Тайна из ларца - Александрова Наталья Николаевна - Страница 9

Виктория Андреевна порывистым жестом сняла очки, и Маркиз увидел на ее лице следы слез.

– Простите, – проговорила она срывающимся голосом, – простите, что я обманула вас в прошлый раз, но я… я на все готова, чтобы найти Олега Васильевича!

– Я на вас не сержусь, – миролюбиво ответил Маркиз и погладил женщину по руке. – Знаю, что вы – человек подневольный, все придумал ваш работодатель, а вы только выполняли его приказы.

На самом деле Маркиз дико на нее злился, но решил не показывать виду, для того и произносил много пустых слов. Неизвестно, поверила ли она ему, но часто закивала и вытерла слезы пальцами.

– Хотите кофе? – спросила она.

– Нет, спасибо, – решительно отказался Маркиз.

Вот уж кофе он с этой дамочкой пить точно не будет! С врагом, как известно, хлеб не преломляют. Еще подсыплет что-нибудь! Но нужно делать вид, что все хорошо.

– Постарайтесь успокоиться, – продолжал он. – Очень важно, чтобы вы взяли себя в руки и вспомнили все, что только можно.

– Да, конечно, – женщина изменилась в долю секунды, лицо ее стало твердым и решительным, голос – сухим и деловым, должно быть, она вспомнила все свои профессиональные навыки. – Задавайте вопросы, я постараюсь на них ответить.

– Очень хорошо, – одобрительно проговорил Маркиз. – Я вижу, что вы – настоящий профессионал. А это значит, что у вас – профессиональная память. Проще говоря, вы ничего не забываете. По крайней мере, ничего по-настоящему важного. Итак, пожалуйста, постарайтесь вспомнить, не было ли в последние дни перед исчезновением Олега Васильевича чего-то необычного.

– Необычного? – переспросила Виктория Андреевна. – Что вы имеете в виду?

– Ну, я даже не знаю. Чего-то такого, чего раньше не случалось. Не изменилось ли что-то в поведении Олега Васильевича, в его повседневном распорядке…

– Дело в том, что Олег… Олег Васильевич был вообще человек очень необычный. Непредсказуемый. Хотя…

Она посмотрела перед собой невидящими глазами, как будто что-то припоминая, но потом махнула рукой:

– Впрочем, это вряд ли имеет значение.

– Расскажите, о чем вы сейчас вспомнили, – попросил ее Маркиз. – Позвольте уж мне решать, имеет это значение или нет. Иногда незначительные детали оказываются очень важны. Иногда они-то и помогают все распутать.

– Ну, мне не совсем удобно… – Лицо женщины порозовело. – Олег Васильевич позвонил мне и спросил, когда у меня день рождения. Это было так неожиданно… так странно…

«Ну конечно, она была в него влюблена, – подумал Леня, – причем безответно, в противном случае она знала бы хоть какие-то подробности его жизни. Ну, этого Олега Васильевича можно понять: иметь роман с собственной секретаршей – это дурной тон, как сказала бы Лола…»

– День рождения? – переспросил Маркиз. – И когда же он вам позвонил?

– В тот самый день, когда… когда исчез. – Виктория Андреевна достала платочек, и Лене показалось, что она сейчас расплачется, но профессионал в ней победил, она деликатно высморкалась и закончила прежним деловым тоном:

– В тот самый день, ровно в двенадцать часов дня.

– Ровно в двенадцать? Откуда такая точность? Или вы фиксируете время каждого звонка?

– Нет, не каждого. Просто в то самое время, когда он звонил, выстрелила пушка в Петропавловской крепости. Я машинально взглянула на свои часы, чтобы проверить их…

– Пушка на Петропавловке? – переспросил Леня. – Но это же далеко от вашего офиса! Как вы могли ее услышать?

– По телефону, – ответила женщина, как что-то само собой разумеющееся. – Я услышала выстрел по телефону. Очень отчетливо услышала.

– Вот как! – оживился Маркиз. – Значит, Олег Васильевич в это время находился неподалеку от крепости, скорее всего, на Петроградской стороне…

– Да, действительно… – удивленно проговорила Виктория Андреевна. – Я об этом как-то не подумала…

– Так, кое-что начинает проясняться. – Маркиз придвинулся ближе к своей собеседнице и продолжил: – Вы сказали, что звонок был странный. А в чем была его странность?

– Ну, знаете, Олег Васильевич редко звонил мне без особой надобности. То есть вообще никогда. А тут позвонил, спросил, когда у меня день рождения, и почти сразу повесил трубку. Не знаю, зачем это ему понадобилось… тем более что он это и так знал, потому что каждый год в этот день приносил мне цветы…

– Ну, может быть, забыл… – задумчиво протянул Маркиз.

– У Олега Васильевича была отличная память! – процедила женщина, поджав губы. – То есть… что я говорю? Почему была? У него отличная память!

– Приносил цветы? – переспросил Маркиз. – А когда у вас день рождения?

– Девятого января.

– Вот как! – Маркиз поднял брови. – Историческая дата, день начала первой русской революции…

– Да, Олег Васильевич тоже что-то говорил на эту тему.

– Постарайтесь вспомнить, что еще он говорил по телефону. Вспомните каждое слово.

– Да больше ничего. Позвонил, спросил, когда у меня день рождения, и повесил трубку. Ну, еще в это время выстрелила пушка… но об этом я вам уже говорила…

– Что ж, спасибо, вы мне очень помогли, – проговорил Леня стандартную фразу, хотя не был уверен, что этот разговор приблизил его к разгадке. – Вы разрешите мне еще раз с вами связаться, если у меня появятся новые вопросы?

– Да, разумеется!

После того как собрала осколки разбитой чашки, Лола поняла, что если останется сейчас дома, то от злости на Леньку переколотит всю посуду. А в доме все же маленькие дети, то есть звери, которые, как известно, ничуть не хуже. Лола тут же собралась, как солдат на марше, – когда нужно, она умела все делать быстро.

– Пуишечка, детка! – ласково крикнула она из прихожей. – Пойдем погуляем!

Никто не отозвался. Тогда Лола зашла в спальню и увидела, что песик спокойно спит на ее кровати. Лола выглянула в окно и все поняла. На улице шел мелкий противный дождик (лето называется), Пу И терпеть не мог сырую погоду.

– Ну и пожалуйста, – обиделась Лола, – и оставайтесь дома, если хочешь…

Через полчаса она сидела в небольшом кафе и злилась на своего компаньона.

Как всегда, он связался с какой-то женщиной (толстой коровой или кривоногой каракатицей, это еще предстояло решить), как всегда, утратил остатки мозгов (которых у него и так немного) и дал этой корове-каракатице себя обмануть.

В результате он влез в новое дело, которое наверняка не принесет ни денег, ни удовольствия, и втянул в это дело ее, Лолу… Да еще теперь будет нервничать, опасаясь за свою репутацию, и от злости насажает ошибок. А Лолу слушаться ни за что не станет.

Лола посмотрела на стол – и увидела там недопитую чашку кофе и остатки двух пирожных, точнее, вишневого штруделя и яблочно-карамельного пирога.

Когда она успела их заказать, а самое главное – когда она успела их съесть? В двух пирожных целая прорва углеводов, а она бьется за каждую лишнюю калорию, за каждый лишний грамм!

Опять-таки и в этом виноват ее бессовестный компаньон!

Ведь она съела эти пирожные исключительно от злости!

Нет, это ужасный метод – заедать стресс сладким! Те, кто так поступает, к сорока годам превращаются в толстых коров! Нет, она не опустится так низко! Вместо того чтобы заедать негативные эмоции, она отомстит Леньке… В конце концов, они равноправные партнеры, а он совершенно с ней не считается! Месть – вот, что научит его с ней считаться!

Вот только как отомстить… это надо еще придумать!

Лола с гневом отодвинула от себя остатки десертов – и вдруг услышала за спиной чей-то голос:

– Оля! Оля Чижова! Это ты?!

Лола обернулась – и увидела очень приличного мужчину, который поднимался из-за соседнего столика. Мужчина был чисто выбрит, хорошо причесан, одет в дорогой итальянский костюм – в общем, носил на себе печать благополучия.

– Извините? – проговорила Лола неуверенно, пытаясь вспомнить, где она могла видеть этого человека.

И тут он дурашливо осклабился и пропел: