Истории города Ф. - Ли Кирш - Страница 20

А вот пример занятия для пятого года обучения в Школе Чародея и Необычных Дел — когда ученики уже не просто изучают чудеса, а сами становятся их создателями.

Занятие: "Изучение Карт Невидимых Мест"

Уровень: 5-й год обучения (возраст учащихся - 13-14 лет)

Преподаватель: профессор Илларий Слоу, эксперт по Пространственной Поэзии и Между Несказанного

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Место: Сама выбирающая форму в зависимости от темы (на этот раз — в виде круглой башни с панорамным видом на парк)

________________________________________

Цель занятия:

Научить учащихся создавать карты того, чего не видно: мест, существующих в воспоминаниях, чувствах, мечтах и ​​даже в тишине между словами.

________________________________________

Ход занятия:

1. Вводная медитация на воспоминание:

Ученики закрывают глаза и вспоминают место, где им когда-то было хорошо, страшно, уютно или интересно, но которого не существует на обычных картах.

2. Материализация невидимого:

Каждый получает лист из тонкого пергамента, который реагирует не на чернила, а на мысль. Ученики начинают рисовать не линии, а ощущение пространства:

исчезающие дорожки, когда о них забываешь

дом, где живет беспокойство

загорающийся свет, когда ты сам дома

скамейка, которая никогда не промокает

лавочка вещей, которые еще не существуют

3. Взаимное чтение карт:

Учащиеся меняются картами — и пытаются «прочесть» чужое пространство. Это учит уважения чужой внутренней географии.

4. Поиск Невидимого в городе:

Группами они отправляются на прогулку по городу Ф., чтобы «наложить» свои карты на реальность и обнаружить – где еще скрывается Невидимое? (Под фонарем, в старом окне, в тени дерева?)

________________________________________

Это занятие учит старших учеников главного: видеть глубже, чем глаза позволяют. Ведь волшебство – это не о трюках. Это о тонкости чувства, уважения к невидимому и способности делиться им бережно.

История о горячем чае и неожиданном волшебстве, ставшем приключением

В городе Ф., где утренние новости пахнут корицей, газетной бумагой и еще недописанными письмами, однажды в небольшом кафе на углу произошло событие, которое заставило даже кошку на подоконнике поднять голову.

Это было обычное студенческое утро. Студент по имени Марк сидел за столиком у окна с горячим чаем и сложной задачей. Задание никак не поддавалось, карандаш ломался, и нервы стали играть чайной ложечкой.

— Ну почему же она не решается? – пробормотал Марк и закрутил ложку в чашке так быстро, что чай смутился.

И тогда, прямо из глубины чашки, поднялся маленький, настоящий смерч.

Он был крохотный – не больше яблока размером, но спиралью вился над чаем, похожий на тонкий скрученный дым, только блестящий. Через мгновение - выпрыгнул из чашки, приземлился на пол, пробежал между столиками, осторожно обошел крошку круассана – и вышел на улицу.

Прохожие, обычно спешащие, останавливались и зачарованно смотрели, как по тротуару бежит миниатюрный вихрь, не поднимающий пыли, а лишь оставляющий за собой легкий аромат чая с бергамотом.

— Такой хорошенький! – говорили женщины.

— Может, это знак? – предполагали романтики.

— Это же город Ф., здесь всё возможно, — пожимали местные плечами.

Смерч, словно весёлый путешественник, проскочил по площади, пробежал через сквер, где поднял несколько осенних листочков в воздух, и наконец добежал до реки У.

И тут произошло настоящее чудо: он не исчез, не рассеялся, а скользнул по поверхности воды, как балерина — против течения, пока не исчез за поворотом реки.

Говорят, что он направился искать исток реки У., чтобы узнать, где начинается путь воды, и, возможно, ответить Марку на его сложную задачу.

А может… он до сих пор кружит где-то в верховье, играет с источниками, слушает разговоры между камнями и мхом. А кто-то, кто умоет лицо в том истоке, вдруг почувствует легкий чайный ветерок и поймет: чудеса не исчезают. Они просто изменяют свой масштаб.

О городе Ф. и дирижаблях

В самом сердце страны, где холмы мягко качают закат, а речка У. лениво петляет среди лугов, раскинулся удивительный город — город Ф. Этот город был не похож ни на один другой: в нём никогда не было трамваев, и никто и не ожидал, что в нём появится когда-нибудь филармония, хотя всё ёще теплилась надежда на строительство бассейна... Вместо рельсов и строгих концертных залов у города Ф. была одна, но необыкновенно важная достопримечательность — Депо Дирижаблей.

Каждое утро жители просыпались не от гула машин, а от мягкого шороха винтов — это воздушные красавцы, как огромные серебристые киты, выплывали из ангаров Депо, готовясь к своим небесным маршрутам. Кто-то вёз свежие фрукты с южных ферм, кто-то — письма и посылки, а самые красивые дирижабли, украшенные лентами и резными балконами, катали туристов, влюблённых в небо и романтику.

— Смотри, мама, вон "Филин-376" пошёл! — кричали дети, указывая на любимый зелёный дирижабль с золотыми пропеллерами.

— А это "Небесная Сказка"! — добавляли взрослые, у которых на борту той самой "Сказки" когда-то был самый важный день в жизни — первое свидание.

Управлял всей этой воздушной армадой старый капитан, борода которого развевалась на ветру, а голос мог перекрыть даже ураган. Он знал каждый дирижабль по имени, и каждый дирижабль знал его.

Иногда дирижабли проплывали так низко, что можно было прочесть названия маршрутов прямо с улиц: "Через Облака к Озёрам", "Лунный Туман", "Пески и Ветры". А вечером, когда солнце садилось, весь город собирался на площади, чтобы посмотреть, как дирижабли возвращаются — в багровом закате, в тишине, достойной самой величественной симфонии. Только вот филармонии-то в городе не было — дирижабли заменяли её с лихвой.

Так и жил город Ф. — без трамваев, но с мечтой, которая парила над каждым домом. А если вдруг кто-то из туристов спрашивал: «А почему у вас нет трамваев?», местные только улыбались и смотрели в небо:

— Зачем рельсы, если у нас есть облака?

О самой обычной бабушке и не совсем обычной банке...

В городе Ф., на уютной улице, где акации кивают ветвями окнам, стоит двухэтажный домик. В нем живет бабушка Маруся – вполне обычная, как все: с передником в цветочек, пухлой булочкой в ​​руке и добрым сердцем.

Под окнами её дома растут скромные, но щедрые цветы — бархатцы, петушки, немного календулы и шалфея. На кухне – шкаф с припасами, где все по полкам: компоты, варенье, огурчики, маринованные сливы…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И по внешнему виду — ничего особенного.

Но есть одна банка, которая стоит в самом углу, где-то позади сливового варенья и клубничного повидла. Обычная стеклянная банка. Но если свет падает под определенным углом, она… мерцает.

Бабушка никогда о ней никому не рассказывает. Она лишь иногда вытирает из нее пыльцу полотенцем и нежно вздыхает.

Ибо внутри той банки… находится весь город Ф.

Да-да. В уменьшенном, но очень точном виде. В банке видно:

– маленькие домики с красными и синими крышами,

– крошечные машинки, медленно ездящие по улицам,

– вокзал с микроскопическими часами,

– реку У., которая течет внутри банки, а также видно, как волны касаются всех пяти пляжей,