Академия аномалий. Факультет паранормальной журналистики (СИ) - Север Лана - Страница 13

Да что он все время подкрадывается?! Самое время заподозрить в сталкерстве.

— Чего тебе опять надо? — неприязненно проговорила я, делая вид, что разминаюсь.

Парень придирчиво осмотрел меня с ног до головы.

— Пришел пожелать удачи сестре, но, похоже, тебе она больше пригодится. На вид ты слабачка настоящая.

— Я занималась баскетболом!

— И как давно? — он приблизился вплотную и, не обращая внимания на косые неприязненные взгляды Виктории, пощупал мои бицепсы. То есть место, где они должны быть.

Покачал головой и собрался также пощупать и ноги, но я отскочила.

— Руки убрал! Что ты себе позволяешь?

— Позволяю себе дать совет. Когда будешь проходить отвесную стену, лучше ползи по доске. Веревку ты не осилишь. А теперь марш на старт.

Пока мы с Демидом пререкались, вторая десятка уже ожидала отмашки. Я опомниться не успела, как декан Борисов подал звуковой сигнал, и все рванули.

Пробежав короткую дистанцию для разгона, я оказалась у рва. Была мысль перепрыгнуть, но она посещала, когда я смотрела издалека. Сейчас же собственные намерения казались смехотворными. Поэтому пришлось прыгать в грязную воду и пробираться к берегу, увязая в мягком иле, густо выстилающем дно.

Кто-то пытался плыть, как невысокая Виктория, например. Но лично мне вода едва доходила до середины бедра, как и Дине, и большинству парней. Едва не оставив обувь во рву, я достигла берега и в прыжке ухватилась за корни мелких кустарников, растущих по краю. Подтянуться не смогла, поэтому вылезала, кряхтя и пыхтя, упираясь стопами в глинистую стену рва.

Рядом кто-то помогал Виктории, на меня же альтруизм парней не распространялся. Но я давно привыкла, что ко мне относятся иначе, чем к изящным девушкам. Запихнув обиду поглубже, ринулась в лабиринт. Проще простого — петлять в нем было не сложно, но я все равно серьезно отстала от Дины и нескольких парней.

До стены мы добрались вместе с Викторией, которая оказалась в неплохой физической форме, так как ухватилась за веревку и начала пробираться наверх. Мне же оставалось последовать совету и оседлать наклонную доску. Распластавшись на ней животом, кое-как подтягивала себя руками, отталкивалась ногами, постоянно скользя на мокрой поверхности. И — о чудо! — все-таки достигла верха, уселась, свесив ноги по краям и дала себе пару секунд перевести дух.

Чего я не ожидала, так это подлянки. Белобрысая Вика, которая уже успела спрыгнуть с той стороны, неожиданно сильно подтолкнула мою ногу вверх, в результате чего я потеряла равновесие и завалилась по ту же сторону стены, откуда стартовала. Рухнула в жидкую грязь, которую успели намесить предыдущие участники гонок, измазав половину лица, ладони и правый бок.

— Ах ты ж!.. Стерва!

Я безнадежно отставала от всех, издалека уже слышала, как декан выкрикивает имена первых добравшихся. Было обидно и больно, потому что я, кажется, подвернула ногу, когда падала. И самое страшное — произошедшее осталось невидимым для судей, потому что пространство за стеной не просматривалось. Да и случилось все быстро.

«Соберись, тряпка!» — прикрикнула на себя и полезла покорять стену повторно. Липкие и скользкие от грязи руки не способствовали быстрому подъему, но мне удалось. Спрыгнув по ту сторону, поковыляла, морщась от боли, к следующему препятствию в виде веревочной конструкции, которую преодолела не без труда. Лодыжка уже горела огнем.

Ползти под навесом из досок оказалось не легче, чем идти, но и этот путь в сухом песке я кое-как преодолела.

В результате к финишу явилось нечто, подозрительно напоминающее пирожное «картошка» — такое же коричневое и обсыпанное песком как сахарной посыпкой.

— Что ж, Анастасия, — произнес декан, никак не реагируя на неприглядный вид жертвы полосы препятствий. — Физподготовкой придется заняться плотнее. Но полосу вы преодолели, не слились, это достойно.

— Спасибо, — буркнула я, оглядывая финишировавших ранее. Из них я оказалась самой чумазой.

Наткнулась взглядом на Демида, который на этот раз рассматривал меня задумчиво, потирая пальцами подбородок. Я вздернула голову и пошла на выход с единственным желанием — поскорее помыться.

Точнее, попыталась пойти, но боль, прострелившая ногу, заставила покачнуться. Я не сдержала стона.

— Ты и на ровном месте устоять не можешь? — поинтересовался ехидный голос. — Как только испытание прошла, непонятно.

Это крашеная стерва свысока поглядывала на меня, не скрывая своей удовлетворенности моим внешним видом. А я стояла и не понимала, что я ей сделала, раз она так со мной поступила. Мы даже официально знакомы не были.

— Насть, с тобой все в порядке? — Отвлек обеспокоенный голос Дины. Девушка с сочувствием осматривала меня.

— Нет, с ногой что-то не так. Не могу и шага сделать, — пожаловалась я. — Подвернула, а потом еще нагрузила.

— Дем! — позвала Дина брата. — Подойди сюда! Он сейчас поможет тебе добраться до санчасти.

— Только не он!

Но было уже поздно. Высокий плечистый парень уже шагал в нашу сторону.

— Что у вас случилось?

— Настя ногу повредила, и теперь не может на нее наступить.

Демид перевел темный взгляд на меня, потом на ногу, которую я подгибала, не в силах поставить на землю, опираясь на Динино плечо.

— Когда это произошло?

— Когда упала со стены, — из принципа не буду говорить, что мне помогли свалиться. Все равно не поверят.

— Скажи, ты дурная, Краснова?

— В смысле? — Что у него за претензии ко мне, не понимаю.

— В смысле, ты должна была сразу обратиться за помощью, а не героически продолжать испытание, — в голосе парня звучало недоумение пополам со сталью. Он словно строго отчитывал неразумного ребенка, совершившего несусветную глупость.

Я поджала губы и промолчала.

— Пойдем, — мужская рука властно легла на мою талию и легко потянула на выход с полигона. От неожиданности я чуть не упала, но была удержана. — Да обхвати ты меня рукой!

Пришлось послушаться и обхватить Демида за торс. Странно, с виду его талия казалась узкой, но видимо это играл контраст с шириной плеч, потому что мне показалось, что я обнимаю вековое дерево. Широкое, твердое и… горячее.

Он вообще весь какой-то слишком большой. Моя макушка оказалась лишь чуть выше его плеча. А мужская рука по ощущениям занимала половину моей спины.

Неловко попрыгала на одной ноге, поддерживаемая Демидом, время от времени спотыкаясь на щебенке дорожки.

— Нет, так не пойдет, — вздохнул сопровождающий, когда я в очередной раз оступилась.

С этими словами он подхватил меня под колени и понес. На руках! Грязную стовосьмидесятисантиметровую меня! Легко, будто я ничего не весила. А я очень даже весила! Минимум семь десятков килограммов!

Одна рука поддерживала меня под спину, вторая под колени, и мне пришлось обхватить парня за шею, чтобы чуть облегчить ему задачу.

— Зачем ты меня несешь? Я бы дошла сама.

— Ага, доползла, ты хочешь сказать.

— Мы нормально шли!

— Нет, мы за пять минут преодолели двадцать метров. Как видишь, даже за ворота полигона не вышли.

— Тише едешь — дальше будешь!

— А ты упрямая, да? — вздохнул Демид, поудобнее перехватывая меня.

— Не считаю это плохим качеством, — пробурчала, стараясь игнорировать заинтересованные взгляды окружающих.

Дему явно все было ни по чем, я же ощущала неловкость и от всеобщего внимания, и от близкого контакта с мужским телом. Меня вообще-то никогда на руках не носили.

— Это прекрасное качество, если применять его с умом, — возразил Демид. — А не во вред себе. Вот о чем ты думала, продолжая испытание с травмой? Теперь наверняка придется на костылях походить, а могло обойтись и без этого.

— Ты так за меня переживаешь, даже удивительно, — не удержалась от шпильки я.

— Не за тебя, а за ваш квартет. На кой им неполноценная единица?

— А что, уже есть распределение? — я удивилась такой оперативности.

— Обо всем узнаешь в свое время, Краснова, — снова вернулся к холодному тону парень.