Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли! (СИ) - Ильинская Екатерина - Страница 82

Радости моей не было предела, когда я обнаружила кондитерскую открытой, а Нику обслуживающей двух пожилых дам. Подруга выглядела… невыспавшейся. Под глазами залегли до того тёмные тени, что казалось, она специально чем-то подкрасилась как на праздник кошмаров. Но нет — при ближайшем рассмотрении стало понятно, что круги вполне натуральные. Впрочем, чем-то этот образ напоминал мне вчерашнего монстра в зеркале. И если я довела себя до такого состояния постоянным глядением в шар, то Ника, видимо, из-за попыток найти во сне Винса.

— Ты что, вообще не спишь? — ужаснулась я.

— Сплю. — Ника подняла на меня горящие нездоровым блеском глаза. — При любой возможности! Ты была права, Амелия! Я теперь могу во сне разговаривать с Винсом. Теперь я знаю, что произошло!

Ника схватила меня за руку и потащила за дальний столик. Дамы бросили на нас неодобрительные взгляды, видимо, хотели ещё что-то заказать, а хозяйка решила поболтать. Но нам до них не было никакого дела.

— Амелия, тут такое! В общем, Винс, то есть Виктор, похитил у отца артефакт тёмных эльфов, который тот хотел использовать для подчинения воли императора и совершения государственного переворота, сбежал сюда, попытался его уничтожить — артефакт, а не отца, конечно, — но не смог и спрятал. Потом люди отца его нашли, схватили и увезли в Брейвиль. Теперь допытываются, где артефакт, а он здесь…

Ника многозначительно потыкала пальцем в потолок. Я бросила взгляд наверх, но ничего, кроме люстры, не увидела. Потом снова посмотрела на раскрасневшуюся подругу, глаза которой горели фанатическим блеском, и попыталась вспомнить адрес ближайшего целителя. Всё-таки как бы странно я ни вела себя в последние дни, но хотя бы про государственный переворот ничего не вещала.

Надо было зайти раньше! Вот что я после этого за подруга? Ника сошла с ума из-за меня! Артефакты всевластия, императоры, перевороты… Может, это просто температура поднялась, и всё лечится жаросбивающим? А если она от горя помешалась?

Или… Это действительно правда? Моим предсказаниям тоже не все и не всегда верят…

Хотя всё равно, сбивчивый рассказ подруги был слишком невероятным даже для меня.

— Ника, а у тебя есть что-нибудь с успокаивающим эффектом? Может быть, чай?

— Есть! Прости, я не подумала, что ты разволнуешься. — Ника вскочила, чтобы нестись на кухню, но я успела схватить её за подол взметнувшейся юбки.

— Завари два чая. — Я выделила слово «два», чтобы подруга точно не перепутала.

— Так сильно нервничаешь? Ну, ладно…

И она скрылась в недрах дома, чтобы через несколько минут, за которые я вся испереживалась, вернуться и поставить два больших стакана с напитками.

— Пей.

Ника с удивлением посмотрела на стакан в своих руках, который я впихнула ей жестом профессионального фокусника — уверена, Альфред Рикардо, владелец городского цирка, мной бы гордился.

— Я?

— Ты! Ну же!

— Ладно…

Ника села и отхлебнула чай. Я последовала её примеру. Пара минут прошла в молчании — дамы уже успели уйти, и никто не мешал нам рассматривать друг друга. Когда из взгляда Ники исчез болезненный блеск, а со щёк лихорадочный румянец, я решилась, что можно продолжить разговор.

— Так что там с эльфами и переворотами? У тебя горячки точно нет?

— Да всё со мной в порядке, — помотала головой Ника. — Всё просто же. Помнишь, ты нагадала, что просыпается бабкин дар?

Я кивнула. И была уверена, что он действительно просыпается. И даже полагала, что Ника вполне способна была увидеться во сне со своим «хмырём», но вот дальше…

— А ещё ты мне сказала настоящее имя Винса — Виктор Бранс. Это очень помогло. Вспомнив основы медитации, я его нашла, и мы поговорили. Удивительное ощущение: и сон, и явь…

— И он рассказал тебе про артефакт, эльфов и переворот? А ты уверена, что тебе это не просто приснилось? Ну, там усталость, напряжение последних дней, неизвестность…

— Нет, это был не сон… Я нашла то, о чём он говорил.

Ника снова потыкала пальцем в потолок. Я снова посмотрела на люстру.

— А теперь мне надо придумать, как уничтожить темноэльфийский артефакт. Я ищу, читаю… была уже в библиотеке, книжной лавке и даже храме, но… пока ничего полезного не нашла.

— Так, ладно. Покажи, что у тебя… там. — Я многозначительно потыкала в потолок, а Ника кивнула.

Кофейню пришлось закрыть. И если раньше Ника вряд ли так просто покинула бы даже пустой зал, то сейчас легко развернула на пороге целую компанию посетителей, ничуть об этом не жалея. Вот что любовь с людьми делает!

Я тяжело вздохнула и поспешила наверх. Ворвавшись в уютную маленькую спальню в голубых тонах, подруга тут же отодвинула от стены табуретку и открыла тайник, где лежал сложенный вчетверо лист бумаги и резная подставка с тёмным гладким камнем, вокруг которого разливалось лёгкое голубое сияние. Красиво.

— Вот смотри. Он в коконе охранного заклинания. Чувствуешь? — шёпотом спросила Ника, как будто нас кто-то мог подслушать, но я только помотала головой. — Ай, в тебе же нет магии.

В открытую дверь влетела Диди и уселась на клетку, стоящую на секретере. Птичка показалась мне крупнее и ярче, чем раньше, но, возможно, я просто забыла, какой она была красивой.

— От него веет зло-о-ом, — трагическим шёпотом продолжила подруга. — И я просто обязана его уничтожить.

Мы обе уставились на камень, который мерцал как ни в чём не бывало и обращаться в пепел от наших взглядов не хотел.

— А что пишут в твоих книжках?

— Да много чего, и ничего конкретного. Винс нашёл способ, записал его и спрятал рядом, но… ощущение, что часть текста отсутствует. И мне кажется, что это какая-то важная часть. Я искала информацию везде, где могла, но кроме общих сведений о дроу и их магии, ничего там нет.

Мы одновременно вздохнули.

— О! Может, ты погадаешь? — Ника посмотрела на меня с такой жадностью, как будто я была её спасением. — Даже если не будет конкретного ответа, я хотя бы пойму в верном ли направлении движусь?

Не могу сказать, что я поверила во всё рассказанное про императора и переворот, но оно не противоречило тому, что мы с Никой выяснили при прошлой встрече: Винс узнал секрет отца и скрылся с артефактом, сменив имя. И нашли его не жандармы, поэтому в газетах ничего не было.

В общем, чтобы всё это переварить мне нужно было время, но погадать я могла, хотя и сомневалась в успехе мероприятия.

— Не уверена, что будет толк — ты же моя подруга… Но я попробую.

Я полезла в сумку за камушками и вытащила мешочек вместе с прихваченным «Вестником». Снова вспомнился рейхан, который ключ, и я повела плечами. Хорошо, что у Ники нет никаких монстров, а только милая Диди.

Мы расположились на полу, потому что кровать была занята книгами по тёмноэльфийской магии.

— Задумай вопрос и кидай. — Я пересыпала Нике в ладонь горсть цветных камней и приготовилась ждать, но подруга нервно дёрнулась, рассыпав всё прямо на лежащую возле неё газету.

— Ой, прости, я сейчас всё соберу.

Ника начала суетиться, а я всё смотрела и смотрела на заголовок, понимая, что всё произошло не просто так.

— Оставь, я сама. Лучше вот это почитай.

Я подняла «Вестник» стряхнув с него лишнее, и протянула подруге. Та охнула, забормотала про бедную Леру и Девеника и углубилась в чтение, совершенно не понимая, что гадание состоялось.

— Надо сходить, спросить, как Лера себя чувствует, если она сама раньше не зайдёт, — вздохнула Ника и отложила газету. — А с артефактом, получается, ничего не поделать?

— Почему же? Вот сходи и заодно про него спроси… — Я собрала всё в мешочек и добавила: — Кто может лучше владелицы завода знать про создание и уничтожение артефактов?

— Точно! — Ника встрепенулась. — Как я об этом сама не подумала? Обязательно схожу и спрошу!

Я вдруг вспомнила рыжую Шалию из агентства по уборке — ей тоже надо было сходить к Шейронской, но та не пошла. Сердце кольнуло от страха, и я сжала Никину ладонь.