Кодекс Императора II (СИ) - Молотов Виктор - Страница 25

Канцлер последнее время совсем обнаглел и почувствовал безнаказанность. Виктор Степанович начал действовать, уже особо не скрываясь, а его новые законы и распоряжения не только не были полезны для Российской империи, но и вредны. Польза от них была только для рода Разумовских и его союзников.

Как и планировал, я пришел на бал Северских. Мне нужно было здесь появиться и показать главе рода — Сергею Николаевичу свое почтение. Хоть он и не поддерживал меня, но и против не выступал. Этот человек всей душой болеет за империю и достаточно адекватен.

Осталось всего десять минут, через которые я должен был отсюда уйти, как внезапно ко мне со спины подошел высокий широкоплечий мужчина.

Обернувшись, я столкнулся с его разъяренным взглядом.

— Ты… — процедил он, а крылья носа раздувались от злости. — Ты посмел оскорбить Анастасию Романову!

— И как же я ее оскорбил?

— Назвал ее недостойной быть императрицей! Я вызываю тебя на дуэль!

О, как же быстро он перешел к делу.

— А ничего, что Анастасии Романовой тут вовсе нет?

— Плевать! — прокричал он, привлекая к нам всеобщее внимание. — Дерись, трус! Я знаю, что ты настоящий трус, дай же отказ и скажи почему!

— Мне не надо с тобой драться, ты ниже меня по статусу, — спокойно ответил я.

— Как ты смеешь? — проорал он.

— Но я же не сказал, что отказываю в твоем вызове. Вместо меня с тобой сразится глава моей гвардии.

— Хорошо! Если он появится здесь через пять минут, я сражусь с ним! — самодовольно смотрит на меня он.

— А зачем мне пять минут, если я уже здесь? — из-за его спины раздается голос Кутузова, я не удерживаюсь от легкой улыбки.

— Как? — оборачивается неудачливый дуэлянт и смотрит широко распахнутыми глазами на Кутузова. — Ты же был отправлен в командировку в Тверское княжество.

— Кто тебе такую глупость сказал? — спрашиваю я.

— Как так… слуги же сказали…

— То есть ты поверил слухам, которые ходят среди слуг? Тогда ты полный идиот.

Мужчина стоит с открытым ртом и явно сожалеет, что уже не сможет отказаться от вызова. Что ж, он сам виноват в том, что скоро произойдет.

— В общем, жду тебя в машине, — говорю Кутузову. — Заканчивай здесь побыстрее и возвращайся.

Он кивнул, а я отправился на улицу.

Когда младший Разумовский вернулся, я спокойно стоял себе и собирался покурить трубку. Думал, стоит ли воспользоваться спичками или же стоит прикурить от горящей машины, на которую я сейчас и смотрю.

— Понятно… — единственное, что сказал Кутузов при виде этой картины.

— Ага, — ответил я.

— Рад, что вы не находились в машине. Черт, я же лично все проверял, — скривился Кутузов, и я впервые за долгое время увидел на его лице хоть какие-то эмоции.

— В этом случае ты бы никак не смог помочь… Кстати, как твоя дуэль? Надеюсь, ты его не добил?

— Нет, он всего лишь ближайшие полгода клинок в руки взять не сможет.

Я рассмеялся и ответил:

— Зная тебя, он будет боятся взять в руки меч, даже когда раны заживут.

Кутузов кивнул и продолжил:

— До вас мне все равно далеко, господин.

Он имел ввиду мой ум, поскольку я всегда оказывался прав. Но так было не всегда… Из каждого своего перерождения я забирал лишь знания и умения, вернее, это единственное, что я мог унести в новую жизнь. Поэтому меня никогда не интересовали несметные богатства, и мне не хотелось делать каждый из родов, где я оказывался, слабее.

Если оставлять потомкам колоссальные излишки средств, они перестают думать своей головой, стремиться и развиваться — я не раз сталкивался с этим на практике. Оставлять наследникам нужно ровно столько, чтобы им было интересно приумножать эти средства и вкладывать собственные силы в развитие рода.

Очень скоро на улицу выбежали слуги и сам хозяин дома. Умный старик, выглядевший на шестьдесят, но на самом деле он был чуть старше. Род Северских имеет значительный вес в империи, поскольку работает напрямую на государство — у них были военные заводы.

Аура Сергея Николаевича вспыхнула, как только он увидел горящую машину. По парковке пронеслась слабая волна энергии.

Он сразу подошел к слугам и к своим гвардейцам:

— Найдите того, кто посмел это сделать и приведите ко мне! Я лично оторву его голову.

Затем он обернулся к выскочившим на улицу гостям:

— Господа, надеюсь среди вас нет того, кто позволил себе совершить такое. Я уж не говорю, что это покушение на возможного императора!

Следом Сергей Николаевич подошел ко мне:

— Мне очень жаль, что так произошло, Ваше Высочество, — он склонил голову. — Готов понести наказание.

Род Северских также был известен тем, что на своих приемах и в целом со всем своем поместье и его землях гарантировал абсолютную безопасность своих гостей. У них довольно сильная гвардия и хорошая служба безопасности. К Северским могли даже прийти члены воюющих между собой родов, и они были уверены, что все будет в порядке. И эта традиция соблюдалась, ровно до сегодняшнего дня.

Сергей Николаевич гордился тем, что в его доме всегда было безопасно… и сейчас ему было невероятно стыдно, что это правило нарушено.

— Здесь нет вашей вины, Сергей Николаевич. Просто я стал слишком популярен, — говорю я.

— К сожалению есть, Ваше Высочество, — он снова опускает голову. — Могу лишь обещать вам, что виновные будут обязательно наказаны.

Я сомневался в таком обещании, но вслух этого говорить не стал.

— Мы выделим вам новый транспорт, безопасный, — он выделяет интонацией последнее слово.

— За это буду благодарен. Как видите, моя машина уже уехать не сможет.

— Ваше Высочество, может быть пройдем в мой кабинет и поговорим в спокойной обстановке? — предлагает Северский.

Вокруг и в самом деле стало слишком шумно. Гвардейцы сновали туда-сюда, вместе с собаками осматривая местность. Но ничего подозрительного они не найдут… А если и найдут, это не будет иметь никакого отношения к моей взорвавшейся машине.

Мы разговаривали с Сергеем Николаевичем целых три часа ровно до тех пор, пока приём не закончился. Потом на выделенном его службой безопасности транспорте мы отправились во дворец.

Кутузов сел за руль вместо водителя, который находился в недельном отпуске. Он давно отпрашивался съездить к семье, и сейчас, когда моему начальнику так понравилось водить дорогие автомобили, я спокойно отпустил водителя.

— Нет, ну я все равно не понимаю… У машины была артефактная защита, туда не могли подложить взрывчатку. Это все не укладывается у меня в голове, — поделился Кутузов, когда мы ехали домой.

Он достал телефон и показал приложение, которое было связано с защитой прошлого автомобиля.

— Я бы увидел, если в машину что-то подложили. Не понимаю, как так вышло, — продолжил он.

— А если я скажу, тебе станет легче? — спросил я.

— Да, я пойму, как мне лучше выполнять свою работу.

— Хорошо, — пожал плечами я. — Это я сделал.

— Понятно, — спокойно ответил Кутузов. — Добились, чего хотели?

— Конечно, граф Северский теперь на моей стороне. Но это не главное.

— Поставки?

— Верно. За то, что этот инцидент в принципе случился, Северский выполнит мою просьбу, и поставки для рода Эльбрук будут выполнены в срок, им не придется ждать полтора года.

— Удивительно, — протянул Кутузов. — Впрочем, я иногда забываю, с кем разговариваю.

Я улыбнулся. Сегодня я был доволен собой, хотя поступил не совсем честно по отношению к графу Северскому. Но в этой ситуации не было особого выбора. Сергей Николаевич — тот винтик в огромном механизме, который необходим. К тому же я сделал ему одолжение: он войдет в мою коалицию и познакомиться с нужными людьми заранее, что в дальнейшем поможет не только мне, ведь мне известны планы некоторых людей касательно рода Северских — и теперь у Сергея Николаевича появилась хорошая возможность не только выстоять, но и победить.

Сергей Николаевич должен был умереть, но когда планы переигрываются, как это происходит сейчас, его смерть уже не будет принципиальной. А мне не хотелось, чтобы империя потеряла такого умного и полезного человека, как граф Северский, тем более учитывая взгляды на жизнь его детей. Пока Сергей Николаевич жив, они будут действовать ровно так, как он скажет и не посмеют возразить главе рода.