Бояринъ из куна-чакры 2 (СИ) - Журавлев Владимир А. - Страница 9

— Что?

— Это ведь Риманте тебе рассказала? Типа подготовила к тому, как проходит инициация? Да или нет?

Ясмина напряженно размышляет, что бы такое соврать, чтоб не выдать новую подружку.

— Что ноги придется раздвигать в поперечный шпагат — было? — сурово спрашиваю я.

До девочки кое-что начинает доходить, и она неуверенно хихикает.

— Ну…

— У этой кругломордой чересчур яркая фантазия, — ворчу я. — Замуж ей надо. Допросится, точно отдам! Князь Леон на нее ну очень нежно глядел!

— А она разве не твоя?..

— У меня вообще-то жена есть, — бурчу я. — Одна, и лучше не найду. И три невесты, но они понарошку. Ладно, ложись, соблазнительница.

— Раздеваться?

— И ты туда же⁈ Да хрен с тобой, раздевайся! Только потом не жалуйся.

— Ну, это смотря что и как ты со мной будешь делать. Если как Риманте рассказала, то… подумаю.

Снова прислушиваюсь. Никого, и это странно. Такую развлекаловку подготовили — и не наслаждаются?

Потом до меня доходит, что пятеро, кроме меня, в нашем необычном семействе имеют, помимо Когтей, еще и Слух. И им не надо торчать под дверью. Сидят, наверно, в самой дальней комнате, слушают и покатываются со смеху.

Подкручиваю Слух на максимум — так оно и есть. Покатываются. Ну ничего в этом доме нельзя сделать в тайне!

— Рой, я вообще-то разделась, — дрогнувшим голосом говорит Ясмина, и мне сразу становится не до злости.

Глава 5

Утром я выползаю в столовую последним. И я не проспал, нет! Просто остальные подскочили раньше меня, вот. Мишель ускакала договариваться с гвардейцами князя Кирилла о сопровождении княжон Меньшиковых в академию. И с гвардейцами князя Брана тоже, сопровождения мало не бывает. А девочкам надо привести себя в порядок, на них же будут смотреть! Решительно этого не понимаю. А также совсем и категорически! Какой порядок, если в расписании занятий у нас стоит боевая подготовка?

Именно мы, бытовики, к боевым магам никаким боком, но кто бы нас спрашивал? Потому что разделять на Школы, загружать ради двух десятков бытовиков преподавателя, синхронизировать расписания занятий — это ж работать надо! Проще загнать всех без разбору в спортзал и заставить отжиматься на выносливость. Зачем — внятного объяснения нет. Боевые маги утверждают, что так укрепляется дисциплина. Но я имел в виду внятное объяснение, а не дубовый армейский юмор.

Уверен, так оно и планируется. Загонят нас в спортзал, заставят отжиматься на счет и будут с презрением наблюдать, как новички отключаются от усталости. Охрененно полезное занятие для магов!

Ну, они там планируют, а я здесь планирую. И посмотрим, чье кун-фу сильнее, как любят говорить в сопливых сериалах близняшек. За годы детства, проведенные в тесных квартирах, я эти сериалы наизусть выучил, будь они неладны.

На завтрак — что-то восхитительно вкусное из соседнего ресторана. Мама Вера наконец сдалась под грузом хлопот по Центральной першпективе и перестала часами стоять на кухне, чтоб нас накормить. Зачем, если существуют профильные заведения? А попытаются нас отравить — я из своей комнаты учую и повыдергаю всем отравителям поганые ручонки.

Мама Вера сидит и смотрит, как я завтракаю, с какой-то мягкой улыбкой. Вопросительно изгибаю бровь — что не так?

— Какой ты еще наивный дурачок, Рой, — ласково говорит она. — Вроде вырос, раздался, и не скажешь, что шестнадцать лет. Настоящий Ален Дюпон, такой же громила. Но теленок теленком.

Молча отодвигаю тарелку. Опираюсь локтями в стол, голову уютно размещаю между ладонями и задумчиво смотрю на женщину. Мы настолько близки, что почти все понимаем без слов. Почти, но не всё.

— Мама, да я осознаю, что живу в цветнике. Дурачок, но глаза вообще-то смотрят и видят. И я догадываюсь, что по первому моему подмигиванию все три фрейлины охотно окажутся у меня в постели. И Риманте с ними с краешку. Даже больше: уверен, что и Мишель мне не сможет отказать. И Жанна с Хеленой.

Вера медленно розовеет. Она бы и хотела возразить, но как, если это правда? Последние недели произвели на сестричек сногсшибательное впечатление, да еще поганка кошка раздразнила женское любопытство.

— А младшие княжны Меньшиковы официально числятся моими невестами, их могу даже не спрашивать, но вообще-то вижу, что они тоже согласны. Обе.

— Это да, — бормочет Вера. — Но Ясмина — иное дело. Она влюбилась в тебя с первого взгляда. Такие чувства — редкость и величайшая драгоценность в наше время, и упускать ее — непростительная глупость. Этот восторг в глазах, трепет рук и трепет тел… ты просто не понимаешь, что теряешь. Потом всю жизнь будешь локти кусать, а поздно — юность уйдет.

— Да понимаю я. Меня она тоже впечатлила. Даже очень. Какие бедра! А чувства⁈ Страсть с напалмом вперемешку! И я вообще-то ваши сериалы могу цитировать с любой серии и в любом порядке, а по ним счастье мужчины — это возможность крыть все, что движется и условно подпадает под понятие «она».

— Ну… да, — принужденно улыбается Вера. — Разве не так?

— Так, — не спорю я. — А что я скажу Сашке? Что быстренько променял ее на влюбленную девочку, пока жены дома нет? А потом вернулся, стер чужую помаду и готов любить жену дальше — до следующей девочки? Или как? Или прятать глаза, обманывать? Это что касается Сашки. Но мне вообще-то все наши девочки нравятся. И как? Что почувствует Риманте, когда отпихну ее левым копытом и полезу к Мишель? Ну, Мишель — с ней понятно, она меня за кобелячество просто убьет, очень серьезно девушка относится к выбору спутника жизни. Если я — то я, никаких «я еще повыбираю». А Вика? Жанна? Будут кусать губы и сгорать от ревности и ненависти? Только этого в нашей семье не хватало! Никогда этого не понимал в сериалах. Если герой бегает по бабам — ну какой он герой? Он предатель. И как предает любящую женщину, точно так же потом предаст друга или соратника. Если ему совесть позволяет предавать — предаст обязательно. Тоже мне великое свершение — удержаться от соблазна! Если даже на это воли нет… это предательство, мама. Самое обычное. А я вообще-то Сашку люблю.

— Формально Сашенька тебе еще не жена…

— Мама. Ну при чем тут формальности? Она сказала мне — всегда и всё. Еще при первой встрече. Я ей ничего не сказал, но, знаешь ли, ей это и не требуется. Если я ее предам, что-то изменит запись в реестре муниципалитета? Формальность — она для имущественных прав.

— Может, оно и так, — качает головой Вера. — Но как-то странно слышать такие рассуждения от тебя. Шестнадцать лет, а говоришь, как взрослый…

— А я и есть взрослый. Мне триста лет. Как минимум. А как максимум… думаю, что ровесник Вселенной самой.

— Рой! Ну что ты такое несешь⁈

И мы оба смеемся. Хотя я вовсе не шучу.

А потом мы идем в академию. Центральная першпектива — отличное для этого действия место. Тротуары широкие, машин мало, как-никак культурный центр города, нечего тут всяким ездить.

Охрана из гвардии ненавязчиво идет впереди, передает нас по цепочке следующим, сзади тоже маячат хмурые ребята в броне. Удовлетворенно киваю. Выход обставлен достойно особ с таинством происхождения. Только гвардейцев сегодня маловато. Похоже, остались личные телохранители князя Кирилла и парочка типов от князя Леона, их физиономии запомнились, когда развлекался похищениями Сашки. И что это значит, э? Ожидается атака от Ярыгиных — или просто Мишель в очередной раз поругалась с князем Браном? Спросить бы Мишель, но мы решили, что она останется на охране дома. Ну, если атака… ох и обогащусь!

На ходу я кивками приветствую знакомых по академии, то есть всех подготовишек, которые попадаются по пути. Не просто же так крутил головой на лекции, а запоминал, мне с этими ребятами минимум год учиться. Отвечают мне по-разному — или не отвечают. Мне и так, и так подходит, я запоминаю всё. И как ответили на приветствие, и как именно не ответили. Очень удобно, черновое деление на врагов и сочувствующих можно сделать прямо на прогулке.