Странник... мой? (СИ) - Резник Юлия - Страница 28

– Это из-за папы, да? – Зойка сделала глубокий судорожный вдох.

– Что именно?

– Ты уезжаешь из-за папы.

– Он пригласил меня погостить, – разъяснила я, ни в коем случае не желая становиться камнем преткновения между отцом и дочерью. – Но это не может длиться вечно. Только и всего.

– А ты бы хотела? – вцепилась в меня клещом девочка.

– Чего?

– Остаться?

– Малыш, это невозможно. Невозможно, и все… Давай не будем об этом. Ты уроки сделала?

– Конечно.

– Тогда пойдем готовить ужин?

– Не хочу.

Кажется, она расстроилась до слез. Но когда я попыталась ее удержать, только вырвала руку и убежала.

Все же хорошо, что все скоро закончится. Оказалось, я довольно быстро привязываюсь к людям. А ведь долгое время я считала себя настоящим социофобом. Все ложь. Все, что я про себя знала.

Я достала домашнюю замаринованную с утра курицу, включила духовку. Уж чему я научилась за эти дни – так это жить здесь и сейчас. Сегодня у нас по плану были шикарный ужин и, может быть, даже вино.

Когда все приготовилось, я попросила Зойку позвать отца. Та, несмотря на свои обиды, мотнулась к мастерской, но вернулась ни с чем.

– Он работает, – буркнула она. – Поужинаем вдвоем.

Я сначала так и думала сделать. Достала с верхней полки тарелки. А потом все же психанула!

– Одну минуту, хорошо?

Схватила ветровку, побежала быстренько через лесок. Что-то подгоняло вперед.

– Архип, ужин готов. Я хотела открыть вино…

– Что тебе непонятно во фразе «я занят»?!

Осеклась. Поникла в одно мгновение. Весь энтузиазм пошел побоку. Вот тебе и прощальный ужин. А ведь я хотела... Наверное, чтобы он запомнился. Мне – так точно. Но, может быть, и ему.

– Извини, – отступила. – Этого больше не повторится.

Хотя бы по той простой причине, что нам больше не представится такой возможности.

Как вернулась в дом – не помню. Зойка с унылым видом ковырялась в своей тарелке. Я тоже едва различала вкус еды. Удалась моя курица, или получилась все ж суховатой – не знаю.

– Хочешь, я заплету тебе косы?

Зойка любила, когда у нее копошатся в волосах. Удивительно, сколько я всего узнала об этой девочке за такой короткий срок.

– Нет. Пойду географию повторю.

– Да, конечно.

Они, как будто не сговариваясь, от меня отдалялись. Ну, может, так и лучше, да? Что продлевать агонию? Прихватив с собой початую бутылку вина и сигареты, устроилась на веранде. Сидела так долго. Успела замерзнуть, а ведь только-только пришла в себя после цистита, который заработала, позируя Архипу на камне.

Хотела уже уходить, когда он, наконец, появился. Неодобрительно зыркнул на полную окурков пепельницу. Бокал…

– Не забудь закрыть дверь на замок, когда вернешься в дом.

И все?

– Не забуду.

Выплеснув в рот остатки вина, вернулась в дом. Закрыла окно. Потопталась в кухне и, никем не остановленная, пошлепала к себе. «Выходит, прощального секса не будет», – хмыкнула я. Уже вообще ничего не будет. Просто потому что порой в жизни случаются настолько ослепительно-яркие моменты, которые ничем не перебить. В моей такой случился тридцать первой весной… И большое ей спасибо за это.

Я взяла в руки телефон, чтобы освежить в памяти красоту тех дней. И поскольку терять мне уже было нечего, отправила Страннику несколько снимков, почти повторяющих его собственные.

«Мы ходим одними тропами…» – написала я.

Пусть знает. Что я знаю…

Глава 19

Галочки, что мое сообщение прочитано, зажглись синим, когда Архип уехал. И если до этого я еще на что-то… да, наверное, все же рассчитывала, то потом… Да господи боже мой! Я рассчитывала тоже. До последнего. Хотя уже и дураку было понятно, что Архип догадался, что я его вычислила. Понял. И просто не захотел иметь со мной больше дел.

– Ну, вроде ничего не забыла, – сказала я, окидывая взглядом дом. Я начала собираться, не дожидаясь результатов встречи Сильвестрова с Новиковым, решив, что, как бы там ни было, оставаться здесь я больше не смогу. Мне физически от этого больно. Но что важнее, нет никаких сил играть, поддерживая миф, что я ничего не знаю.

Зоя ненадолго отвлеклась от планшета, смерила меня хмурым взглядом и опять уткнулась в экран.

– Я оставлю тебе свой номер. Ты же бываешь в городе. Вдруг захочешь встретиться – звони, не стесняйся.

– Это вряд ли.

– Ну, я оставлю на всякий случай, – беспомощно прошептала я, покусав щеку. – Мало ли что.

– Угу…

– Ты не засиживайся, завтра же в школу.

– А ты что, уже спать? – встрепенулась Зойка.

– Да. Что-то я устала с этими сборами. Вроде и вещей – кот наплакал, а энергия на нуле.

Это еще мягко сказано. По мне будто КамАЗ проехался.

– Спокойной ночи тогда.

– Спокойной ночи, – улыбнулась, выходя из комнаты.

Я и сама была подростком. Как будто совсем недавно. Поэтому эмоции Зои мне были понятны, я ее не винила. Все мы строим воздушные замки. Ничего, время сглаживает любые разочарования, время учит с ними мириться. И, наверное, лучше разочароваться, чем вообще ни о чем не мечтать. Зойка, наверное, придумала, что мы заживем одной большой и дружной семьей. Тяжело ей было без мамы. Уж кому это было знать, как не мне?

В комнате было прохладно. Я успела перенять массу привычек Странника за время, что провела с ним бок о бок. Например, привычку засыпать с открытым окном. И в целом я полюбила прохладу. Наверное, дома мне будет мешать уснуть городской шум.

Я почти уснула, когда почувствовала, что дверь в мою комнату приоткрылась. Босые пятки прошлепали к кровати. И тут же ко мне под одеяло пробралась…

– Зойка!

– Извини, не хотела тебя будить, – всхлипнула девочка, с силой сжимая меня в объятиях.

– Все нормально. Ну, что ты… Не плачь. Все будет хорошо.

– У кого?!

– У всех. Обязательно будет. Тщ-щ-щ.

Зойка рыдала, я водила руками по ее вздрагивающей спинке, и себе обливаясь слезами. Так мы с ней и уснули – измученные и несчастные.

Архип вернулся ближе к обеду, как и обещал. Зоя была в школе, но я пообещала ей, что не уеду, не попрощавшись. Проведя оставшееся до отъезда время за приготовлением обеда.

– Привет.

– Привет. Пахнет вкусно.

– Я сварила борщ, – скосила взгляд на Архипа, продолжая нарезать хлеб. Сердце взволнованно колотилось в груди. И болело, ох, как оно болело…

– И собрала вещи, – хмыкнул он, окидывая взглядом один единственный пакет.

– Ну, ты же обещал все разрулить.

Архип с шумом отодвинул стул и уселся, кивнув.

– Да, они уберутся отсюда. И вот…

Я даже не поняла, что он положил на стол. Пришлось подойти поближе.

– Трудовая? Моя, что ли? – округлила глаза.

– И характеристика. Расчет должен поступить тебе на карту до конца дня. Там нормальные деньги. Так что не спеши соглашаться на любую работу. Найди по душе.

Я поставила перед Архипом полную тарелку и медленно опустилась на стул. Мне следовало его поблагодарить. Это меньшее, что я могла сделать, но как-то язык не поворачивался – даже добро сейчас воспринималось предательством. Я сглотнула собравшийся в глотке ком.

– Класс… – все же пробормотала я, шаря по лицу Архипа ищущим взглядом. Посмотри же на меня, ну?!

– А, и вот… Чуть не забыл.

Он встал, вышел из кухни, а вернувшись, положил на стол женскую сумочку. Странно, но почему-то я в ней не сразу узнала свою.

– Обалдеть, – прокомментировала, нерешительно заглянув внутрь. Там было все, как я и оставила. Телефон, банковские карты, помада и маленькая упаковка салфеток.

– Я и вещи твои забрал у Надежды Дмитриевны.

– Спасибо, – все же поблагодарила я. Архип оторвал взгляд от тарелки.

– Не за что.

– Есть, – коротко усмехнулась, резко меняя тему: – Ты не против, если я дождусь Зою? Я обещала ей попрощаться.

– Вообще-то я тебя не гоню, – сощурился Сильвестров.

– Конечно. Извини. Наверное, я не так выразилась.