где бы ни застала меня судьба, моя душа навеки останется с вами.

Он сделал паузу, и в этой тишине каждый услышал биение собственного сердца.

— Мой меч, моя мудрость, сама жизнь моя — все это отныне принадлежит вам. Я стану вашим взором в чужих землях, вашим голосом на королевских советах, вашей волей перед лицом опасности.

Внезапно его осанка изменилась: спина выпрямилась, а глаза загорелись стальным блеском.

— Но знайте! — его слова теперь резали воздух, как клинки. — Тьма уже стучится в наши врата. Сегодня мы отразим первый удар, но война только начинается. Я приму этот вызов и стану живой стеной между вами и тьмой.

Он прижал руку к груди, где под одеждами билось сердце.

— Этот мир я буду хранить у самого сердца. Ни одна тень не переступит наших границ, пока я дышу. А королева... — его взгляд отыскал ее в толпе, — будет вашей мудростью и светом, пока я буду вашим мечом и щитом, стоящим на вечной страже.

В этот момент на мое плечо неожиданно запрыгнула Бастет, чем сильно меня напугала. Я инстинктивно попыталась дернуться и сбросить ее, но вовремя остановилась, поняв, что чуть не уронила испуганную кошку. Она удержалась, вцепившись когтями в мое плечо мертвой хваткой. Я зашипела от боли, но отстраниться все равно не смогла.

— Тссс... Остынь, горячая головка, — прошелестела Бастет, прищурив свои кошачьи глаза в полуулыбке. Когтистая лапа легла мне на плечо, заставив вздрогнуть. — Гляди-ка, какой лис... — ее хвост нервно дернулся, следя за Эрданом. — Сбросил корону, будто тяжкий груз, но при этом умудрился оставить себе все козыри. "Вечная передовая" — звучит-то как благородно!

Она хищно облизнулась, обнажив острые клыки:

— А королевку-то как ловко подставил — вроде и трон вернул, да только теперь она вечная заложница протоколов да приемов. Зато он... — хвост Бастет выгнулся вопросительным знаком, — теперь вечный посланник, свободный, как ветер. Прибудет когда захочет, уйдет когда вздумается. И все это — под гром аплодисментов.

Ее уши настороженно повернулись, когда первые эльфы начали произносить клятву:

— Сейчас запечатают свою судьбу божественными обетами... И кто после этого осмелится усомниться в его "жертве"? — шерсть на ее загривке встала дыбом. — Ох, не зря говорят: дайте эльфу палец, а он всю руку отгрызет... с золотыми браслетами.

Я не могла сдержать улыбки, наблюдая, как Эрдан высоко поднимает опустошенный рог, его поза излучала триумф. В тот же миг зал взорвался единым кличем:

— Клянемся в вечной верности нашему королю!

Сотни эльфов, будто управляемые единой волей, синхронно поднесли бокалы к губам. Этот момент казался идеальным завершением торжества — пока не раздался жуткий гул, будто сама земля застонала под нами.

Пол под ногами затрясся с такой силой, что хрустальные люстры закачались, рассыпая искрящиеся осколки. Я едва удержалась на ногах, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Казалось, еще мгновение — и древние своды рухнут нам на головы.

Так же внезапно, как все началось, это прекратилось. Воцарилась гнетущая тишина, густая, как смола.

Бастет беспокойно переминалась на моем плече.

— Ну что ж, — прошептала она, и в ее обычно насмешливом голосе прозвучала неожиданная нота усталости, — сказке конец. Королева велела собраться в ее покоях. Идем. Нам здесь больше не рады.

Ее пушистый хвост мягким движением обвился вокруг моего плеча. Лапкой она легонько похлопала меня, будто подгоняя. Я, тяжело выдохнув, кивнула, понимая, что все произошедшее ― лишь начало чего-то большего.

Мы шли молча по бесконечному эльфийскому коридору, постепенно сбиваясь в тесную группу. Бастет наконец спрыгнула с моего плеча и теперь кралась рядом, ее хвост нервно подрагивал. Монти, Богдан и Ясный двигались следом, их шаги глухо отдавались под высокими сводами. Воздух был пропитан странной смесью волшебства и тревоги — все происходящее казалось нереальным: Эрдан в роли эльфийского короля, эта торжественная церемония, целый мир, существующий по законам, которые мы едва понимали...

Внезапно сзади раздались быстрые шаги. Эрдан догнал нас — его плащ развевался за спиной, а глаза светились знакомым озорным блеском. Прежде чем кто-то успел что-то сказать, он широко раскинул руки и втянул всех в шумные объятия, словно пытаясь развеять накопившееся напряжение.

— Ну что, бандиты, — рассмеялся он, по-дружески тряся нас за плечи, — давайте-ка прикончим этого Ульберта и смотаемся отсюда, а? Пора возвращаться в наш грязный, но такой родной мир.

Монти фыркнул, поправляя помятый воротник после бурных объятий:

— Ваше Величество-с, — нарочито церемонно поклонился он, но глаза смеялись, — а не слишком ли быстро вы собрались покинуть свой новоприобретенный рай? Может, хоть пару дней поживете как положено королю — с пирами, танцовщицами и прочими монаршими радостями?

Эрдан шлепнул его по затылку, но ухмылка не сходила с его лица:

— Да заткнись ты, старый пират. Лучше подумай, как мы будем объяснять все это нашим, когда вернемся. Они ведь точно решат, что мы тут во все тяжкие ударились.