"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 705

— Ты ничего не забыл? — проскрипел он. — Хочу всё же услышать полную историю про твоего комара.

Ох… Самое время активировать суперспособность невидимости и испариться отсюда. Но, если серьёзно, мне придётся опять нести околесицу…

— Ах да, тот самый комар! Ну что ж, если вы готовы погрузиться в эту эпопею, пойдёмте в коридор. Не хотелось бы, чтобы слабонервные тут упали в обморок, — пробормотал я.

Мы вышли, а там, в коридоре, несмотря на поздний час, студенты торчали в дверях, выглядывая с таким любопытством, будто ожидали парад зомби.

— Чего не спите? Шоу окончено! Быстро по комнатам! Вы должны в это время спать, даже если здесь идёт война! — прикрикнул на них Петрович.

— А вы, кстати, сами почему не спите? Старость — не радость, да? Бессонница замучила? — поинтересовался я у него.

— Ещё раз скажешь про старость, и я тебя вместе с поломанной мебелью на свалку отправлю, — Петрович мгновенно осадил меня. Кто бы мог подумать, что мужчины тоже так остро реагируют на возраст.

— Ладно-ладно, молчу, как рыба, — развёл я руками.

— Вот и молодец. Живи пока. А теперь пошли ко мне в каптёрку, там мне расскажешь всё про своего комара, — он усмехнулся и посмотрел на меня, как на дурака.

Так неловко я себя давно не чувствовал… Да уж, выкручиваться придётся на ходу.

Петрович, вообще-то, мужик хороший, без сомнений, но суровый. Я понятия не имел, какую историю состряпать, чтобы он в неё поверил. Он — гроза всех студентов: его боятся, уважают, и на глаза лишний раз не попадаются.

Был тут один случай. Какой-то мажорчик, выращенный в тепличных условиях, привыкший к безнаказанности и думающий, что жизнь — это бесконечная распродажа его привилегий. Короче, этот студентик-виконт тут бушевал и на всех бросался. Петрович старался его урезонить, а он ему:

— Убирайся с дороги, старик безродный!

И попытался на Петровича руку поднять! Но наш комендант — не из робкого десятка. Он не растерялся и всю дорогу пинками гнал его к директрисе в кабинет. Петровичу, конечно, выговор влепили, мол, зачем студента в таком виде привёл. Поэтому придумать историю, в которую он поверит, та еще задачка.

Войдя в святая святых — каптёрку, я уселся на большом деревянном стуле. Здесь было жарко, от печки шёл жар, а в самоваре весело кипел чай. Но мне было не до чаепития.

Я всё думал, что рассказать коменданту. Знаю, Петрович в прошлом был офицером, служил в какой-то элитной части, куда попасть сложнее, чем найти свободное место на парковке университета. Петрович, хоть и на пенсии, но военный задор у него не угас. Он часто зависает на видео с горячих точек, видимо, вспоминая былые деньки.

Его каптёрка — это маленький музей боевой славы. Стены увешаны наградами и медалями, начищенными до блеска. Кажется, даже пыль здесь лежит по уставу.

Внутри тесно и мрачно, если не считать огня печи, создающей атмосферу сауны. На полках громоздятся ящики, банки с подозрительными жидкостями и инструменты, назначение которых вызывает больше вопросов, чем лекции по квантовой механике.

— Ну что, рассказывай, — прогудел Петрович, складывая руки на груди.

— Понимаете… тут такое дело… Комар был… — начал я, понимая, что несу полную чушь.

Петрович приподнял бровь:

— Комар?

— Да, такой… юркий комар! — поспешил добавить я. — Летал тут и всех кусал.

Петрович хмыкнул:

— Комар-мутант, значит? Интересно. Продолжай, мне любопытно, до чего ты ещё додумаешься.

— Эх… Не верите? Но ведь студенты же поверили в эту историю, — сдался я.

— Не сомневаюсь, что поверили, — Петрович едва сдержал усмешку. — Спорить с человеком размером со шкаф и с умением выбивать двери ногой — занятие не для слабонервных. Понимаешь, что мог их покалечить в тот раз?

Я-то уверен, что никому бы вреда не нанёс. Благодаря моему контролю гравитации всё прошло гладко. Я даже заранее студентам веса добавил, чтобы не дёрнулись в ненужный момент. Но вслух сказал совсем иное…

— Каюсь, мой косяк, — пробормотал я, глядя в пол.

— Выкладывай всё, как есть, — Петрович прищурился и сверлил меня взглядом.

Ну я и выложил ему всё, как на духу. Похоже, это единственный способ побыстрее закончить этот разговор. Правда, в своём рассказе я заменил суслика на одного из студентов, но имени называть не стал.

— Понимаете же, Петрович, почему имя умолчу, — потёр я затылок.

— Да уж, стукачей никто не любит, — усмехнулся дед.

Ага, ещё и стукачом меня сделать не хватало.

— Однако ты думал, Добрыня, рассказом отделаешься и к директрисе не пойдёшь? Я всё равно ей доложу. Хотя серьёзного наказания не будет, ты парень нормальный. Ну, психанул — с кем не бывает.

У меня гора с плеч свалилась. Дед ещё рассказал про одного студента, который пару лет назад дел похлеще натворил. В итоге его Род стал намного беднее после того случая, да и его самого исключили. А мой случай — пустяк.

— Я, кстати, с начальством завтра поговорю: будем придерживаться версии с комаром, — добавил он. Похоже, теперь он сам надо мной подтрунивает.

— С комаром? Реально? — мне не верилось.

— А почему бы и нет? Весело же. Ты парень крепкий, дверь хлипкая, силу не рассчитал. Ты ведь физик всё-таки. Сейчас вспомню, что в твоём досье писали, — он сделал вид, что вспоминает. — «Имеет магическую особенность, Дар склонен к всплескам». Вот и получилось: всплеск силы — и двери нет.

— Так могу идти? — с надеждой спросил я.

— Не совсем, — хрипло ответил он. — Вред нанесён, и с этим надо что-то делать.

Я вздохнул, понимая, что от судьбы не уйти. Открыв кошелёк, начал выкладывать на стол деньги, словно приношение древнему божеству.

Дед неторопливо пересчитывал купюры, причмокивая губами.

— О, с запасом, — хмыкнул он. — Нравится твой подход, — пересчитал ещё раз для уверенности, затем отложил часть денег и протянул мне остальное. — Мне лишнего не надо, только на восстановление.

— Спасибо, — пробормотал я, запихивая деньги обратно в кошелёк. Ну вот и всё, можно расслабиться и не ждать повестки на ремонт дверей во всём кампусе. Кстати, заодно договорился и о починке дверей в своей комнате.

Вернувшись в комнату, кое-как поставил двери на место, а затем я рухнул на кровать и мгновенно вырубился. Сны были не менее захватывающими — всю ночь я ловил комаров и сусликов.

Утром я поплёлся на пары, предчувствуя долгий день, как бесконечный марафон по переписыванию учебника по математическому анализу от руки. Сестра встретила меня пристальным взглядом, будто ожидала, что я вот-вот устрою фейерверк в аудитории. Но мне было лень, да и фантазия истощилась. Единственное, о чём я позаботился заранее, чтобы к вечеру всё было готово — отправил сообщение Распутину с просьбой прислать кого-нибудь с парочкой бутылок элитного вина. Надеюсь, Петрович оценит мой жест. Ведь что может больше порадовать ветерана, чем хорошее вино? Ну, разве что новый танк в личное пользование, но это уже перебор.

Пары прошли тихо, без происшествий. Даже директриса не вызывала: выходит, дед действительно сдержал слово и уладил вопрос. Не зря я ему вино заказал.

И всё бы ничего, но последняя пара в тот день оказалась настоящим сюрпризом. Слишком большим сюрпризом… Даже для меня!

В доме Долгоруковых

— Я этого щенка на ремни порежу! Разнёс весь зал в щепки, двух моих сыновей покалечил… — бушевал глава Рода Долгоруких.

Рядом сидел его любимый сын Виктор, весь в бинтах, только вместо саркофага — мягкий диван.

— Ну, честно говоря, Добрынин тут не причём, — смущённо произнёс Виктор, почесывая перебинтованный нос. — Даже не понимаю, как так получилось: поднос был самым обычным, а пол, кажется, ровным. Я направлялся к парню, чтобы вызвать его на дуэль, но вдруг — бах! — и упал.

Второй сын тут же добавил:

— Да и со мной, батя, Добрынин не особо виноват. Просто я бдительность потерял, а он, блин, таким тихоней мне казался. В угаре я и не заметил, как получил по шее.