Проклятие Желтого императора - Хуянь Юнь - Страница 7

В этом случае стоило звонить по другому номеру.

– Звони сразу в городское управление общественной безопасности, спроси руководителя отдела криминалистики Лю Сымяо, – четко выговаривая каждое слово, приказала Лэй Жун.

Через двадцать минут инспектор Лю Сымяо прибыла на место, подошла прямиком к Лэй Жун:

– Сестричка, как ты?

Лэй Жун знала, что она спрашивает о «том случае», и вяло улыбнулась в ответ.

Лю Сымяо, указывая на коробку на столе, уточнила:

– Это?

Лэй Жун кивнула.

– Фотографируй, – немедленно велела Лю Сымяо одному из двух приехавших с ней полицейских.

Защелкал затвор камеры, засверкали вспышки: нужны были фотографии коробки со всех шести сторон. Тем временем Лю Сымяо расспросила Лэй Жун о том, что произошло, затем приказала другому полицейскому отправиться в фирму экспресс-доставки, название которой было указано на бланке, и немедленно разыскать курьера, доставившего посылку.

После того как все необходимые фото упаковки были сделаны, Лэй Жун надела перчатки и очень осторожно и плавно вновь вынула череп из коробки, положила его на белый фон, и полицейский фотограф продолжил съемку. Лю Сымяо, время от времени поглядывая на череп, продолжала обследовать коробку. Подняв один ее угол, тщательно осматривала поверхность через увеличительное стекло, проходясь сверху до низу, внутри и снаружи, как обычно делают криминалисты на месте преступления. В этот раз местом преступления была коробка.

– Нашла что-нибудь? – поинтересовалась Лэй Жун.

– Ничего. Обычный пятислойный гофрированный картон.

Лэй Жун, показав на череп, произнесла:

– Очень тщательно очистили, даже зубы вырвали. Боюсь, вряд ли мы сможем получить какую-то ценную информацию.

– Странно… – нахмурила брови Лю Сымяо.

Стоявшие рядом Гао Далунь, Тан Сяотан, Ван Вэньюн и другие коллеги не совсем поняли их диалог. Преступник всеми силами старается не оставить улик, это обычное дело. Что же тут странного?

Лю Сымяо на минуту глубоко задумалась, достала из криминалистического чемодана ультрафиолетовый фонарик, потом снова приподняла угол коробки, нажала на кнопку и, направив луч внутрь коробки, начала осматривать поверхности, углы и даже стыки картона.

Прошло немного времени. Лю Сымяо выключила фонарик, на лице у нее читалось разочарование:

– Все равно не нашла, похоже, мне придется разобрать коробку, посмотреть, есть ли что-то между слоями.

Лэй Жун помотала головой:

– Коробкой ты сможешь заняться позже, сейчас давай вместе взглянем на череп.

Только в этот момент Лю Сымяо обратила на него внимание.

– Ты ведь получила его совсем недавно? Когда ты успела провести мацерацию?

Мацерацией называется процедура очистки костного материала, если это необходимо для установления причины смерти или работы с человеческими останками, заключающаяся в удалении мышц, мягких тканей и загрязняющих веществ при помощи обработки паром или кипячения, что позволяет затем провести более точное исследование характера повреждений костей.

Лэй Жун отрицательно покачала головой:

– Убийца обскоблил его, словно тушеный бараний позвоночник[26], чтобы мы не смогли выделить ДНК.

Лю Сымяо, которая много лет осматривала места преступлений и видела бесчисленное количество страшных трупов, в этот момент растерялась от удивления:

– Ты хочешь сказать, что получила его уже в таком виде?

Лэй Жун, взяв в руки череп, указала:

– Посмотри, сверху больше всего параллельных следов, но есть и идущие в разных направлениях; эти царапины оставлены ножом с зазубринами, вот тут на скулах следы от ножа с обычным лезвием. В верхней челюсти остались обломки корней зубов, их, скорее всего, вырывали пинцетом. Еще глазницы, тут царапины довольно глубокие и идут по кругу, похоже, орудовали ложкой… После этого убийца проварил череп в кипятке и отправил сюда. Ничего нам не оставил.

Пока Лэй Жун рассказывала, к горлу Лю Сымяо несколько раз подступала тошнота.

– Этот череп мужской или женский?

– Женский, – недолго думая, ответила Лэй Жун. – Надбровные дуги довольно тонкие, лобная часть вытянута, поверхность гладкая, нет участков крепления массивных мышц – это все характерные особенности женского черепа.

– А возраст?

– По нескольким швам?[27] – Лэй Жун провела пальцем по черепу. – Эти швы называются зубчатыми, вокруг них есть некоторый рельеф, как будто бы кости сшил между собой суровой ниткой не очень умелый портной. Судя по всему, венечный и сагиттальный швы крыши черепа, ламбдовидный шов затылочной кости и клиновидно-чешуйчатые швы с обеих сторон еще не до конца срослись, а значит, жертва очень молода, ей около двадцати пяти лет.

– Кроме этого…

– Кроме этого мы не знаем ничего, – закончила Лэй Жун.

– Странно… – снова прошептала Лю Сымяо.

– Да что ж тут странного, в конце-то концов? – нетерпеливо воскликнула Тан Сяотан. – Какой же преступник хочет, чтобы его нашли? Понятно, что он не оставил никаких следов!

Лю Сымяо холодно взглянула на нее, отчего лицо Тан Сяотан залилось краской.

Лэй Жун постаралась объяснить:

– Ты в общем говоришь правильно, бо́льшая часть преступников стремится уничтожить улики, чтобы полиция не смогла изобличить их. Поэтому поведение человека, который сам присылает нам доказательства совершенного им преступления, если взглянуть на это с позиции криминальной психологии, является аномальным. В этом случае основным мотивом, помимо собственно убийства, является желание переложить вину за преступление на полицию. Поэтому он оставляет на месте преступления подсказки – важные вещественные доказательства, – как бы желая сказать: «Я же подсказывал, а вы не нашли меня, следовательно, вся вина за содеянное целиком и полностью лежит на вас». Прислать нам этот череп и не оставить ни на нем, ни на упаковке никаких следов, это как требовать отгадки, не загадав саму загадку. Каким же был его замысел?

Тогда все присутствующие наконец поняли, что же имела в виду Лю Сымяо, когда произнесла «странно», но Тан Сяотан это, похоже, не убедило:

– Еще может быть, этот урод, чтобы доставить Лэй Жун неприятности, специально выкопал на кладбище тело, отрезал голову, чисто отмыл череп и прислал сюда.

– Как долго вы работаете в сфере судебной медицины? – вдруг спросила Лю Сымяо.

Тан Сяотан осеклась, ей не хотелось отвечать на этот вопрос, но под взглядом Лэй Жун она, ничего не скрывая, тихим голосом произнесла:

– Скоро будет год…

– Тогда я скажу. – Лю Сымяо ничуть не пыталась скрыть свое раздражение. – Тела, которые захоронены на кладбище, в процессе разложения неизбежно повреждаются насекомыми. Как же могло так получиться, что на этом черепе они не оставили никаких следов и сохранились исключительно следы от инструментов человека?

– Опять же если слегка надавить на поверхность, то даже через перчатки чувствуется, что кость слегка клейкая, из чего следует, что содержание белка в костной ткани все еще высокое, а это означает, что перед нами останки совсем недавно умершего человека, – добавила Лэй Жун.

В этот момент дверь прозекторской отворилась, и полицейский, который был отправлен на поиски курьера, помахал рукой Лю Сымяо. Она повернулась к Лэй Жун и сказала:

– Похоже нашелся курьер, я пойду узнаю и сразу вернусь.

Когда она пришла обратно, лицо ее было сердитым:

– Такая фирма правда существует, и того доставщика нашли. Спросили его, он ничего не знает, сообщил только, что в первой половине дня поступил заказ на прямую доставку. У человека, передавшего посылку, была густая борода, больше курьер ничего толком не разглядел. Мобильного номера, который бородач написал на бланке, не существует.

– Борода, скорее всего, поддельная. – Лэй Жун еще немного подумала и уточнила: – А откуда курьер забирал посылку?

– Бородач встречался с курьером у книжного магазина «Новый Китай» на улице Сифэн, посылка была уже упакована к приезду курьера. Парень приехал, наклеил бланк и доставил коробку сюда. – Лю Сымяо обернулась. – Я еще раз осмотрю ее, поищу отпечатки пальцев, потом разберу, проверю, может быть, что-то есть внутри. Не верю, что посылка от бородача – это просто прогрев перед первым апреля.