Инженерный Парадокс 2 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 24

С другой стороны именно то, что он начал прорезать стену, позволило отряду Феликса добраться до него. Произошёл скоротечный бой, после чего диверсант, получивший несколько явно серьёзных повреждений, выпрыгнул в окно восьмидесятого этажа.

И исчез: поиски ничего не дали, а от электронного наблюдения диверсант был скрыт до, во время, да и после схватки.

А значит, надо готовится к следующему нападению. Сам диверсант ушёл живым. хотя и с повреждениями. Да и даже если бы сдох: одиночка, обладающий подобными технологиями просто невозможен, в мире корпораций.

Так что даже если бы диверсант был бы ликвидирован, то к атаке стоило готовится… О чём комендант, его заместитель и отвечающие за безопасность сотрудники преступно забыли.

Ну ничего, вскоре Феликс им это напомнит. При этой мысли на лице главы безопасности появился оскал, превращающий его и без того страшноватое лицо в подобие обтянутого кожей черепа.

А взгляд Феликса переместился на терминал, на котором был зациклен презентационный ролик корпорации. Но одновременно — символ и смысл жизни Феликса.

Так что неотрывно смотря на сменяющиеся картинки, Феликс выпрямился, практически по стойке смирно.

А ролик начинался с того, что выполненный из блестящего, сероватого металла угловатый коршун рассекал небесную синь.

Через несколько секунд в него летели несколько ракет, расцветивших серый металл коршуна облачками разрывов. Впрочем ущерба символ корпорации не получил, а грозно засверкал алыми глазами спикировал на несколько самолётов.

Часть повредил выдвижным оружием, часть просто рассёк ключом и когтями, после чего, набирая скорость, ринулся вниз.

Вошёл в воду, подняв гигантский фонтан, а через секунду качался на волнах, в виде судна типа ракетного катера. Но черты металлической птицы отчётливо проглядывали в этом судне.

Ситуация в воздухе повторилась и на воде: корабль частично протаранил, частично расстрелял корабли противника. Разогнался, трансформируясь в движении и оттолкнулся от воды, начав полёт в виде коршуна.

И, уже из полёта, спикировал на огромную боевую машину, ведущую по нему зенитный огонь. Разорвал её когтями, и выбрался из взрыва в виде огромного механизированного доспеха, несущего смерть врагам корпорации.

Естественно, и в этом случае птичьи черты сохранились. А после расправы над противниками на земле, произошла трансформация в птицу, полетевшую в направлении солнцу.

А на экране появился девиз корпорации, который Феликс шептал в такт появляющимся буквам:

In aere, in aqua, in terra:

Veni, vidi, destrui

Использование древнего забытого языка не слишком нравилось Феликсу. Но смысл девиза, обозначающего безоговорочное доминирование товаров корпорации — для клиентов, и самой корпорации — на самом деле, грел его сердце.

И тут одиночество Феликса было нарушено: в серверную вошли пара бойцов в боевой броне. Они очевидно конвоировали четверых человек.

Кроме этого явно отдельно от этой компании шёл полный, одетый в роскошный костюм человек. Правда вид его, напряжённый, почти испуганный, не соответствовал его одежде.

Феликс резко повернулся к вошедшим, и стремительно направился к ним. Бойцы замерли, негромко бросили «стоять» и конвоируемые замерли.

— Вот и вы, — скривив губу, проронил Феликс, меряя четвёрку взглядом. — Сам факт того, что мне. после нападения, приходится использовать гвардейцев, чтобы увидеть вас — преступен!

— А-а-а… — практически пропищал один из четвёрки, но получил удар от бойца, в боевом доспехе, и скорчился, замолчав.

— С тобой, Артём, как с главой информационной безопасности, как и с твоим заместителем, отдельный разговор. Ты пока подумай, что мне ответить на такой вопрос: как диверсант оказался на серверном этаже незамеченным? Если мне не изменяет память, ты заверил Илариона Петровича что защита штаб-квартиры идеальна.

Скорченный пытался было разогнутся и начать возражать, но увидев движение конвоира вновь скрючился молча. Возможно — и вправду пытался придумать объяснение.

А, возможно, мысленно прощался с жизнью, подводя её итоги. Что было в текущей ситуации очень предусмотрительно.

— Итак, господин комендант штаб-квартиры, — уставился Феликс на одетого в мундир, подобный его собственному. — Я желаю знать: почему не были проведены необходимые мероприятия после первой атаки?

— Я к ним готовился, Феликс! — зачастил комендант. — Но нападение на следующий день было неожиданным!

— Это… — брезгливо скривился Феликс. — Оправдание?

— Да! Никто не был готов…

Продолжить капитан не успел. Нечеловечески быстрым движением Феликс выхватил из кобуры гигантский револьвер и выстрелил из него, слегка покачнувшись от чудовищной отдачи.

При этом звук выстрела, на удивление, был даже тише выстрела из обычного оружия. Что создавало жутковатый диссонанс: голова и шея коменданта просто взорвалась осколками костей, ошмётками плоти и брызгами крови.

Частично забрызгав даже стоящего в стороне полного человека в костюме. Последний передёрнул плечами, но явно не впадал в панику, просто вытерев кровавое пятно на щеке шёлковым платком.

— Теперь ты. Заместитель коменданта и глава безопасности штаб-квартиры, — как ни в чём не бывало продолжил Феликс, обращаясь ко второму пленнику. — Тебя вчера… просто не было на месте. Мне пришлось посылать отряд, чтобы ты оказался передо мной. Тебя вытащили с какого-то… пьяного гульбища, — практически сплюнул Феликс. — На следующий день после нападения. Ты осознаёшь свою вину?

— Я был… я подал рапорт, у меня был… — начал было оправдываться тридцатилетний военный.

— Не признаёшь, — сделав жест одному из охранников, констатировал Феликс. — В тепловой реактор его!

— Простите… — подал голос толстяк. — Это как?

— Это в тепловой реактор, в качестве топлива. Хотя бы так это принесёт пользу корпорации и в ничтожной мере возместит причинённый вред, — пояснил Феликс.

— Заживо?

— Естественно. Тратить на него пули — нецелесообразно. И он не имел тех заслуг перед корпорацией, которые оправдали бы быструю смерть, — указал Феликс на обезглавленный труп. — А теперь… — обратился он к двум гражданским.

Но последние проявили завидную сообразительность: повалились на колени, на два голоса крича о своей вине и готовности искупить её.

— Признаёте, — протянул Феликс. — Искупить… Что ж. Господин заместитель коменданта, — обратился он к толстяку. — Хотя уже комендант. Этих двоих — на пожизненный контракт.

— С какой суммой выкупа, господин Феликс? — озвучил толстяк.

— Вы почти потеряли место, господин комендант. Какая, к дьяволу «сумма»⁈ Пожизненный!

— Простите. Понял, сделаю.

На это Феликс кивнул. отдал приказ оставшемуся бойцу убрать двух оставшихся, и встал, задумавшись.

— А… простите, господин Феликс… — через минуту тишины пробормотал толстяк.

— Да, господин комендант.

— Я… просто это не вполне моя компетенция… И я не хочу подвести корпорацию! Но…

— Коррроче, — пророкотал Феликс.

— Чем вы руководствовались, вынося приговоры? И почему не уничтожили Артёма и его заместителя?

— Стремление быть полезным корпорации — похвально. Что ж, слушайте: бывший комендант как я и говорил, имел заслуги перед корпорацией. Но преступление перед ней заслуживало исключительно смерти.

— Понял, — кивнул толстяк. — Сергей — не имел.

— Более того, упорствовал в том, что он невиновен. Годовщина, именины, какая-то… прочая дичь. На следующий день после нападения! Его стоило расстрелять в тот же миг, как он подал свой рапорт! А этот… — небрежно махнув рукой в сторону трупа, — его покрывал. Впрочем, ваш вопрос касался техников, как я понимаю? — на что толстяк кивнул. — Всё просто. Они достаточно компетентны, по оценке независимых специалистов. И их вина не настолько велика, хотя пренебрежение обязанностями налицо. И теперь, связанные пожизненным контрактом, они смогут направить все свои способности и время на свою работу, — пожал плечами Феликс.