Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (СИ) - Солейн Анна - Страница 37

— Не стоит так разговаривать с клиентами, лорд Мэлори.

Я ее убью. Обернувшись, я глубоко вдохнул. И выдохнул. Убью.

— Не стоит? Вот как?

— Именно так. И, если ни вы, ни ваш спутник не собираетесь ничего покупать, то я прошу вас покинуть магазин, мы уже закрыты.

Семечки покатились по полу, и Элис поморщилась. Как будто необходимость уборки взволновала ее сильнее всего остального.

Что. Мать его. Происходит. Почему она так себя ведет⁈ Это… возмутительно!

— Закрыты? — переспросил я. — Вы? А что, если я найду хозяина этого, — я обвел жестом скудную обстановку, — заведения? И поговорю с ним? Например, о том, так ли ему нужна в качестве продавщицы… ты? Что ты будешь делать? Без денег, без работы — куда пойдешь?

Да, шантаж.

Нет, не стыдно.

Я ее не убил до сих пор!

И даже не покалечил!

Хотя хотелось.

— У вас это не выйдет, лорд Мэлори.

— Почему это? Думаешь, я поленюсь навести справки?

— Мне. Здесь все принадлежит мне. Это мой магазин, и артефакты тоже мои. Потому я не нуждаюсь ни в вас, ни в ваших деньгах. Вы же не опуститесь до того, чтобы брать меня силой, лорд Мэлори?

* * *

После вопроса Элис в магазине повисла тишина.

Я раздумывал .

Опущусь ли я до того, чтобы взять ее силой? А, собственно, почему бы и нет? От злости внутри все буквально бурлило.

Со временем тишина стала давящей. Я смотрел в глаза Элис, все силы направляя на то, чтобы не дать магии вырваться наружу: вполне возможно, если это случится, от Верхних Петушков не останется даже руин.

Как назло, именно в этот момент по телу прокатилась очередная волна боли, и перед глазами все слегка поплыло. Элис стало аж три штуки — и каждую мне хотелось одновременно прибить, прижать к себе и не отпускать.

Пауза затягивалась.

— Идем, — коротко повторил я. — Повторяю еще раз: у меня нет времени на твои капризы.

— Лорд Мэлори, у вас, похоже, нет времени даже на то, чтобы вникнуть в ситуацию? Я с вами никуда не пойду. И не обязана идти.

В самом деле тащить ее силой?

Дракон, которого я с большим трудом удерживал внутри, откликнулся на эту мысль одобрительным рыком, кожа зазудела — судя по округлившимся глазам всех трех Элис, местами на ней выступила чешуя.

От одной мысли о том, чтобы ее сейчас отпустить, все внутри бунтовало. По крайней мере до того момента, как мы закрепим связь, которая позволит мне в любой момент ее найти.

Впрочем… мне казалось, я даже сейчас чувствовал слабое притяжение истинности, как будто к Элис меня привязывал пока призрачный, но уже очень прочный канат. Я буквально мог его видеть, хоть это и было невозможно: связь не закреплена, к Элис меня не привязывает пока — ничего.

И все-таки… Нахмурившись, я пытался разобраться в том, что происходит.

Почему все выглядит так, как будто… как будто связь уже появилась, пускай и выглядит слабой? Я, возможно, обратил бы на это внимание раньше, если бы не провалялся в отключке целый месяц.

Этот невидимый канат… будь я проклят, если это не та самая связь между истинными, о которой рассуждали ученые и о которой писали в легендах. Та самая, которая появляется после первой «близости», как секс целомудренно называли ученые и стихоплеты. Почему раньше ничего не было? Почему появилось сейчас? Ладно. Об этом стоит подумать чуть позже. А сейчас сосредоточиться на том, чтобы ее не прибить. Впрочем, нет истинной — нет проблем.

Опустив взгляд, я увидел, что из-под длинного левого рукава блузы Элис видны повязки.

Она перевязала метку! Спрятала ее!

Убью. Чего бы мне это ни стоило — убью.

Не припомню, чтобы кто-то раздражал меня сильнее.

Я ее почти ненавижу.

Больше всего на свете хотелось запереть Элис где-то… подальше от всех. Спрятать, как… сокровище.

Проклятие.

Все же в порядке было, когда она была в моем особняке!

Зачем ей понадобилось сбегать⁈

— Хорошо, — медленно произнес я. — Ты можешь со мной никуда не ходить.

Плечи Элис под тонкой тканью слегка расслабились. Она вздернула подбородок.

— Отлично. Тогда я прошу вас покинуть этот магазин.

— Нет.

— Что — нет?

— Нет, я не буду его покидать. Как написано в этой бумажке, — я потряс перед лицом Элис пергаментом с витиеватыми пояснениями законника, — У меня есть свобода воли. Так что я, пожалуй, останусь. Ты мне кое-что задолжала, Элис.

Элис побледнела. Я наклонил голову.

Гидеон захрустел семечками.

Его тоже убью.

Когда у него закончатся семечки⁈

— Если… — Ее голос дрогнул, а щеки вдруг покраснели. А это еще что? — Если вы о двадцати монетах, статуэтке, часах и золотом канделябре, то…

Она замялась, и у меня глаза на лоб полезли. Она стащила у меня статуэтку и канделябр? Зачем? Смутно я вспомнил, что, еще будучи в особняке, Элис просила у меня деньги. Но она хотела такую мелочь, что у меня тут же это вылетело из головы. Попросила бы больше, зачем воровать, мать его, канделябр⁈ И… так вот, куда подевалась статуэтка Богини… Древняя и бесценная реликвия рода Мэлори, между прочим. Стоит целое состояние. Интересно, Элис загнала ее в ломбарде?.. Эта мысль меня позабавила. Еще один повод для дражайшего приемного отца перевернуться в гробу.

— То мне крайне жаль, — закончила Элис. — Вы можете выставить мне счет, я погашу его, как только обзаведусь необходимыми средствами.

Убью.

Прямо сейчас.

— Ты в самом деле думаешь, что меня волнуют те безделушки, которые ты украла? Ты издеваешься⁈

Дракон внутри срочно требовал отдать Элис еще и еще — еще больше сокровищ, вообще все ценное, что у меня есть.

Я ненавидел это проснувшееся внезапно желание и только сильнее из-за него злился.

— Опустим то, что ты украла. А Рольфа ты зачем подговорила сбежать? — с трудом сохраняя самообладание, спросил я. — Ты можешь идти куда угодно — но он должен вернуться в школу.

— Нет, — раздался за моей спиной тихий голос.

Я обернулся.

Рольф, который до этого, видимо, подглядывал в щель между дверью и косяком, просочился внутрь. Я снова лихорадочно ощупал его глазами. Выглядит здоровым, на щеках — румянец, одежда простая, но чистая.

Как он здесь оказался?

— Рольф, где Хью? — тревожно спросила Элис.

— Дома.

Дома? Они живут вместе? И кто такой этот Хью?

Я оглянулся на Гидеона, но тот выглядел таким же сбитым с толку, как и я.

Рольф жался к двери, я подошел ближе, присел, чтобы удобнее было с ним разговаривать.

— Что — нет? — как мог мягко спросил я.

— Я не вернусь в школу, сэр лорд Мэлори.

Я сжал зубы и изо всех сил постарался не измениться в лице.

— Почему?

Рольф бросил испуганный взгляд на Элис, и это, должно быть, стало последней каплей. Злость затопила меня с головой.

Она его надоумила сбежать? Что она наговорила? Она понимает, в какой опасности находятся все необученные маги, особенно такие, как Рольф: с редким, сильным и ярким даром⁈

Я ее убью. У меня уже был с десяток поводов ненавидеть Элис. Но наконец один из них стал достаточно весомым, чтобы выпустить ярость наружу.

Даже боль я почти перестал ощущать. Или дело в том, что моя истинная — рядом, а Гидеон был прав, говоря, что это поможет успокоить мою магию?

Об этом я тоже подумаю позже.

— Гидеон, возьми Рольфа и выйдите отсюда, — попросил я самым спокойным тоном, на какой был способен, и подошел к Элис, впившись взглядом в ее лицо. — Нам надо поговорить с… — Моей невестой? Истинной? Занозой в заднице? — С Элис.

— Но… — начал Рольф.

— Идем, — мягко попросил Гидеон, кладя руку на плечо Рольфа. — Им нужно посекретничать — а ты мне пока расскажешь, как здесь живется. Тут есть магазины со сладостями? Я ужасно голоден.

Семечек не забудь купить.

Рольф бросил на Элис панический взгляд, и та кивнула.

— Идите. Проверь, остались ли там леденцы на палочке — по дороге домой купим для Эми.

— Обожаю леденцы, — с энтузиазмом поддержал Гидеон, который никогда не ел сладкое. — Пойдем, покажешь, где купить, пока Элис и лорд Мэлори разговаривают. Они нас нагонят через пару минут. Ты так вытянулся! Помнишь меня? Я Гидеон, целитель…