"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 773

Например, от меня ни одна девушка не уходила недовольной, ведь я умею работать пальцами как никто другой: мой точечный массаж приводил всех моих бывших в восторг. Так что знаю не только болевые точки для боя, но и вообще талантлив во многом другом.

И было бы странно, если бы я не был талантлив: все-таки пожил немало…

Но ладно, черт с этим мастерством, ведь меня сейчас куда больше забавляет то, что враги, объявив мне войну, дали мне полное право ответить. Логичный закон всех войн, не так ли? То есть теперь я на законных основаниях могу убивать этих подонков.

Только вот мои должнички этого явно не ожидают от одиночки… Но, как говорил Гриша, быть одиноким волком не так уж печально, куда печальнее быть волком без зубов. И тут я с ним согласен, но я бы добавил: куда печальнее тот волк, который не умеет кусаться этими самыми зубами. А я еще как умею.

Другие Рода понимают, что я один и что мой Род Добрыниных воинственным не назовешь, ведь они попросту сбежали. И пусть моей семье удалось победить в той войне с Безруковыми, но я тоже приложил руку, наняв наемников. И не буду снова разглагольствовать о том, что наемников не уважают, а значит, и враги узнают, что мой батюшка меня ох как не одобрил.

Однако я не из тех, кто печется о репутации. Хотя нет, пекусь: никому не позволю меня оскорблять, но пекусь в меру. А остальные настолько запуганы светом и его приличиями, но во тьме ведут себя как настоящие отморозки. Так что, как говорится, лучше быть собой при свете и во тьме, чем при свете ландышем, а во тьме — дерьмом.

К тому же жизнь научила меня, что часто бывают ситуации, когда все методы хороши. Как говорят, никогда нельзя знать наперед, и не бывает верных или неверных решений. Есть решения, которые либо помогут спасти твою семью, либо нет.

И пусть спасать семью чаще всего довольно скучное дело, во всяком случае для меня, но зато благородное. Да и хочется посмотреть, что из сестры вырастет в будущем — все же я руку к воспитанию приложил. Однако наблюдения за шокированными и испуганными лицами тех аристо, которые решили, будто они супер-гении и стратеги, все же заставляют меня часто улыбаться.

Так что я уже изнемогаю от ожидания встречи с этими утырками лицом к лицу. Сейчас я соберу почти четыре сотни своих наёмников, вооружённых до зубов и полностью экипированных, и покачу с этой шумной бандой прямо в логово ко льву. Плюс в том, что мои люди уже при оружии и транспорте, не придётся ничего подыскивать и тратить время на сборы. Правда, за любые потери в их рядах платить буду из своего кармана, но это справедливо, и я готов на такие расходы.

Ведь даже без постоянного участия в боях на арене у меня есть пассивный доход, как от проката фильмов. В Империи арены популярны не только как место для просмотра живых боёв, но и записи этих сражений ценятся и показываются тем, кому не по карману идти на реальный бой.

Меня это, разумеется, радует — это как купить кучу квартир и сдавать их в аренду: неплохой бизнес. Как любит говорить Маша: «Дело мутится, бабки крутятся». Всё довольно просто для тех, кто готов рисковать и работать.

— Граф, можно? — постучал по уцелевшему косяку двери начальник моих наёмников.

Я огляделся вокруг, глядя на то, что от стен и дверей осталось одно название. Ветер дул мне в лицо, и я мог видеть через огромные бреши, как летают птицы на улице.

— Геннадий Дмитриевич, а зачем стучать, если стен почти нет? — Он был любопытным кадром: умным и храбрым в бою, но, кажется, простаком в жизни. Как так может быть, ума не приложу. Но, как говорится, ум тоже бывает разным: у учёных свой, у творческих людей свой. Наверное, у военных так же.

— Ну, мало ли, вы не хотели, чтобы вас беспокоили, — он достал свой стеклянный глаз, протёр его и вставил обратно.

— Действительно. Я ясно приказал немедленно подготовить людей к ответному выступлению. Стою здесь, жду в полной боевой готовности посреди разрушенного дома, и как вы думаете, нужно ли меня беспокоить?

— Понял, сглупил. Вас и так уже побеспокоили гранатомётами и пулемётными очередями, а я лишь хотел сказать, что всё готово. Все уже расселись по машинам, — отчеканил он с суровым видом, ничуть не смутившись от моих слов.

— Иду, — кивнул я ему и зашагал к колонне машин, выстроившейся у обочины.

Теперь мои мысли занимал предстоящий бой. Несмотря на тысячи сражений, каждому нужно уделять особое внимание и подход. Это минимум признак мудрости и уважения к врагам. Без этого не было бы тысячи выигранных боёв в прошлом. Отнесёшься хоть раз некомпетентно к стратегии — и всё, сам будешь виноват, когда тебя прижмут. Сила силой и редкий дар, но моя шкура вовсе не бессмертна.

— Эй, стоп! Вы там что делаете? — только сел на сиденье, как заметил, что двое наёмников покинули свои места и копаются в канаве.

Они оба выпрямились, а в руках держат курицу… Чёрт, да это же та самая красная малышка! Но почему её на куски не разорвало? Хотя после такого она явно мертва.

— Граф, курица свежая, а это белок. Только перья обдерём и сварим — зачем добру пропадать? Потом приедем, супчик сварим, — сказал один из них, поправляя бронежилет.

В принципе, они правы: тоже не люблю, когда еда пропадает. Я в детстве в своём прошлом мире хорошо знал, что такое голод, когда какое-то время скитался после смерти родителей.

Солдаты потащили курицу к машине, и один из них уже на ходу начал выдёргивать перья. Но стоило выдернуть одно, как она закудахтала и клюнула его в нос.

— Жива! — я реально офигел. Получается, она как-то подпрыгнула и просто пролетела над снарядом, поэтому и выжила. Но это даже для пернатой слишком крутое везение.

— О, так она живая, — улыбнулся наёмник по прозвищу Шнур — длинный и неуклюжий на вид. — Ну, сейчас мы ей быстро шею свернём.

— А ну быстро отпустил курицу, или я тебя бантиком завяжу! — рявкнул я.

— Граф, это же просто курица, и… — начал он.

— Вот именно, курица моя. Так что отпусти её, и если кто-нибудь решит её сожрать без моего ведома, останетесь без оплаты за работу. Я не шучу: в договоре чётко указано, что мои приказы обязательны к выполнению, — я смерил его холодным взглядом.

— Как скажете, граф, — оба наёмника вздохнули, и курица с крайне недовольным выражением и вытаращенными глазами побежала прочь.

Не знаю, куда она убежит, но если она и дальше будет моим питомцем по воле случая, то ей придётся научиться самостоятельности и отрастить себе яйца: слабым рядом со мной не место, они просто не выдержат того «веселья», в которое меня постоянно втягивает судьба.

— Поехали! — я дал отмашку, и наша колонна тронулась в путь.

Конспиративные апартаменты

Залы и гостиные были высокими и просторными — как и полагается людям их статуса. Сейчас же в царившей тишине можно было услышать, как муха пролетит. Собравшимся же здесь восьми аристократам было не до смеха: у одного даже висок поседел…

— Знаете, я видел многое… Нет, ну правда, многое, — хрипло произнёс барон Всеволод, поперхнувшись. — Да, его явно прикрывали, но этот сын сатаны всё же был в доме один. Клянусь вам, он сам антихрист! Я уже не сомневаюсь!

— Побойтесь Бога и не несите ереси, — прошипела графиня Волчанская. — Это всего лишь человек.

— Да и один человек бы в доме не выжил при таком раскладе, а он точно был там один. Никакое подкрепление не успело бы его спасти, — заметил виконт Павликовский.

— Всем нам гвардейцы сообщили о начале штурма, вы только вдумайтесь. Всё шло как по маслу, а потом пошли одни потери. Меня уже тошнит от слова «потери», — скривился поседевший мужчина в бархатном плаще.

— Я сама думаю об этих минутах как о сущем кошмаре, — графиня нервно перебирала пальцами в перчатках. — Он додумался нанять наёмников. Какой из него аристократ после этого? Жалкий выродок, которого надо вырвать как занозу.

— Выродок или нет, — барон Всеволод знал, что здесь они все в одной лодке. Он дерзко обратился к Волчанской: — Но вы, графиня, были уверены, что доблестные гвардейцы наших родов превзойдут каких-то чёртовых наёмников. Извиняюсь за выражение, но гвардейцы до сих пор не вышли с нами на связь!