Кодекс Императора II (СИ) - Молотов Виктор - Страница 21

По мнению Федора, империя была сильна… очень сильна. И эта сила простаивает слишком долго. С ее помощью можно запросто захватить Эстонскую Федерацию и переплюнуть заслуги Первого императора, личность которого слишком раздули в истории… Давно пора ее заменить кем-то более значимым, и Федор видел себя в этой роли.

В свои покои цесаревич вернулся только под вечер, пьяным после посиделки с Казанскими. Он уснул сразу, как его голова коснулась подушки.

Федор Романов проснулся от громкого шума. Двери в его покои выбили.

От едкого чувства страха внутри у цесаревича все сжалось, но так просто сдаваться он не собирался. Клинок Федор не нашел, он торопился… и даже не включил свет.

Вспомнив, что возвращаясь сюда, у него в руках была полупустая бутылка шампанского — ей он и вооружился.

Осмотрелся вокруг — окно распахнуто настежь, цесаревича обдало потоком холодного ветра.

Вдруг в комнату заходит его личная гвардия. Увидев их, цесаревич выдохнул.

— Все в порядке, Ваше Высочество? — спрашивает начальник охраны, смотря, как Федор стоит с бутылкой на вытянутой руке.

— Все хорошо, — отвечает он, сам в это не веря.

— Может, тогда опустите… эмм, оружие?

Цесаревич поставил бутылку на пол, осознав, как комично он выглядит. Хотя это не так интересовало, как собственная безопасность.

— Что случилось? — спрашивает он у гвардейцев.

— Вам лучше самим это увидеть, — отвечает он, и мужчины расступаются, освобождая путь к двери.

Федор осторожно выходит в коридор и замирает. Шестеро гвардейцев из его личной охраны, которые должны охранять покои наследника, лежали мертвыми. Цесаревич побледнел и обернулся к живым гвардейцам:

— Когда это произошло?

— Четыре часа назад, Ваше Высочество.

Федор округлил глаза, поняв, что целых четыре часа находился без охраны. Его запросто могли убить!

— Тогда почему я еще жив?

— Вам лучше взглянуть сюда, — говорит начальник охраны.

Федор возвращается в комнату, в которой уже горит свет. Подходит к собственной кровати…

У изголовья торчит забитый топор. Сантиметрах в десяти от места, где совсем недавно находилась его голова.

— Какого… — прошептал Федор, силясь осознать произошедшее.

Судя по всему, кто-то объявил цесаревичу войну. Он вспомнил слова Дмитрия, но от этого не становилось лучше.

— Мне надо срочно позвонить, — говорит он гвардейцам.

Федор хотел отправиться в кабинет, который Казанские выделили ему для ведения дел.

— Ваше Высочество, это может быть небезопасно.

— Плевать! Срочно усильте охрану в десять раз! Не отходить от меня ни на шаг, — приказал наследник.

Охрана выполнила указ, и в сопровождении Федор помчался к кабинету. Сейчас он был готов согласиться на многие варианты по устранению Дмитрия от Разумовского. Он был готов на многие уступки. Все, лишь бы убить Дмитрия!

Весь день я отлеживался и раздавал дары. Помимо того, что два ушли на залечивание моих собственных ран, один пришлось просто растворить и вернуть Многомерной Вселенной — он был испорченным. Часто случается так, что слабые дары пытаются разогнать артефактами, но выходит такая жесть, что это только вредит энергетическим структурам — сила получается мнимой, а не реальной.

У меня остался всего один дар, который я не пристроил. Кому-то достанется хороший бонус.

Ближе к вечеру я отправился поговорить с сестрой, которая так ждала моего визита. Охрана на входе без вопросов меня пропустила.

Войдя в ее покои, я первым делом спрашиваю:

— Привет, как здоровье?

— Гораздо лучше, — улыбнулась Анастасия.

На ней практически не осталось следов недавнего нападения, если не считать розовой кожи, которая еще не обрела привычную сестре бледность.

— Хорошо выглядишь.

— Твоими молитвами и твоими стараниями, брат.

— Рад, что ты начала это ценить.

— Я всегда знала, ты самый заботливый из нашей семьи.

— И когда ты это поняла? После нападения? — я слегка приподнял брови.

— Нет, гораздо раньше. Один человек шантажировал меня, и внезапно пропал… Бывало, что исчезали гвардейцы из моей стражи, а потом в их вещах находили что-то, что могло причинить мне вред. У меня были подозрения, но теперь я знаю наверняка, кто в этом замешан. Но почему ты мне помогаешь? Мы же конкуренты, — сестра приблизилась ко мне и встала так, что нас разделяло всего два шага.

Я рассмеялся.

— С чего ты взяла, что мы конкуренты? — спрашиваю я с улыбкой.

— О как, — хмыкает она. — Насколько же ты умнее, чем я думала…

— Я Романов, а этого достаточно.

— К сожалению, не всем хватает крови Романовых, чтобы так развиться.

— Это уже их выбор. Из поколения в поколение наследники совершают одни и те же ошибки, вместо того, чтобы идти по проторенному пути.

— А ты это откуда знаешь?

— Я не спал на уроках истории.

Анастасия улыбнулась. Нас в детстве заставляли учить историю Российской империи так, чтобы она отскакивала от зубов. И сестре этот предмет казался самым скучным, хотя тут повлиял и преподаватель — Михаил Владиславович прекрасно разбирался в истории, но голос у него был уж слишком монотонный.

— Завтра я собираюсь выйти в люди, — говорит сестра.

— Зачем мне об этом знать?

Тем более, Анастасия и без того знала, что ее служанка передает мне все.

— Хочу, чтобы ты знал… Я за тебя, брат.

— Что ж, раз ты признала меня своим императором, я должен быть милостивым и щедрым.

— Щедрым? Подарки я люблю, — глаза сестры сверкали от любопытства.

Над моей рукой образуется сфера, и лицо сестры вытягивается — она не скрывает удивления. Ведь всем известно, чтобы получит дар — я должен убить его обладателя.

Небольшая сфера врезается в грудь сестры, и ее подкашивает.

Волосы Анастасии начали переливаться разными цветами, то же случилось и с кожей, меняющей оттенки.

— Скажи ему, чтоб не рычал, — говорю я.

— Он боится, — шепчет сестра.

— Правильно боится.

Сестра держалась за грудь, тяжело дыша. На руках выступили вены.

— Завтра не выходи. Твоему организму нужно это усвоить. Как поймешь, что случилось — свяжись со мной.

— Хо…хорошо.

Сестра направилась к кровати, а я вышел из ее покоев. Отправился в свой кабинет — то место, где я проводил большую часть времени, находясь в столице.

Я передал Анастасии аспект дара метаморфа, и теперь сестра станет сильнее. Но кроме этого, ее зверь будет доволен.

У нее довольно редкий дар метаморфа — со зверем внутри, его особенность — пожирание всех слабых и постоянная жажда убивать. Но у Анастасии нет подобных наклонностей, а значит, она сильнее характером, чем сидящий внутри нее зверь. А зверей со слабым характером попросту не бывает.

И сейчас он негодовал от происходящего. Пока не понимал, как мой подарок может его усилить. Но когда я попросил его успокоить, рычание вовсе сменилось на скулеж щеночка. Так что все прошло хорошо.

В дверь постучали, и я разрешил войти.

Ко мне пожаловал военный советник короны — Тимофей Игоревич Старцев вместе с двумя своими помощниками.

— Чем обязан? — спросил я.

— Ваше Высочество, поскольку вы единственный наследник, который сейчас находится во дворце, нам требуется ваша подпись.

— А сестра?

— Она сейчас не в лучшем здравии, и никого к себе не пускает. Через нее получить подпись не получится.

— Зачем вам моя подпись?

— Нам нужно разрешение на защиту земель, чтобы армия Российской империи выдвинулась в Эстонскую Федерацию.

— Так, давайте подробнее, — велел я.

— Вчера Эстонская Федерация выслала на наши земли диверсионный отряд, они уничтожили несколько застав. Империи сейчас требуется крепкая рука и срочные меры, — пояснил Тимофей Игоревич.

— Почему этого не было в донесениях.

— Было, у вас попросту нет допуска к подобной информации, ваше высочество.

Он протянул мне документы и я внимательно их изучил.