Я до сих пор не царь. Книга XXVII (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 37

— Хорошо, я попробую, — кивнул тот.

При этом Лора начала фиксировать их колебания энергии. Да, ребятки далеко не простые. Наверняка, какая-то очередная тайная организация или что-то в этом роде.

— Когда же вы закончитесь… — закатила глаза Лора.

Я был того же мнения. И шагу нельзя ступить, чтобы не вляпаться в очередное го… организацию.

— У нас к вам два вопроса. Постарайтесь ответить на них, и мы с вами распрощаемся, — сказал Маркус, всматриваясь в меня, будто желая проделать во мне дырку. — Первый вопрос…

— Уже скучно, — отмахнулся я и направился к машине. — Простите, друзья, но вам придется записаться ко мне на прием. Данила, дай им номер Нади.

Но тут дорогу мне переступил здоровяк по имени Виктор.

— Ты никуда не пойдешь, пока не ответишь! Что ты знаешь про Буслаева⁈

Ага, значит, и эти клоуны с ним связаны? Интересно, а не они ли устроили тот бардак?

Маркус кивнул и вопросительно посмотрел на меня.

— А еще что ты знаешь про человека по фамилии Распутин? — спросил он.

Я улыбнулся.

— Только лишь то, что первый преподает в КИИМе, а второй не любит бриться. Это все или…?

Здоровяк сделал еще шаг и схватил меня за руку.

— Или тебе придется задержаться, а не то…

Болванчик был уже наготове — целый рой вырвался из пространственного кольца и закружился вокруг этой четверки.

— Не советую делать глупостей, — сказал я, оглядывая каждого спокойным взглядом. — А ты, пусти руку. Пока по хорошему прошу.

— Думал, мы тебя испугались⁈

И ухмыльнувшись, он сдавил мою руку так, что будь на моем месте обычный человек, давно бы сломал мне все кости. А он физик, и сильный. Таким рукопожатием можно рельсы мять.

Но мы не пальцем деланные — я сжал ему руку в ответ, и тут же послышался хруст.

— Ах ты! — и разжав пальцы, Виктор отстранился.

Тут же Болванчик поймал его в «кокон», и здоровяка оттеснило к его дружкам. Вокруг закрутился целый шар мелких деталек.

Женщина выхватила кинжалы, на которых поблескивало нечто зеленое, а парень с белыми волосами… пропал. Будто его «стерли» из реальности.

— Невидимка! — сжала зубы Лора. — Ну ты видел? Видел⁈

— Элиас, назад! Лисса, убери кинжалы! — рявкнул на них Маркус, и невидимка тут же снова «нарисовался» в воздухе. Кинжалы вернулись в ножны. — А ты, Кузнецов, уйми своего монстра. Мы пришли сюда не драться с тобой.

— Вы знаете, кто я? Знаете и нарываетесь⁈ Хех, а ты, Виктор, рисковый парень, — ухмыльнулся я, не спеша отправлять Болванчика «домой». — Я ответил на ваши вопросы, а значит, ваша очередь. И советую не врать мне. Я умею определять ложь.

— Ага-ага, умеет! — улыбнулась Лора.

— Вопрос первый, — сказал я. — Что вы сделали с Буслаевым?

— Ничего, — ответил Маркус. — Он исчез. Ты знаешь, где он?

— Не имею не малейшего понятия. Внутри дома все перевернуто. Это вы так рьяно пытались его отыскать?

— Мы только что приехали и увидели, как ты рыскаешь по округе.

Я посмотрел на Данилу. Тот кивнул.

— Да, они действительно прикатили вон на той тачке пять минут назад, — и он указал на микроавтобус, стоявший неподалеку. — Спрашивали кто, зачем и почему. Я и посоветовал обратиться им в справочную.

Лора расхохоталась. Я тоже улыбнулся. Моя школа.

— А вы сами кто такие? — спросил я, вглядываясь в этих подозрительных типов.

— Мы его… знакомые, — отозвался Маркус. — У нас к нему дело, и мы ищем его по всему городу.

— Как и я, но вы с вами опоздали, друзья, — сказал я, отзывая Болванчика обратно в кольцо. — Буслаев исчез либо вчера вечером, либо сегодня утром. Где он — мне бы самому хотелось узнать. Еще вопросы?

Помрачнев, Маркус покачал головой.

— Значит, до скорого, — сказал я и прыгнул в автомобиль. Данила сорвался с места, и дом Буслаева пропал за поворотом.

Я же откинул голову на сиденье. Вот честно, расследовать еще и исчезновение Буслаева с кучкой каких-то персонажей? А оно мне надо⁈ Меня в Москве царь ждет, между прочим, да и вообще… Этот Буслаев нынче может быть где угодно.

Некогда — у меня есть дело, которое точно не требует отлагательств. Личное.

Добравшись до поместья, я сразу нашел Надю. Она хотела было наброситься на меня с очередными делами, но я огорошил ее, спросив:

— Надюш, а где мы можем в течение часа достать два хороших дубовых гроба в Москве?

— Зачем? — захлопала она глазами. — О, нет, Миша, ты опять собрался хоронить очередную пару враждебных аристократов, которые пристали к тебе в очереди?

Я примирительно поднял ладони.

— Нет, на этот раз я собрался хоронить родных.

* * *

На похороны собрались, наверное, все жители поместья, кто не был занят восстановлением КИИМа, конечно. Обоих Кузнецовых положили в закрытые гробы, засыпали цветами, а затем собрались вокруг.

Дело было на заднем дворе Московского поместья, куда мы перенеслись с помощью портала. Прощающийся с Кузнецовыми собрались прямо в зимнем саду, где без конца возились Налимовы. Рядом с могилой Виктора Кузнецова как раз заканчивали откапывать две ямы, а скоро вот-вот привезут два надгробия. С похоронной церемонией пришлось повозиться, но наконец Надя нашла подходящий вариант. Да он был дороже, но для этих двоих мне не жалко ничего.

Пусть ни мои жены, ни Алиса, ни Валера, ни остальные не знали ни Марину, ни «дальнего родственника», как я назвал Михаила Кузнецова, но так или иначе, глаза у всех были на мокром месте. Да даже Валера всплакнул. Эх, похороны — такое дело. У меня тоже комок подступал к горлу.

— Есть кому что сказать напоследок? — спросил я, посмотрев на собравшихся.

Вперед выступил Трофим. Положив руку на гроб, он сказал:

— Всегда была на острие атаки. Истинная аристократка, — коротко оттарабанил он и, вытерев скупую слезу, отошел назад.

На его место встала Маруся. У ней слезы текли ручьем.

— Она была самой лучшей хозяйкой… — всхлипнула она и уткнулась в плечо Трофима. Больше ей не удалось сказать ни слова, но оно и понятно.

Еще несколько слов сказали все присутствующие, и даже мои жены с Алисой, которые пусть и не знали Марину лично, но выразили только самое теплое отношение.

Шаг вперед сделал Валера, и вот тут я напрягся. От него всякого можно ожидать.

Прокашлявшись, он толкнул речь, и, должен признать, неплохую. Была там и «королевская кровь», и «пепел отцов, бьющий в горячие сердца», и «сияние галактик перед вратами куда-то там», и «воля к победе над злом» и все такое. Короче, все были впечатлены до глубины души.

— А ты думал? — хмыкнула Лора. — Король, как никак.

Наконец гробы опустили вниз, а гвардейцы, выстроившись в ряд, дали залп.

Затем каждый подошел и бросил горсть земли. Через пять минут рядом с могилой Виктора Кузнецова было два аккуратных холмика, а затем и два гранитных камня.

— Нужно облагородить здесь все, а еще к лету посадить дерево, — сказал я, повернувшись к отцу и сыну Налимовым. — Организуете?

Те закивали и бросились в сарай с таким рвением, что, полагаю, к моему возвращению от царя, тут будет что-то невероятное. Все же сад вокруг поместья — просто произведение искусства даже зимой, оттого мы и решили похоронить Кузнецовых именно тут. Благо и старший Кузнецов нашел приют здесь же.

Затем мы устроили небольшие поминки. Снова были и слезы, и теплые слова, но к концу мы больше молчали. Тут я понял, что за столом, да и на похоронах, кое-кого не было.

— Алиса, а где Люся? — шепнул я девушке, сидевшей рядом с Машей.

— В центре. Еще с утра уехала, — ответила она тихим голосом. — У нее все какие-то дела.

Время подходило к обеду, и, извинившись, я поднялся из-за стола и направился к выходу. Никто не стал меня возвращать — наверное, думали, что мне надо побыть одному.

Впрочем, это было не далеко от истины. Пусть Марина и не была моей настоящей матерью, а Михаил ни братом, ни даже другом, все равно их было жаль. Да, нас с Лорой утешало, что вся семья Кузнецовых воссоединилась где-то там, но на душе все равно скребли кошки.