Ты знаешь мой секрет? (СИ) - Беж Рина - Страница 39

Пока я, не торопясь, скидываю халат, аккуратно поправляю завязки на плавках белоснежного раздельного купальника и проверяю пальчиками ноги температуру в купальной чаше, Алекс красиво ныряет, проплыв в глубине не менее трех метров и энергично пересекает бассейн сначала в одну, а потом в другую сторону. В этот момент он напоминает хищника, целеустремленного, спокойного, вкрадчивого. Под упругой смуглой кожей то и дело перекатываются мышцы, пока сильные руки уверенно разрезаю голубую гладь, а дыхание совершенно не сбивается. Я же с трудом заставляю себя перестать пожирать его глазами.

Больше не думая, нахожу лесенку и направляюсь к ней. Как бы сильно не любила купаться, но нырять «с берега» никогда не пробовала, всегда заходила аккуратно. Риск — это не мое. Потому скидываю шлепанцы, поворачиваюсь спиной, и неторопливо нащупывая ногами прорезиненные ступеньки, спускаюсь вниз.

Одна, вторая, третья…

Не найдя следующей ступени, замираю и тут же оказываюсь в крепких объятиях мужа, который легко меня сцапывает, а затем плавно опускает в воду, давая возможность привыкнуть.

— Готова? — спрашивает через минуту, считываю все реакции по лицу, и, поймав мой очумелый от удовольствия взгляд, отпускает, — тогда догоняй.

Раздумываю лишь пару секунд, наблюдая, как Гроссо поплыл прочь, рассекая воду сильными размеренными ударами, и устремляюсь за ним. Желание догнать и показать собственные умения как пузырьки шампанского пробегает в груди, и я вкладываю всю силу и страсть, чтобы не отставать.

— Впечатляющее зрелище, — раздается совсем рядом, когда через какое-то время мы возвращаемся в исходную точку практически одновременно.

Я же стараюсь восстановить сильно сбитое дыхание и не скрываю восторга. Обожаю воду и плавание. Это непередаваемые ощущения.

Спустя секунду Алекс оказывает так близко, что я чувствую жар его тела, но он лишь убирает непослушный локон, что выбился у меня из хвоста и прилип к щеке, а затем, подплыв к бортику, ловко подтягивается на руках и занимает один из шезлонгов.

— Ты со мной или еще поплаваешь? — кивает он на столик, где кто-то заботливый уже приготовил для нас небольшой перекус.

— Поплаваю, — выдаю без раздумий и вновь устремляюсь к противоположному краю купальной чаши.

Только уже не спешу, а наслаждаюсь каждым гребком и тем, как вода бережно ласкает тело, нежно оглаживает его и постепенно снимает усталость, наполняя каждую клеточку энергией и оптимизмом.

В какой-то момент переворачиваюсь на спину и прикрываю в довольстве глаза. Господи, еще неделю назад я и представить себе не могла, что когда-нибудь окажусь в сказке. Тем более после всего, что навалилось на меня в последние месяцы. Но умение отпускать ситуацию и в этот раз помогает. Я просто откидываю все лишние мысли и кайфую.

Живу здесь и сейчас.

— О, чай, отлично, — наплававшись от души, потому что Алекс не ограничивает время, и завернувшись в мягкое широкое полотенце, присаживаюсь за столик и обхватываю обеими ладонями теплые покатые бока белоснежной фарфоровой чашки.

Горьковатый ароматный свежезаваренного черного чая с бергамотом будоражит рецепторы, и я с удовольствием вдыхаю его поглубже. Божественный запах.

— И твои любимые мини-пирожные, — Гроссо пододвигает в мою сторону ажурную тарелку с выпечкой.

И это запомнил.

Не стараясь скрыть улыбку, впитываю как губка такую непривычную заботу. Без раздумий подхватываю вилку и отламываю приличный кусь. Вот еще мелочиться, когда обожаемые сладости так открыто на меня смотрят.

Искрящиеся хитринкой глаза напротив совершенно не смущают. Ну ладно, смущают, но, кажется, и я, и Алекс уже привыкли к легкому румянцу на моих щеках.

Расправляюсь с первым маленьким кулинарным шедевром и поворачиваю большое блюдо по кругу, решая, что для полного релакса можно слопать и одну песочную корзиночку со взбитыми сливками и вишней, как внимание привлекает то, что определенно выбивается из общей картины.

— Ну и чего ты так испугалась? — задает вопрос муж, когда я перевожу на него беспомощный взгляд. — Я знаю, что должен был подарить его тебе раньше, но не хотел брать что-то обычное впопыхах там, у вас. Надеюсь, тебе нравится?

Вновь возвращаю внимание на стол, где вместо одной из корзиночек с кремом место занимает раскрытая красная бархатная коробочка с кольцом. Тонкий гладкий ободок белого золота или платины, совершенно в этом не разбираюсь, украшен двумя изящными завитками в виде бесконечности, а по центру в нее утоплены три небольших прозрачных камушка. Как только на них падает свет, они начинают сверкать и играть, преломляя лучи.

— Очень красивое, — сглатываю совершенно пересохшим горлом, не решаясь протянуть руку и коснуться.

И муж словно понимает, уверенно вытаскивает кольцо и безмолвным жестом предлагает надеть.

И в этот момент у меня складывается четкое ощущение, что Алекс таким действием в очередной раз спрашивает о том, какими я хочу видеть наши отношения: настоящими или фиктивными.

Нужна ли мне пауза для раздумий?

Нет.

Я определилась в своих чувствах еще раньше, потому без сомнений протягиваю вперед правую руку. И ничего, что она чуть подрагивает, я всегда была трусихой.

Глава 20

Дни летят незаметно. С удовольствием погружаюсь в приятные хлопоты о малышке, даря ей все свое внимание и время, и бессовестно отодвигаю собственную работу на задворки. Последний проект, слава Богу, принимают с минимальными поправками, а от остальных я, скрепя сердце, отказываюсь, ссылаясь на занятость личного характера.

И это не жертва с моей стороны.

Ни в коем случае.

Всё десятки раз обдумано, и решение принято осознано.

Благодаря помощи Алекса с переездом сюда, расчетом с клиникой и в организации похорон, я финансово спокойна. Гроссо отказался даже слушать, когда заикнулась о возмещении ему расходов, а других долгов у меня не было. Полученный же за последний проект гонорар я откладываю на всякий «черный» день, и теперь он греет душу.

Пусть очень надеюсь, что очередного «кошмара» в моей судьбе не случится, и впереди ждет только тихая и размеренная жизнь, но привычка верить до конца только себе — вещь упрямая. Потому мне спокойно в том плане, что имеется финансовая подушка безопасности, которая, если даже что-то пойдет не так, позволит нам с Наденькой не пропасть и без нервов прожить первые пару месяцев, прежде чем я найду достойную работу.

В один из дней нас посещает детский врач, чтобы провести осмотр малышки и снять все нужные показатели по росту, весу и активности. Анна Сергеевна, женщина лет сорока пяти, пухленькая, улыбчивая, внимательная брюнетка, располагает к себе с первых минут не только Надю, но и меня. Радует заключением, что развитие идет согласно возрастным нормам и назначает прием в клинике для проведения плановых прививок. Дает советы по гимнастике, оставляет список того, что может понадобиться из лекарств и мазей, прописывает курс массажа и диктует номер личного телефона для экстренных случаев.

Прощаемся с ней на позитивной ноте, обещая выполнять все советы и рекомендации, а маленькая принцесса еще и агукает вслед, словно всё понимает.

Эта встреча придает мне так необходимой уверенности, что я неплохо справляюсь с возложенной на себя непростой миссией, а еще хочется верить, что Лиза мной бы гордилась, как и Макс.

Елена Валентиновна вместе с Анной изо дня в день окружают нас с Наденькой заботой так ненавязчиво, но вместе с тем аккуратно и тактично, что сближение происходит само собой без каких-то специальных порывов и стремлений.

Однажды вечером, накануне приёма, пока жду задержавшегося допоздна Алекса, достаю семейный альбом, прихваченный из квартиры одним из первых, и протягиваю свекрови, предлагая посмотреть свадебные фотографии Лизы и Макса.

Женщина, не сдерживая слез, долго разглядывает снимки, любовно касаясь дрожащей рукой лица сына, на фотографии моей сестренки на пару минут застывает, распахивая глаза шире, переводит внимание на меня и, как-то слишком эмоционально всхлипнув, притягивает к себе и обнимает так сильно, будто боится потерять.