Живой артефакт 2 (СИ) - Шмаков Алексей Семенович - Страница 9

— Князь, я пойду за вами, хоть в ад. Только прошу, не отсылайте меня и парней, как это сделал ваш отец. — удивил меня Воевода. Даже не представляю, чего он себе там надумал, раз попросил подобное.

— Даже не подумаю. Вы нужны нам. Без вас мы точно не справимся. Да и не доверяю я никому кроме вас.

— И наёмников. — не упустить возможность поддеть меня Илья Денисович.

А вот Волк уже понял, что этот разговор чисто между мной и Воеводой, и внимательно разглядывал проекцию, что я создал.

— Илья Денисович, доверься мне. Даю слово, что не совершу ошибок отца. Никто не сможет обвинить Вяземских в очередной попытке создания независимого родового источника. Я лишь делаю источник для себя. Для инвалида, которого лишили возможности использовать магию из-за преступления, совершенного десять лет назад.

Шум кивнул, и для меня этого было вполне достаточно. Уверен, что он не подведёт и с этого момента наши отношения станут совсем другими. Я уже показал ему, что могу постоять не только за себя, но и за всех, кто доверился мне. Как дружинники защищают своего господина, так и он должен защищать их. Истина, которая настолько проста, насколько и редко применима. Мало кто из аристократов, готов пойти на всё, чтобы защитить своих дружинников. И это также дало Илье Денисовичу понимание того, что я буду действовать, учитывая и их интересы.

— Владислав, ты так и не ответил на мой вопрос. Похоже, это на сердце угодий?

Сборы много времени не заняли. Со слов Волкова, моя проекция действительно походила на сердце. Его форму он никогда не видел, а вот защита, сотканная из множества стихий, оказалась один в один. Вот только это была совсем не защита, а обычные флуктуации, что выделила основа Девятой Сферы. Мира, из которого я попал на самый нижний слой бытия. Первую Сферу, которую все знают под именем — Земля.

У меня всё получилось, и магия наполнила Землю, принеся вместе с собой изменённых животных, растения и позволила появиться первым магам.

И теперь я должен сделать всё возможное, чтобы поднять род Вяземских. Семья всегда была для меня на первом месте, а Вяземские — совершенно точно мои далёкие потомки. В чём я убедился ещё сильнее, оказавшись в сокровищнице.

Но не смог сохранить всё наследие. Амулет, который так хорошо справлялся с поглощением и передачей стихийной энергии, послужил основой для формирования последнего этапа изменения моего тела. Только благодаря ему и неизвестным действиям Прохора я смог уцелеть и не превратился в ходячую, стихийную бомбу.

А вот перчатка уцелела и даже не повредилась. Пока я находился в отключке, Василиса и Прохор пытались её с меня снять. Веда сказала, что перчатка очень сильно фонит стихийной энергией и ей сложно работать. Но она справилась и с надетой на мне перчаткой.

Возможно, именно перчатка стала защитным механизмом, и целительница не смогла понять, что моё тело претерпело сильные изменения. Но на это надежда была весьма призрачная. Просто даже сильнейший целитель этого мира не способен разглядеть магию, разлитую по всему организму. Они привыкли видеть её лишь в источнике. А в теле она могла появиться и от боя с монстрами.

Оказавшись на улице, я ощутил, насколько сильно подскочил магический фон после нашего сражения. Словно угодья стали разрастаться и захватили часть родовой земли Вяземских.

Воевода отдал все необходимые распоряжения. Я также немного поговорил с Прохором и Василисой, и только после этого мы отправились в угодья. Вениамин присоединился к нам уже здесь.

Сейчас я особо остро ощущал, произошедшие изменения. Стихийная энергия в угодьях стала крайне беспокойной и угрожала любому, кто будет вести себя неосторожно. Можно сказать, что кто-то разворошил осиное гнездо в небольшой комнате и нам срочно нужно туда войти. Теперь необходимо извернуться так, чтобы ни одна пчела нас не ужалила. А если и сделает это, то свести последствия к минимуму.

Я чувствовал изменённых зверей, но теперь они не собирались на нас нападать. Они нас боялись и прятались. Больше ничья злая воля не гнала их убивать и уничтожать всё, что встретится на пути. Звери были напуганы случившимся гораздо больше людей. И они откровенно были слабы. Самые сильные особи погибли. А кабан ушёл очень далеко. По крайней мере, на нашем участке границы. Что было с соседями, я не знал. Да и не до этого мне сейчас.

Владислав уверенно вёл нас видимыми одному ему тропами. Предупреждал о ловушках, которые чудом смогли уцелеть и рассказывал об угодьях совершенно не скрываясь. Сказал, что обязательно ощутит опасность, если такая появится. Ему досталась не только чудовищная регенерация, но и многократно усиленное эмпатическое восприятие, которое активировалось только в угодьях.

— Иначе я просто не смог бы находиться среди людей. Совершенно не хочется постоянно знать, что чувствуют, окружающие тебя люди. Даже представить страшно. —рассказал охотник и как-то странно посмотрел на меня. — А вот вас, Алексей Михайлович, я совсем не чувствую. Словно вас и не существует вовсе. Такое у меня только с Вениамином. Вот его я также не могу ощутить. Да и его зелёных друзей также не вижу.

— Просто у растений нет чувств, они не испытывают никаких эмоций. — пояснил садовник, сравнивая себя с растением. И это восполнялось как само собой разумеющееся.

— А вот Илью Денисовича я ощущаю хорошо и могу сказать, что ему очень не нравится то, что мы сейчас делаем.

Тайны в этом никакой не было, Бунин не скрывал, что против похода в угодья. Но всё равно он сильно напрягся, услышав, что Волк способен читать его эмоции. И это не осталось без внимания.

— Мы уже всё выяснили. Я не представляю опасности ни для кого, кто работает на Вяземских. Поэтому не нужно так напрягаться. — сказал охотник и дальше продолжать рассказывать об угодьях. Я же на всякий случай подготовил защитную технику. Мало ли что может произойти.

Приближение к сердцу я ощутил задолго до того, как мы его увидели. А ещё раньше мы вышли на выжженный пустырь. Всё, что осталось от этой части угодий, после применения неизвестного оружия. Невероятно эффективного, против изменённых зверей, даже столь сильных как Альфа. Но каким бы сильным ни было это оружие, оно всё же не смогло уничтожить сердце. Сильно ослабило его защиту, но не больше.

— Оставайтесь здесь. Подходить к сердцу ещё ближе для вас будет слишком опасно. Мне оно не сможет навредить. Сами слышали, что мой источник уничтожен.

— Я пойду с вами. — упрямо произнёс Воевода.

А вот Владислав и Вениамин не стали спорить. Охотник пошёл обходить сердце по кругу, проверяя наличие сильных тварей. Вблизи от сердца его ментальные способности давали сбой. А садовник опустился на землю и стал копаться в пепле, который остался от растений, что здесь раньше росли.

— Будь предельно осторожен. Если почувствуешь, что не можешь больше выносить давление стихий, отступай. Ты мне нужен живым. Особенно сейчас, когда в империи начало происходить непонятно что.

— Только если вы пообещаете мне сделать то же самое.

Не стал возражать, а просто дал дружиннику желаемое. Выполнить это обещание будет очень просто. Мне здесь точно ничего не угрожает.

Чем ближе мы подходили к сердцу, тем отчётливее я мог его рассмотреть, даже сквозь стихийную пелену, которой артефакт пытался себя скрыть. Моё первоначальное предположение оказалось верным. Это совершенно точно был осколок Девятой Сферы. Причём осколок силы одного из Архонтов. Очень большой осколок, способный создать вокруг себя магическую аномалию. И сейчас этот осколок бы очень ослаблен. Он дал жизнь многим изменённым животным, поделившись с ними своей мощью, и остался ни с чем, когда императорские гвардейцы их уничтожили.

Сила постепенно восстановится, но на это потребуется довольно много времени. Которого у осколка просто нет. Особенно после того, как я уловил знакомое сознание, которое сейчас было не способны покинуть осколок. Оно оказалось в ловушке.

Жестом показал Бунину остановиться, а сам сделал несколько быстрых шагов вперёд и коснулся защитного покрова, распространяющегося вокруг осколка. Это позволило мне не только увидеть его, как хаотическое переплетение принявших физическую форму стихий, но и суметь установить контакт с заключённой в осколке сущностью.