Ветер перемен, часть первая (СИ) - Заречный Александр - Страница 16

Значит остаётся всё-таки Габриэль и её западногерманский дядя? Я постарался вспомнить лицо моей первой юношеской любви, которой оказалась немецкая школьница. За пятьдесят лет я почти забыл его. Помню только, что девчонка была очень симпатичной, особенно, для немки. Нет, у большинства немецких девушек прекрасные фигуры, но вот насчёт лица, этого не скажешь. В этом плане Габриэль повезло и к великолепной фигуре она получила от матери и красивую внешность. Но, сколько я ни старался, вспомнить всю Габи в подробностях, мне это так и не удалось. Интересно, узнал бы я её, встретив сейчас на улице? А вот адрес, к своему удивлению вспомнил легко! Странно работает у нас память...

А её дядя? Хорошо бы он действительно оказался сотрудником спецслужб ФРГ. Очень может быть, что всю эту шпионскую историю придумал наш полковой особист. Чтобы что? Завербовать меня? Зачем такой мудренный подход? Он и так это мог сделать. Помню какое впечатление на меня произвели три толстых тома компромата , якобы собранных на меня и мне ничего не оставалось, только как "кровью смыть" подозрения в измене родине. Ну крови, конечно никто требовать не стал, ограничились предложением "стучать" на товарищей. Так что вряд ли всё было выдумкой. Что-то у них там не срослось с операцией, но вероятность того, что дядя Габриэль окажется для меня тем связующим звеном, какой мне необходим, довольно высока.

- Неужели так интересно?

Я вздрогнул от неожиданности и поднял глаза. Передо мной стоял особист! Воистину - вспомни черта, он и объявится.

Я вскочил:

- Думаю после армии на истфак поступать, товарищ майор! - ляпнул я первое, что пришло в голову. И ведь не соврал!

- Сиди, сиди! - майор положил руку на плечо. - Исторический это хорошо, но ты ведь только призвался, верно? Почти два года ещё служить. Не рановато начинаешь готовиться?

- Лучше раньше, чем позже, товарищ майор, - ответил я приходя полностью в себя. - А товарищ Маркс такие большие работы написал, пока прочитаю, тут и дембель подоспеет.

Особист с подозрением посмотрел на меня:

- Ну-ну, правильно мыслишь...

- А сколько ещё работ Ленина нужно прочитать, - продолжал я с серьезным видом. Не переиграть бы... - А потом школьную программу нужно будет повторить.

- Ну что ж, желаю успеха! - особист внимательно посмотрел мне в глаза и пошел к выходу.

- Спасибо, товарищ майор! - сказал я ему уже в спину. Вот припёрся же в это время!

Я глянул на часы - до отбоя ещё час, пойду в студию к пацанам, посмотрю чем они там занимаются.

В студии вся наша рок-группа шлифовала репертуар к новогодним праздникам. Обязательно будет концерт в полковом клубе для солдат, возможно поедем "на дружбу" к немцам. Если это будет завод, значит едем всем духовым оркестром. Немцы любят наши марши. Или мы так думаем, что любят. А если позовут в школу, то сто процентов поедем группой играть танцы. Молодёжи вся эта духовая музыка не очень интересна, если не сказать больше. У них тут современная музыка гораздо шире распространена, чем в Союзе - каждую неделю в "Клубе молодёжи" выступают крутые группы. Через пару лет, когда мы с Жекой станем сверхсрочниками - ни одного такого выступления не пропустим! Но эти группы в школу не поедут выступать и даже любительские требуют оплату, а мы с превеликим удовольствием готовы выступить даром! Нам в радость вырваться из полка. Хорошо бы приготовить пару-тройку хитов... Нет, ребята молодцы, стараются шагать в ногу с модой, разучили даже несколько простеньких песен Битлз. Но на большее не хватает умения. Да и аппаратура оставляет желать лучшего. Скоро немцы нам подбросят вполне приличные усилители и кое-что из инструментов, но пока нужно выходить из положения с тем, что есть. Может пора чего-нибудь сочинить убойное?... А, была не была!

- Парни, я тут подумал, - дождавшись паузы, начал я. - Нам не хватает танцевальных вещей с чётким ритмом. Ну, знаете, вот как марш - хрясь -хрясь! Такие вещи всем нравятся и заводят.

- Так мы и так стараемся такие играть, но их же мало! - развел руками гитарист Виталий.

- А давайте сами сочиним! - предложил я.

- Ха, ну ты даёшь! - заржал Лёха Алехин, который в группе не играл, но почти всегда присутствовал на всех наших репетициях и ездил на выступления.

- Постой, - остановил его Виталий, - есть конкретные идеи?

- Ну вот, смотрите, - я встал за орган, - Серёга, ты стучишь чёткий хард-роковый ритм, 120 ударов в минуту, как марш. Давай!

Сергей начал ритм.

- Жека, аккорд ре минор, потом ля минор, си-бемоль и снова ре минор - квадрат.

Женька вместе с ударником создали ритмическую основу , я добавил вставки на органе.

- Виталий давай ритм на гитаре!

Мы сыграли несколько тактов,

- А что, очень даже заводит! - улыбнулся Виталий, - Давай дальше! Обычный квадрат?

- Давайте я напишу, так быстрее будет!

Я за минуту набросал гармонию и мы, на этот раз начали все одновременно. Я, как бы невзначай перешёл от синкоп на органе к подбору мелодии.

- Класс! - восторженно закричал Лёха, выставив сразу два больших пальца.

Прокрутив раза четыре получившийся квадрат, мы остановились.

- Здорово! Отлично! -понравилось всем.

- Теперь припев. - я на органе подобрал припев.

- А что, будем играть как обычно голый квадрат с соло- вставками по очереди? - спросил Сергей. - Со словами было бы вообще полный улёт!

- Да придумаем потом чего-нибудь, - отмахнулся я. - У нас вон Юрик- архивариус чего-нибудь накарябает. На танцах кто там прислушивается особо. Главное какую-нибудь запоминающуюся рифму вставить, чтобы толпа подпевала, типа:

Шире расставляют,

На площадке ножки

Девушки танцуют

В новых босоножках.

Напел я на мотив Cherry, Cherry Lady.

Студия затряслась от хохота!

- А чего вы смеётесь? - невозмутимо отреагировал я, - Да, не Пушкин, ну напишите лучше!

- Хорошо бы и на немецком какой -нибудь текст. - отсмеявшись задумчиво протянул Виталий. - Немцам эта песня явно понравится. У них же все шлягеры в ритме марша.

- Не, немецкий мы на таком уровне не знаем, - покачал я головой, - тут одним хенде хох не обойдешься.

Алёхин ожидаемо расхохотался на всю студию:

- А что, в ритм попадает, - он запел, - Хенде хох, хенде хох!

- Ладно, хорош смеяться! - остановил я его. - Нужно на английском придумать что-нибудь, так непонятнее будет. А ещё лучше, если кто спросит, скажем, что песня исполняется на норвежском языке!

- А кто у нас норвежский знает? - не понял шутки Сергей.

- Да Шурик и знает! - встрял Жека, - Давай выдай чё - нить на языке викингов.

- Да запросто! - согласился, - Только чуть-чуть подучу. Потом придумаем, давайте полностью прогоним песню, а мы, по очереди с Виталием соло сбацаем.

Эта репетиция всем очень понравилась. Возвращаясь в казарму мы оживлённо обсуждали перспективу сочинения новых песен.

- Давайте все чего-нибудь попытаются сочинить! - предложил Виталий, - Нам сложные вещи не нужны, а типа этой "Шире, шире ножки", что придумал Шурик, мы запросто насочиняем, это же примитив.

Мне стало обидно за Модерн Токинг....

Засыпая, я напомнил себе, что нужно торопиться.

Глава 4

Законный способ оказаться за пределами ограды был только один - в сопровождении офицера или сверхсрочника. Увольнительные у нас не практиковались. Но мне он не подходил. Любоваться городом в компании старшины будем потом, сейчас мне нужно выбраться одному и - просто очень срочно. Идти я могу только ночью, после отбоя. И нужна гражданская одежда. Идти в военной форме по освещённым улицам слишком опасно, с любой проезжающей мимо военной машины засекут сразу. Не говоря уже о патрулях. А где взять "гражданку"? Только у офицеров или сверхсрочников. Но просить ведь не будешь, а значит придется ступить на скользкую дорожку криминала. После обеда пошёл в "Чайную", как мы называли солдатское кафе. Кстати, почему чайная? Там ведь никогда чая не было. Его просто не начем было вскипятить. Там мы поглощали немецкие пирожные, запивая "Мандорой" или колой, конечно не оригинальной, а социалистического разлива. Кафе располагалось на первом этаже большого дома из красного кирпича, а на втором и третьем жили семьи сверхсрочников. Вот кого-то из них я и решил немножко ограбить. А что делать? Мир спасать нужно, тут не до сантиментов!