"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 657

На занятии по истории многие разбежались по своим делам, а я удобно устроился на задней парте, чтобы опять вздремнуть. Препод по истории — славный старикан. Если и замечал, что я дрыхну, то просто задавал вопрос по теме. Я отвечал, и снова вырубался. Он не докапывался: предмет-то я знаю хорошо.

Историю я уже давненько самостоятельно освоил. Надо же было понять, куда меня на этот раз угораздило попасть. Мир этот своеобразный, не соскучишься. Благо в нашем доме осталась дедовская библиотека: единственное его наследство, которое батя сохранил, потому что сам был книжным червём.

После урока истории было ещё несколько лекций, на которых я сладко дремал. Преподы пытались меня разбудить, но безуспешно.

А последним занятием была физкультура: моя любимая пара. Я снова решил её прогулять, ведь мне делать там нечего: не сидеть же тупо на лавочке или тягать гантельки для детского садика.

И вот, топаю к выходу, мечтая, как сейчас наемся в общаге и потренируюсь по-нормальному. Хватаюсь за ручку двери, а она — хлоп! — открывается сама.

Чёрт возьми… Прямо передо мной стоит физрук Вадим Геннадьевич в своих вечных трениках.

— Добрыня, а куда ты намылился, голубчик? — прищурился он. Попал я, однако…

— Да вот… Свежим воздухом хотел подышать, — промямлил ему.

— Через пару минут занятие начинается. Опоздаешь, — не отставал он от меня.

— Ну, мне очень нужно… Э-э… Срочное дело, — выпалил первое, что пришло в голову.

Геннадьевич пристально посмотрел на меня, а затем выдал.

— О, я-то лучше знаю, что тебе нужно, — протянул он саркастично. — Ты уже две недели прогулял моих уроков. Но сегодня у меня замечательная новость — тебя ждет экзамен.

— Чего⁈ Да мы только начали учиться! Какой ещё экзамен?

— Это для тебя только начало, — хмыкнул физрук. — А остальные уже две недели как потеют.

Чушь какая-то… Я был уверен, что экзамены проводят раз в полгода. Но Геннадьевич объяснил, что в академии экзамены сдают чаще.

Здесь надо было видеть моё лицо… Ничего печальнее в жизни не слышал. Будто передо мной перевернулся грузовик с моими любимыми пончиками, а сверху на них приземлился слон. Боль… Нестерпимая боль.

— Так что, Добрыня, если ты не сдашь в этом месяце четыре экзамена по любым предметам, вылетаешь из академии. Заставить тебя, конечно, не могу, но очень советую, — физрук добил меня окончательно.

Похоже, делать нечего. Надо продержаться до конца обучения в этой элитной шараге, чтобы потом забыть о ней, как о страшном сне.

С унылым видом я побрел в спортзал, а там уже все были в сборе: даже студенты с других курсов подтянулись. Ну, понятно — экзамен у всех одновременно.

Каждый готовился по-своему… Кто-то медитировал, кто-то подтягивался с артефактными утяжелителями, другие бегали по залу.

— Оу, Добрыня, а ты почему еще без формы? — услышал я задиристый голос барона Грибоедова из параллельной группы.

— В стирке, — соврал я, не глядя на него.

— Ну ты и тормоз, ха-ха! Забить на форму в день экзамена — это в твоём стиле, — заржал Грибоедов.

Повернулся к нему… Смотрю, он грушу колотит в боксёрских перчатках, пытаясь казаться крутым. Ну, я слегка эту грушу подтолкнул в его сторону. Груша отпружинила и дала барону по носу так, что он с визгом отлетел на пару метров.

— С реакцией у тебя, вижу, проблемы. Так что кто из нас тормоз — вопрос спорный, — ухмыльнулся я, наблюдая, как он растянулся на полу.

Но моя улыбка быстро сползла. Сестрёнка, заметив полёт Грибоедова, сразу подскочила ко мне.

— Что этот придурок тебе сказал? — мелкая выпалила, тыча пальцем в барона.

— Да ничего, — отмахнулся я. Не хватало ещё, чтобы Грибочку хана пришла: сестра его добивать пойдёт.

— Да ладно? Ты на людей просто так не нападаешь. Говори, что он наговорил тебе, — Маша прищурилась и топнула ножкой.

— Да ничего я с ним не делал. Грушу толкнул, она отскочила, а он сам под удар полез, — отмахнулся я, надеясь, что мелкая поверит.

Правду выкладывать не хотел: ещё не хватало, чтобы Маша его на дуэль вызвала. К счастью, тут подоспел физрук. Ну хоть отвлёк сестру от моего допроса.

— Добрыня, а ты чего еще без формы? — ухмыльнулся Геннадьевич, почесывая свою щетину. — Хотя ладно, сегодня тебе точно не повезло.

— Это ещё почему? — нахмурился я. Вроде пока всё шло по плану. — Неужели форма настолько важна для размахивания моими конечностями на вашем экзамене?

— Нет, дело совсем не в форме, — злорадно осклабился физрук. — Просто ты в моём чёрном списке, так что готовься.

И что это значит? Кхм… Но тут мелкая, как всегда, опередила, заметив моё недоумение.

— Он тебя завалить намерен, Добрыня, капитально завалить! — расхохоталась Маша, хлопая меня по плечу. Вот она, сестринская любовь — пнуть брата, когда тот и так стоит на краю пропасти.

— Итак… — посмотрел физрук по сторонам. — Поднимите руки те, у кого есть срочные дела после экзамена.

Руки взметнулись так быстро, будто объявили раздачу бесплатной пиццы. Никто не знал, к чему это приведёт, но инстинкт самосохранения сработал на все сто процентов.

— Отлично, поздравляю, — улыбнулся физрук. — Сегодня ваши дела — это я. Да и завтра, возможно, тоже.

Студенты переглянулись между собой, и засыпали преподавателя вопросами. Физрук начал вещать, что у экзамена нет срока. День, два, неделя — да хоть до конца времён. Пока мы не сдадим всё по его кривым стандартам, будем обречены крутиться в этом спортивном чистилище.

Вперёд вышел Потников — наш местный любитель расписаний и графиков, человек, способный устроить истерику, если обед задержится хоть на пару минут.

— Постойте, как же так? — вскричал он, поправляя очки. — А остальные занятия? Это нарушение всех норм!

— Ваши проблемы — ваши заботы, — лениво протянул физрук. Он явно наслаждался своей властью над нами.

Затем пустился в пафосную речь о том, что мы, оказывается, аристократы, элита общества. И на нас лежат не только привилегии, но и обязанности. Вот так новость! Должны, мол, закаляться в суровых условиях, показывая собой пример. Он закончил свою тираду призывом продемонстрировать, чему мы научились под его мудрым руководством. Не физрук, а какой-то боевой монах из забытого Ордена.

— И у меня для вас особый сюрприз, — продолжал говорить Геннадьевич. В этот момент я остро пожалел, что не умею телепортироваться на другой конец света, как мой старый знакомый Грегори Торговец.

Он хлопнул в ладоши, и в зал вплыл Макар Никонович — наш преподаватель по командным боевым действиям. Любитель превращать наши тренировки в хаос и разрушения, заряжая наши души своим энтузиазмом.

— Поздравляю, молодёжь! — проорал старик так, будто мы стояли на параде. — Сегодня у вас двойное удовольствие! Не один, а целых два экзамена! И физкультура, и командные боевые действия!

И пока мы пытались переварить услышанное, два препода — закадычные дружки, которые, вероятно, после уроков вместе гоняют чаи с чем-то покрепче, начали наперебой нам объяснять суть задания.

Короче, нас решили разделить на команды по три человека. Капитанов выберут они, а те уже начнут собирать свою команду.

— Бартанов! — рявкнул Никонович, указывая на парня из параллельной группы. — Берёшь в команду Софью Нестерову?

Бартанов задумался на пару секунд и отрицательно покачал головой. Препод предложил ему другого студента, «покруче», и тот тут же кивнул. Так и шло: дедок называл капитанов, а они выбирали себе людей. Я же стоял и старался не уснуть. Удивительно, но мою фамилию называли дважды, и оба раза от меня отмахнулись. Это что, у меня какие-то проблемы с физической подготовкой? Кстати, Машу-то сразу в команду забрали, а я не удержался от хохота. Как только один тип заявил, что берёт её из-за ранга С, она тут же возмутилась:

— А моё мнение спросить забыли? Может, я не горю желанием с вами тусить!

Никонович с Геннадьевичем переглянулись, и физрук прикрикнул на мою сестрицу:

— Добрынина, отставить разговорчики! Займи своё место, пока я не передумал!