Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли! (СИ) - Ильинская Екатерина - Страница 13

— Рептилий! — воскликнула девушка и достала другую книгу. Ещё толще прежней.

— А замуж не хочет, — пожаловался мне господин Итан Голдброн — во всяком случае, это было написано на табличке, стоящей на его столе. Но я не смогла в должной мере ему посочувствовать. В голове крутились образы моей мучительной смерти в лапах, клыках и когтях всевозможных монстров. Рептилии — это же ящерицы и змеи? Пресветлая Лейна, только бы не змея!

— Замуж не пойду, — обиженно буркнула Кристен.

— Вы не волнуйтесь, госпожа Ковальд Ничего опасного в доме нет. Некоторые люди этих существ даже в качестве домашних питомцев заводят.

Мне резко полегчало, но при этом стало неловко. Словно я зашла в гости в разгар семейной ссоры. Да и вопросов ко мне у отловщиков, вроде, больше не было.

— Я… пойду? — нерешительно спросила и посмотрела на мужчину.

— Да, идите. Сейчас закроем предыдущую заявку и к вам отправимся. Где-то через час будем, ждите в доме.

— В доме⁈ — От этого предложения у меня волосы на голове зашевелились. Не-не-не, даже если господин Голдброн считает, что опасности нет, но вдруг он ошибается? Это не его сожрут, если там завёлся кто-то другой. — А может, я вам ключи дам, а вы там дальше сами? Я в кофейне посижу на Книжной 12. Тут рядом, вы точно должны знать.

— Тогда ещё вот эту бумагу подпишите с отказом от претензий в случае нанесения непоправимого ущерба имуществу.

В руки сунули перо и бумагу, где я быстро расписалась, даже не читая.

Мебели у меня почти не было, а в доме с монстром я находиться попросту не могла. Так что пусть рушат, что хотят, лишь бы поймали и убрали. А потом я защиту какую-нибудь поставлю, чтобы уж больше никто не пробрался в дом.

На этом меня отпустили, но даже отойдя на приличное расстояние от конторы, я продолжала слышать споры Кристен и господина Голдброна. Надеюсь, что во время отлова они ладят лучше, чем во время бумажной работы. Впрочем, никаких других вариантов у меня не было, оставалось положиться на милость Ошура и просто ждать.

Я поплелась к кондитерской, надеясь, что Ника уже открылась, и у неё найдётся для меня чашка кофе в долг. Денег из дома я, конечно, не догадалась захватить.

Глава 10

Ника свою кофейню открыть ещё не успела, но свет внутри уже горел, а за окном мелькали радужные пятна. Пару секунд я думала, что это в глазах рябит от усталости, но потом поняла, что по залу порхает маленькая разноцветная птичка. Такая красивая! Я застыла у витрины, открыв рот, словно ребёнок на представлении иллюзиониста. Да так бы и стояла, наверное, если бы птичка не упорхнула в другую комнату, а оттуда не вышла Ника. Увидела меня и поспешила открыть дверь.

— Амелия, ты откуда в такую рань? Выглядишь… не очень… Я сейчас налью кофе.

— Спасибо, — от всего сердца поблагодарила я. — Ночка была та ещё. На меня напало что-то в доме, я подала заявку в отлов и договорилась, что подожду результатов тут.

Ника заохала и отправилась заварить кофе, вытребовав у меня обещание всё подробно рассказать. Я только успела крикнуть, что денег у меня с собой нет, но девушка махнула рукой, показывая, что всё в порядке.

— Я же не платила тебе за предсказание, будем считать, что отдаю так, — весело сказала она, вернувшись и поставив передо мной стакан и пирожное с воздушным кремом.

Я чуть не рассмеялась. Надо же, сначала я получила бесплатный кофе за спонтанное предсказание, а теперь за гадание. Впору становиться кофейной гадалкой.

— Так что с тобой случилось? — спросила Ника.

От воспоминаний снова стало зябко, пришлось закутаться в кофту. Рассказывала я медленно, со всеми подробностями и предположениями, которые возникли у меня в процессе общения с представителями отлова.

— Пресветлая Лейна, ну, какой же ужас! — воскликнула в конце рассказа Ника. — Хорошо, что я у меня есть Диди, она меня предупредит, если в доме заведётся кто-то посторонний.

— Иметь фамильяра — большая удача, — согласилась я. Несмотря на то что колибри прикидывалась обычной птичкой, я ясно видела её настоящую сущность.

— Это правда, — кивнула Ника, а потом тяжело вздохнула. На мой вопросительный взгляд только помотала головой и улыбнулась, делая вид, что всё в порядке. Кажется, на душе у неё было тяжело, но рассказывать об этом она не спешила. А я не стала настаивать.

Повисшую в зале тишину нарушил стук. Я не сразу сообразила, почему посетитель не заходит, но Ника быстро встала и пошла к двери.

— Газету принесли, — сказала она. — Её мальчишки-разносчики кидают прямо на ходу.

Газета! Мысли тут же свернули к Хантли. Он сдал материал о гадалке, которая не верит в случайности, в сегодняшний номер? Или всё же не стал? Ладони вспотели, захотелось выхватить выпуск, чтобы быстрее получить ответ. И при этом я не могла открыть рот, чтобы попросить «Вестник», боясь, что найду там новую статью о себе.

Между тем Ника, не подозревая о моих сомнениях, листала страницу за страницей, ни на чём надолго не останавливаясь. Значило ли это, что ничего страшного там не было?

— Ого! — произнесла она, а у меня замерло сердце. — Смотри-ка, что пишут…

Я уже набрала в рот воздуха, чтобы сказать, что это всё неправда, но Ника успела начать зачитывать совершенно другое.

— Побег магических существ! Скандал вокруг цирка Курдуоли продолжается! Напомним, что 11 июня на представлении гастролирующего цирка пострадало три человека. Виной тому — халатность дрессировщика, не сумевшего удержать росомаху. Напуганное животное оказалось среди трибун и напало на зрителей.

По распоряжению властей цирк покинул Рейвенхилл 12 июня, но! Уволенный дрессировщик — господин Вирцио — решил отомстить за свой позор. Он угнал фургон с магическими существами, задействованными в представлениях, тайно вернулся в город и выпустил опасных тварей на окраине. За несколько дней те освоились и расползлись по всему городу, пугая жителей и вредя им.

Массовые жалобы обрушились на жандармерию, а отловы магических существ утонули в многочисленных заявках. По делу ведётся следствие, поиском господина Вирцио занимается имперский розыск.

Представители цирка обещали предоставить список всех пропавших существ, но уже сейчас понятно, что их количество превышает несколько десятков, среди них имеются крайне опасные.

За предоставленную информацию редакция благодарит специального корреспондента Эрнета Хантли, который провёл масштабное расследование, установил причину происходящих в городе беспорядков и определил, кто является главным зачинщиком. Благодаря господину Хантли дело взято на особый контроль администрацией города, все обращения по поводу нападения подозрительных существ будут рассмотрены вне очереди.

Сам господин Хантли подвергся нападению квакуна и содействовал отлову в его поимке.

Будьте бдительны и берегите себя! Помните, что многие опасные существа ещё на свободе!

— Цирковые животные? Всё сходится. Я приехала пятнадцатого, и монстр уже был в доме.

Пока Ника читала, я даже забыла о том, что ждала совсем другую статью. Вот, оказывается, чем занимался ночью Хантли! Всё ещё не понятно, что он делал возле моего дома, зато прояснилось, откуда взялся монстр.

— А что за квакун? — спросила Ника. — Лягушка какая-то?

— Ага, — попыталась вспомнить детали я. — Что-то вроде полупрозрачной лягушки, которая сливается с вещами человека и преобразует речь в кваканье. Сам человек ничего не замечает, только его собеседники.

— Наверное, это забавно, — захихикала Ника. — Представляю лицо этого журналиста: он что-то говорит, а все вокруг смеются, потому что он квакает.

Я тоже представила лицо Хантли. А ещё вспомнила своё спонтанное предсказание. Что я там говорила? Поквакай тут ещё?

Со стоном закрыла лицо руками. Кажется, причина появления журналиста у моего дома прояснилась. Ночью он вёл это своё расследование, столкнулся с квакуном, сдал его в отлов — и поэтому знал, что тот открыт в такую рань. А потом пошёл ко мне. Наверняка решил, что лягушку подсунула я, и что замешана в этом деле с побегом цирковых животных. Хотя погодите! То есть сам он обиделся на то, что я его заподозрила в подкидывании монстра, но при этом собирался обвинить меня в том же самом⁈ Или нет? Отношение Хантли изменилось позже — когда я сказала, что не верю в случайности. Да, всё же дело в моей профессии, а не в чём-то другом.