"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 1695

— Sankta merdo! — не сдержалась Профи и восторженно, едва ли не с придыханием, произнесла. — «Крот-А»! Лучший в Системе подземоход! Вот я понимаю, машина!

Я совсем не разделял ее восторга. А еще меня беспокоило то обстоятельство, что с нами не было в этот момент оружия. При подобной встрече оно оказалось бы очень кстати.

— Все в Форт! Живо! — скомандовал я, но было уже поздно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В корпусе подземохода одновременно открылись два люка и оттуда выпорхнула пара боевых дронов, оснащенных плазменными пушками и механическими щупальцами. Один устремился к нам и резким ударом своих мощных конечностей раскидал нас в стороны.

Я кувырком покатился по земле и со всей силы ударился макушкой о какую-то трубу, да так, что перед глазами закружились звездочки. Фидель и вовсе потерял сознание. Меньше всего досталось Профи. Она ловко увернулась от удара и, схватив в охапку Помилку, кинулась куда глаза глядят. Но беглянок настиг парализующий выстрел. Оглушенные, они распластались на земле, как два беззащитных осенних листка.

Меж тем наш часовой не дремал. Пока я «наслаждался» парадом планет, Мира разнесла в клочья один из дронов из своего «Циклона». Но его механический сородич жестоко отомстил за смерть брата, подлетев к караулке и расстреляв вышку в упор из своей плазменной пушки.

Надо было что-то срочно предпринять. Счет шел даже не на секунды, а на мгновения.

«В Форт! За оружием!» — молнией мелькнула мысль.

Я подсобрался, резко вскочил и побежал.

Размахивая механическими щупальцами, как плеткой, дрон бросился за мной.

Мой марш-бросок почти удался, но одно щупальце успело опутать мою руку и теперь не давало закрыть дверь, которая трещала от непрерывных ударов незваного гостя. Захваченная конечность стала неметь, силы были на исходе, но, на счастье, рядом оказался пожарный щит. Свободной рукой я быстро дотянулся до топора и в два удара перерубил механический отросток.

Заперев дверь на все замки, я бросился к себе в камору, где оставил оружие. Проверил боеготовность «Люгера» и «Циклона» и вернулся назад. Дрон не оставлял попыток пробиться внутрь.

«Даже и не думай, дружок, эта крепость тебе не по зубам!» — думал я. Но, как выяснилось через секунду, сильно ошибался. Хватило одного выстрела из плазменной пушки, чтобы дверь разорвало на куски.

Меня отбросило взрывной волной и завалило обломками бетона. Но это было еще полбеды. Когда я разлепил глаза, то увидел, что у меня из груди торчит какая-то ржавая железка. Внутри стало горячо, словно по всему телу разлили расплавленный свинец, а в глазах полыхнул огонь. Я был весь в крови и просто одурел от боли, но от мгновенной гибели меня спасла книжка, которую я хранил в память о Циклопе. Чертова железка пробила ее насквозь. Силы стремительно покидали меня. Вскоре я перестал ощущать свое тело и впал в забытье.

Эпилог, который может стать прологом

— Есть! Пошел пульс! — раздалось у самого моего уха.

Кричали так громко, что заболели барабанные перепонки. Я открыл глаза — и ничего не увидел.

Мелькнула страшная мысль: «Неужели ослеп?»

— Два кубика антишока... Четыре кубика стабилизатора... Электростимулятор... Разряд, — прозвучал новый голос.

По коже пробежала горячая волна, кровь ударила в виски, и... О чудо, я прозрел! Впрочем, «прозрел» — это громко сказано. Перед глазами стоял туман, сквозь который смутно угадывались силуэты четырех прямоходящих существ, склонившихся надо мной под ослепительно яркой лампой.

Через секунду окружающий мир обрел резкость, я смог рассмотреть таинственных незнакомцев. Они оказались людьми, одетыми в синие хирургические костюмы, их лица скрывали медицинские маски.

— Что происходит? — успел прохрипеть я, прежде чем в мою шею воткнулась игла и я снова отключился.

Проснулся я разбитым и совершенно потерянным. В голове была полная каша и хотелось пить.

«Как с похмелья, — подумал я. — Только откуда ему взяться? Ведь я уже давно перешел в лигу трезвости».

Я лежал в койке, укрытый красным байковым одеялом.

Надо же, живой! Но кто, черт возьми, вынул из меня ту чертову железку? И где вообще я нахожусь?

Откинув одеяло, я обнаружил на себе больничную пижаму с кокетливым цветочным принтом. Под рубашкой на груди виднелся еле заметный шрам. Еще свежий. Судя по аккуратному следу, операция прошла на самом высоком уровне. Такие услуги обычно влетают в копеечку, но они того стоят.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я знавал одного мажорчика, которому в пьяной драке нанесли десять ножевых ранений, а на следующий день он уже вовсю оттягивался в баре. И дело тут не в бычьем здоровье. Расторопный реанимобиль и дорогой хирург — вот секрет его чудесного выздоровления. Правда, через неделю он снова нарвался на нож. И тут уж хирургия оказалась бессильна. Как говорится, от судьбы не уйдешь!

Так вот в чем причина моего неважного самочувствия. Наркоз!

«Блин, только этого мне не хватало. Сколько лет в завязке, и снова-здорова! — хотел было возмутиться я, но здравый смысл вовремя подал свой голос. — Хотя, конечно, без наркоза никак нельзя. Оперировать человека — это все-таки не носки штопать!»

Бурление мыслей в голове напоминало бешеный водопад: «Где Помилка? Что это за место? На Сиротке отродясь не было такой хирургии, значит, я не на Сиротке. Но тогда где?»

Я аккуратно уселся на краю койки и осмотрелся.

Комнатка была маленькая и без окон. Окрашенные в болотно-серый цвет стены, глухая металлическая дверь, вытяжная труба вентиляции и люминесцентная лампа на потолке. Из мебели, помимо кровати, — тумбочка с пластиковым подносом, накрытым салфеткой, и высокий барный стул.

Я спустил ноги на пол, поделал ими несложные упражнения, после чего рискнул привстать. Но не успел я сделать и шага, дверь открылась и в комнату вошел какой-то тип в черном костюме.

«Кажется, я снова влип...» — стуканула изнутри черепа, словно молоточком, догадка.

Девочка из шара 2

I. Агентство Неопознанных Явлений

— Есть! Пошел пульс! — раздалось у самого моего уха.

Кричали так громко, что заболели барабанные перепонки. Я открыл глаза — и ничего не увидел.

Мелькнула страшная мысль: «Неужели ослеп?»

— Два кубика антишока... Четыре кубика стабилизатора... Электростимулятор... Разряд, — прозвучал новый голос.

По коже пробежала горячая волна, кровь ударила в виски, и... О чудо, я прозрел! Впрочем, «прозрел» — это громко сказано. Перед глазами стоял туман, сквозь который смутно угадывались силуэты четырех прямоходящих существ, склонившихся надо мной под ослепительно яркой лампой.

Через секунду окружающий мир обрел резкость, я смог рассмотреть таинственных незнакомцев. Они оказались людьми, одетыми в синие хирургические костюмы, их лица скрывали медицинские маски.

— Что происходит? — успел прохрипеть я, прежде чем в мою шею воткнулась игла и я снова отключился.

Проснулся я разбитым и совершенно потерянным. В голове была полная каша и хотелось пить.

«Как с похмелья, — подумал я. — Только откуда ему взяться? Ведь я уже давно перешел в лигу трезвости».

Я лежал в койке, укрытый красным байковым одеялом.

Надо же, живой! Но кто, черт возьми, вынул из меня ту чертову железку? И где вообще я нахожусь?

Откинув одеяло, я обнаружил на себе больничную пижаму с кокетливым цветочным принтом. Под рубашкой на груди виднелся еле заметный шрам. Еще свежий. Судя по аккуратному следу, операция прошла на самом высоком уровне. Такие услуги обычно влетают в копеечку, но они того стоят.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я знавал одного мажорчика, которому в пьяной драке нанесли десять ножевых ранений, а на следующий день он уже вовсю оттягивался в баре. И дело тут не в бычьем здоровье. Расторопный реанимобиль и дорогой хирург — вот секрет его чудесного выздоровления. Правда, через неделю он снова нарвался на нож. И тут уж хирургия оказалась бессильна. Как говорится, от судьбы не уйдешь!