Развод. Научусь жить без тебя (СИ) - Безрукова Елена - Страница 24

Знает ли она, с каким человеком живёт? А если я сейчас признаюсь в том, что идея раздавить Руслана была изначально именно от Кирилла? Что — тогда?

А вдруг я совсем развалю семью Ани и Кира?

Мне бы этого не хотелось….

45.

— Почему сразу думаешь на Кира? — пожала я плечами.

— Потому что мне кажется, что ты сама до такого не додумалась бы, — ответила она. — А вот Кира я знаю хорошо. Лучше, чем ты. Он на многое способен… Он давно считает, что бизнес принадлежит ему одному, а он в тени за вашими спинами с Русланом.…

— Это он так сказал? — нахмурилась я.

От Руслана, наоборот, я подобного в сторону Кирилла не слышала. Он относился с уважением к компаньону, хотя, конечно, другом его не считал: помнил, что Кир ко мне неравнодушен был когда-то. Да и сейчас, как выяснилось…. А я ещё злилась на Руса за эту ревность глупую…. Выходит, не такая уж она и была беспочвенная. Просто я была слепа, слишком доверчивая.… В общем, как всегда. А Руслан, видимо, замечал флюиды, разбрасываемые Кириллом в сторону чужой жены.

— Я жила с ним не один год, и многое слышала, — хмыкнула Анна. — Знаю, на что он способен. А ты вряд ли мужчину, от которого ребёнка носишь, захотела бы в асфальт закатать… Это идея Кира — я уверена в этом.

— Ребёнка? — посмотрела я на неё, мигом похолодев.

Откуда она знает? Неужто Кир разболтать успел? Вот трепло…

Или сама догадалась?

— Ну ты в гинекологии зачем ещё бы лежала? — улыбнулась она. — Да и состояние твоё в последнее время наталкивало меня на такие мысли — что ты беременна.

— Ты догадалась?

— Я дважды мама. Забыла?

— Помню…

— Я проходила эти же состояния, и узнаю их у других. И какой же у нас срок?

— Семь недель. Восьмая пошла….

— Вот как…. Надо же. Вы столько лет боролись за эту беременность, а теперь, когда она наступила… Семья развалилась, — с сожалением вздохнула подруга.

— Увы. Руслан сам сломал всё, своими руками.

Что поделать? Мне тоже жаль, но не я стала инициатором её развала. Это выбор Руслана. Это по собственной вине он не узнает о ребёнке, только по собственной. Он сам во всём виноват! У него есть другой ребёнок — от Юленьки. Вот пусть им и занимается, а к моему и близко не подходит.

Я была всё ещё очень зла на неверного супруга, желание подать на развод было непоколебимым и твёрдым. Но… Аня права — я бы не стала его прямо топить, как это сделал Кирилл, и идея с этим грязным компроматом — его. Только теперь и мое рыльце в пушку, и вина моя в равной степени с Кириллом одинаковая: я согласилась на эту авантюру, а значит, стала его соучастницей. И понимать меня, как тонкая, нежная Анечка, что я не виновата и меня буквально спровоцировали на согласие, никто, конечно же, не станет. Для всех остальных я останусь дрянью и стервой, утопившей мужа за измену, навсегда. Особенно, для Руслана…

Казалось бы, ведь я так хотела мести, желала, чтобы ему было очень плохо и раздавила его по всем фронтам. Он слаб, разбит, уничтожен и растоптан лично мной. Но радости никакой нет…. Только стыд и… почему-то боль.

Не думала, что мне будет больно за него, словно эту боль мне причинили. И причинила ее я сама. От этого ещё гаже.…

Господи, как же выбраться теперь из этого всего?

— Я знаю, — кивнула Анна. — Скажешь ему о ребёнке?

— Нет, — поджала я губы, показывая тем самым, что мнение свое не изменю, и уговаривать меня нет смысла.

Однако Аня решила попыть счастья….

— Но он — отец. Он имеет право знать, что ты носишь и собираешься рожать его сына или дочь, — возразила она.

— Имел. Имел право, — поправила её я, выделив голосом первое слово. — А потом он сделал другого ребёнка, между прочим, моей племяннице, и права на нашего с ним общего малыша утерял!

— Это кто такой закон причудливый изобрел? — подняла скептически брови Анна.

— Я. Я ему теперь и законодатель, и суд.

— Лана, — посмотрела в мои глаза подруга. — Ты, конечно, девочка уже взрослая, и вмешиваться в вашу жизнь я не имею права. Но ты будешь потом жалеть, ты это понимаешь?

— Не буду.

— Время покажет.

— Не буду, говорю, — упрямо повторила я.

— Не зарекайся, не зарекайся…

Какое-то время мы молчали, рассуждая каждая о своем. Тему моей беременности, которую раскрывать для Руслана я не планировала, Аня решила пока оставить. Временно или вообще — не знаю, но тему диалога она сменила:

— Так тебя Кир надоумил кинуть Руслана? Скажи честно. Хочу для себя знать, чтобы принять верное решение.

— Какое решение? — насторожилась я.

— О разводе, — тихо ответила Аня, уставившись стеклянным взглядом в окно….

46.

У меня как-то похолодело в груди.

— О…. разводе? — ответила я также тихо. — Да бросьте вы.… Чего вы прямо разводиться надумали?

— Прости, — сказала Аня, продолжая задумчиво смотреть в окно. — Об это позже поговорим. Сначала ответь на мой вопрос, Лана. Кир тебя подбил на эту авантюру с компроматом на Руслана?

— Да, нет, Ань! Ты что!

— Так да или нет? — спокойно переспросила она, — Просто скажи, это была инициатива Кирилла? Он это предложил?

Я не знала, как выкручиваться. Хотела что-то соврать, придумать, а потом, наткнувшись на грустный проницательный Анин взгляд, поняла, что не имею права оскорблять ее враньем. Только не сейчас, когда столько всего уже натворила. Тем более, что она и сама ответ знает, ей только убедиться нужно в своей правоте.

— У нас зашел разговор о том, не хочу ли я наказать Руслана, отомстить за его предательство, — стала нехотя рассказывать я, глядя в стенку напротив себя. Стыдно было за всё, что сделала. Только назад уже ничего не вернешь. Ещё пару недель назад, когда я готовилась к годовщине нашей свадьбы, я и представить не могла, что потом собственными руками раздавлю любимого мужчину и подам на развод. Но он дал мне повод для мести из-за боли, которую я пережила от его жестокого предательства. — Я на эмоциях бахнула, что хочу, а ночь проспала, успокоилась и передумала. Поняла, что не хочу никакой мести, пусть просто оставит меня в покое. Хотела дать отбой, но…опоздала. Кир уже рассвистел во все газеты и каналы о косяках Руслана.…

— Дать отбой? — хмыкнула Аня, — с Кириллом такие вещи не проходят. Если начал делать, то доведет до конца.

— Я уже это поняла. Просто не ожидала, что всё произойдет так быстро. Что между моими необдуманными словами и его реакцией пройдет меньше суток. Я же не знала, что он уже прямо всё подготовил, только от меня отмашки ждал. Думала, мы обсудим детали, а он, получается, всё сделал один и у меня за спиной. Я даже не знала, что конкретно он собирается освещать! Может, знай я заранее, то сразу бы отказалась от этой затеи, но он не стал делиться со мной деталями и просто тут же дал делу ход… Я полагала, у меня есть время подумать, мы будем вместе план действий обсуждать, но Кир решил, что мое участие в этом процессе вовсе не обязательно. Но… Я всё же на него не валю всё. У меня своя голова на плечах. Нужно было сначала хорошо всё обдумать, уточнить у него детали, а уж после принимать решение. Как там говорят — семь раз отмерь? А я сразу резала, и ответственности с себя не снимаю. Мы оба виноваты, Ань. Поровну. Если бы не моя необдуманная несдержанность, ничего бы не произошло. От страха и обиды за ребёнка у меня будто замкнуло что-то. Это я дала отмашку, а Кирилл просто нажал на курок.

— Ты его защищаешь? — снова пристальный пытливый взгляд, от которого стало не по себе, — Кирилла?

— Ни в коме случае. Я просто не хочу, чтобы из-за меня развалилась ваша семья, — горько сказала я.

— Она разваливается не из-за тебя.

— Да как не из-за меня-то! Это я к вам приперлась со своими проблемами, я перед глазами маячила! Не появись я тогда…

— Ничего бы не изменилось. Кир бы всё равно узнал, что вы расходитесь, — невесело усмехнулась Аня, — и попытал бы счастья. Ты для него — как заветный кубок, которого не хватает на полке.