Живой артефакт 2 (СИ) - Шмаков Алексей Семенович - Страница 38

Сила Игни была помещена в первый кристалл, сила Гилларда в камень, в рог отправилась сила Сократа, а второй кристалл стал вместилищем для родной силы Алексея Вяземского.

В момент, когда я переносил силы в болванки, наблюдатели оживились и начали бурно обсуждать мои действия. Сильно сомневаюсь, что кроме Дмитрия Аркадьевича, ещё хоть кто-нибудь понял, что я вообще делаю. Вот он, как раз и стоял молча, не обращая внимание на своих коллег.

Кристалл с силой Игни вспыхнул, заставляя дрожать защитные заклинания, установленные вокруг моего рабочего места. Камень с силой Гилларда начал менять свою структуру, превращаясь в кусок закалённой стали, невероятно прочной и практически неразрушимой. Рог Сократа подвернулся белёсой дымкой и слегка приподнялся над столом. И единственным, кто никак не проявил себя, стал кристалл с моей силой. Он и будет центральной осью, вокруг которой начнёт формироваться суть творца.

Основы были помещены в болванки, и теперь предстояло перейти к следующему этапу — соединить все болванки вместе, переплетая заложенные в них основы в единую силу. Это необходимо было делать лишь после того, как каждая сила получила физический носитель. Тупо из-за того, что я всё ещё не до конца освоил силы, полученные от Архонтов.

Кристалл с моей силой занял место в центре рунного стола, разместившись в точке переплетения энергетических линий. После чего в ход пошли предоставленные мне стихийные эссенции. Осторожно добавляя по капле от каждой, я начал вливать их в заготовку, укрепляя её основу и создавая надёжный фундамент, на который ляжет основная нагрузка от трёх оставшихся сил.

Последними были стихии света и тьмы. И их применение вызвало очередной всплеск активности наблюдателей. Уверен, что многие хотели остановить меня. Не дать совершить ошибку, которая может стоить мне жизни. Они даже обращались к Дмитрию Аркадьевичу, но князь отрицательно покачал головой и попросил довериться мне.

А всё из-за того, что я не церемонился с первостихиями, как делал это с их составляющими, а вылил сразу всё. Помимо того, что три грамма любой из первостихий стоят целое состояние, это было смертельной отравой практически для любого мага, кроме настоящих артефакторов и носителей этих стихий. Да и при взаимодействии они могли вызвать непредсказуемые последствия вплоть до магического взрыва, мощи которого хватит, чтобы оставить на месте гильдии дымящуюся воронку.

Я ощутил, как вокруг начали активироваться очень сильные защитные артефакты, отрезая моё рабочее место десятками щитов. Это наблюдатели решили перестраховаться и позаботиться о своих жизнях. Но у меня всё было под контролем.

Первостихии начали вливаться в кристалл, а вместе с этим я перешёл к третьему этапу — соединению всех заготовок. Самому сложному и опасному этапу, который требовал от меня полной концентрации, поэтому всё вокруг просто исчезло, оставив меня наедине с тремя пульсирующими силой основами и готовым принять их центром.

Дмитрий Аркадьевич совершенно не удивился, когда на пороге его кабинета появился князь Вяземский. Император предупреждал его, что молодой князь вскоре явится, чтобы сдать экзамен на становление артефактором. Причём Александр Алексеевич сказал, что Вяземский не хочет идти лёгким путём, хотя такая возможность имелась, а собирается сдавать экзамен на общих основаниях.

В первые же минуты встречи Дмитрий Аркадьевич понял, что князь очень хорошо разбирается в артефакторике и способен чувствовать артефакты, которые находятся рядом с ним. Чем могут похвастаться далеко не все опытные артефакторы, которые провели в лабораториях десятки лет. А среди молодёжи таких вообще нет. Не было до того момента, как в кабинет князя не вошёл Вяземский.

Одного этого было достаточно, чтобы с уверенностью сказать, что молодой князь уже сейчас находится на очень высоком уровне. Как минимум третий ранг. Хотя, вероятнее всего, артефактор-подмастерье. Неофициальный, промежуточный ранг перед званием Мастера. И это было нечто невероятное.

Но ещё невероятнее было, когда Алексей Михайлович сказал, что хочет сдавать экзамен на первый ранг. Дмитрий Аркадьевич смог убедить князя на экзамен второго ранга, хотя там всё говорило о третьем. Но то, чего Гаврилину не получилось добиться, с лёгкостью вышло у ещё одного юного дарования. Шестнадцатилетнего простолюдина, который замахнулся сразу на третий ранг.

Три дня назад он пришёл в гильдию и поднял здесь настоящий переполох своим желанием сдавать экзамен наивысшей сложности. Даже вызвали главу гильдии, и он сам принимал решение о допуске. Последние три дня Дмитрий Аркадьевич приходит сюда ежедневно именно из-за Вениамина Морозова. Смотрит на его прогресс и отмечает, что парень — настоящий уникум. Он уже практически завершил артефакт. Причём артефакт, который глава гильдии до этого не видел.

Можно сказать, что только благодаря Морозову молодой князь Вяземский смог застать Дмитрия Аркадьевича на рабочем месте. И это не могло не радовать старого артефактора. Вместо одного гения он теперь может наблюдать за двумя. Причём Алексей Михайлович оказался сильнее Морозова на две головы.

Сразу, после того, как Вяземский озвучил желание создать Сущность Творца, Дмитрий Аркадьевич обзвонил всех сильнейших артефакторов столицы и пригласил их посетить гильдию. Даже не пригласил, а настоятельно рекомендовал, и отказаться могли лишь те, кто гарантированно не успевал приехать. Лишь один князь Шумилов осмелился отказать главе гильдии, сославшись на то, что немного приболел. Хотя жил он ближе остальных.

В течение часа собрались почти два десятка артефакторов, и с тех пор они наблюдают за работой молодого князя. Порой восхищаясь, порой ужасаясь его действиями. Но в основном совершенно не понимая, что происходит.

Алексей Михайлович работал невероятно чётко и быстро. Не допуская ни единой ошибки. Каждое его движение было выверено до миллиметра. Каждое действие продумано до мелочей. Работа князя была настолько завораживающей, что Дмитрий Аркадьевич не мог оторвать от неё взгляда. Он наслаждался невероятным зрелищем, которое уже видел однажды. Больше пятидесяти лет назад, когда совсем юный артефактор из рода Гаврилиных пришёл в гильдию, чтобы сдать свой первый экзамен и ему посчастливилось попасть на демонстрацию работы одного из лучших артефакторов того времени — Вяземского Афанасия Александровича.

Так вот, Алексей Михайлович сейчас работал даже более завораживающе, чем его дед. И это было поразительно.

Молодой князь использовал эссенции стихий света и тьмы, заставив дрожать от напряжения защиту, установленную вокруг каждого рабочего места, и поднял настоящий вал возмущения от присутствующих артефакторов, которые прекрасно знали, что может произойти. Но Дмитрий Аркадьевич не сомневался, что Вяземский всё держит под контролем, что, но и доказал. Это стало завершающим штрихом, после которого Алексей Михайлович перешёл к финальному этапу.

С момента начала экзамена прошло два часа сорок три минуты. И это было нечто невероятное. Даже Мастер-артефактор не сможет создать Сущность Творца за столь короткий временной промежуток.

Похоже, что время стариков прошло. В империи взошла до этого невиданная по мощи звезда, и вскоре она затмит своим сиянием всё, что раньше освещалось другими.

Глава 20

Последние капли силы перешли в центральную заготовку, а остальные рассыпались прахом, выполнив своё предназначение. На столе остался лишь кристалл, в котором было заключено моё понимание дара. Внутри кристалла пульсировало всепоглощающее пламя. Он был прочнее всего, что только может быть в этом мире, и с лёгкостью будет входить в контакт с моими наследниками.

Бросил взгляд на часы, которые были рядом с каждым рабочем местом, и расплылся в улыбке. Вениамин проиграл. Я создал Суть Творца за три часа сорок две минуты. Могу собой гордиться. Вот только отчего-то возникло такое чувство, словно в одно мгновение у меня появилось множество завистников, желающих избавиться от малолетнего выскочки.