Красная дорама 3 (СИ) - Кащеев Денис - Страница 34

И сразу увидел водителя. Тот благополучно возвращался по просеке к грузовику — с той стороны перевала, где мы не ездили и куда вчера нам советовал направиться Гвон. Не иначе, по первому свету Ан решил лично сходить — проверить, насколько та дорога лучше.

Передав горячий привет своим неоправдавшимся опасениям, я уже собирался вернуться свободолюбивым духом назад в бренное тело, как вдруг уловил на краю леса, примерно на полпути между собой и водителем, какое-то шевеление. Пригляделся — но ничего толком не рассмотрел. Тогда скользнул ближе — не только духом, чтобы не отпускать его слишком далеко от тела, мне пришлось немного углубиться в заросли и на своих двоих — и обнаружил в зарослях двух человек.

Один из них, мне незнакомый, похоже, стоял здесь уже какое-то время: зажатая в его пальцах сигарета прогорела почти до фильтра, а под ногами валялись еще два столь же коротких окурка. Другой как раз подошел со стороны лагеря. И его-то я признал без труда — еще бы: это был Гвон!

— Что за машина стоит на просеке? — вместо приветствия первым делом угрюмо поинтересовался у него курильщик-незнакомец.

— Да детям продукты привезли, — слегка поморщился туринструктор. — И некстати сломались, собачьи отпрыски! Чистая случайность, ничего страшного!

— Не доверяю я таким случайностям, — покачал головой его собеседник — и затянулся остатками сигареты.

— Да нет, правда случайность, — мотнул головой Гвон. — Я ж вчера сам копался у них в движке — обычная поломка! Нарочно с такой не подгадаешь! А что полез-то: думал, получится побыстрее починить — они и свалят подобру-поздорову до ночи. Как раз чтобы вот этих ваших вопросов не было! Немного не успели…

— Ладно, — нетерпеливо оборвал его незнакомец. — Груз с вами?

— Да. Вот! — только теперь я заметил, что в руках туринструктор держит какой-то обмотанный тканью предмет.

— Разверните! — потребовал его собеседник.

Кивнув, Гвон так и сделал — и моему взору предстал серебристый цилиндрический контейнер, помеченный сверху характерным знаком радиационной опасности.

И тут меня как молнией ударило. Я отчетливо вспомнил, где сталкивался с этим контейнером раньше! И понял, почему вчера, при первой встрече на просеке, голос туринструктора показался мне знакомым: Гвона я, получается, прежде тоже уже видел! Правда, не в лицо — только со спины, почему, вероятно, и не опознал. И не наяву — в том самом загадочном сне, который, следуя старому совету Кати Кан, постарался поскорее выбросить из головы!

В чем тогда и преуспел — но теперь он снова вернулся, во всех деталях!

Речь там как раз шла о каком-то похищенном радиоактивном образце, который наш товарищ туринструктор взялся передать в руки неким людям — видимо, контрабандистам — для переправки за границу. Не иначе, этот угрюмый тип с сигаретой — один из них и есть!

Так вот, кстати, что столь упорно искали военные на том блокпосту по дороге в Расон! Но зря старались: их пустили по ложному следу — как прямо и сказал тогда в моем сне собеседник Гвона!

— Теперь давайте сюда! — потребовал между тем у туринструктора уже его нынешний визави.

Гвон протянул ему контейнер — и аккурат в этот момент кусты у него за спиной качнулись, и из зарослей появился слегка растерянный Ан. За всем увиденным я о нем как-то и позабыл совсем!

— Что тут происходит? — удивленно спросил он. — Товарищ Гвон? Так и показалось, что слышу ваш голос… А вы кто такой? — подозрительно посмотрел водитель на контрабандиста.

— Это мой… гм… мой хороший друг! — принялся торопливо объяснять туринструктор. — Ехал мимо, заглянул поздороваться…

— А это что у вас такое? — указал Ан на контейнер в руках собеседника.

— Да так… — Гвон судорожно спрятал цилиндр за спину. — Одна хитрая штуковина для походного примуса…

— Но мне показалось, там нарисовано… — не унимался водитель — но договорить ему не дали.

Оглушительно громыхнуло — и, успев удивленно вытаращить глаза, Ан кулем повалился наземь.

Контрабандист опустил руку — уже не с сигаретой, с пистолетом. Когда он успел сменить одно на другое, я даже и не заметил!

На пару секунд повисла гробовая тишина — по-особому пронзительная после недавнего хлесткого выстрела.

— Что вы натворили⁈ — в панике воскликнул затем Гвон, обретя наконец дар речи.

— А что было делать⁈ — огрызнулся контрабандист. — Он все видел!

— А в лагере рядом — все слышали! И как я теперь должен буду там объясняться⁈

— Тут неподалеку полузаброшенный полигон. Иногда вояки его посещают — спишите звук на них. Ну или на выхлоп того долбаного грузовика, в конце концов! Из палаток да спросонья — направление никто на слух не определит… А труп спрячьте!

— Грузовик не на ходу — я же говорил! А это — как раз водитель! Был. Его станут искать! — не унимался туринструктор.

— Так постарайтесь, чтобы не нашли! И давайте уже сюда контейнер — мне нужно спешить! Теперь — в особенности!

Гвон почти было повиновался — но тут же снова спрятал свой цилиндр за спину, уже от контрабандиста.

— Нет! — судорожно замотал головой. — Понесу его сам! Уйду с вами в Китай!

— Будем придерживаться прежнего плана, — отрезал его собеседник. — Я ухожу — вы остаетесь! Тем более, вам тут теперь есть чем заняться! — выразительно кивнул он на тело Ана.

— К демонам прежний план! — рявкнул туринструктор. — Кое-что уже пошло не по нему — не заметили⁈ Так что уходим вместе!

— Нет!

— Тогда… Тогда не получите свой контейнер! — Гвон немного попятился — но скорее демонстративно, нежели и впрямь собираясь сбежать со своей ношей.

— Ох… — вздохнул контрабандист. — Ладно, недосуг с вами спорить…

Я почему-то решил, что это он согласился на предложение собеседника. Так же, похоже, подумал и тот — потому не сдержал самодовольной ухмылки. Но в этот момент его подельник снова вскинул пистолет — и выстрелил.

— Но как же… Мы же… Ведь я же… — потеряно пробормотал туринструктор и, выронив контейнер, упал — прямо на распростертое на земле тело несчастного Ана.

21. Третий выстрел

Спрятав пистолет, контрабандист склонился над Гвоном. Заглянул тому в широко распахнутые глаза, коснулся пальцами шеи — видимо, проверяя, есть ли пульс. Через несколько секунд удовлетворенно кивнул — и проделал все то же самое с бедолагой Аном.

Самому мне было уже давно ясно, что оба, и водитель, и туринструктор, мертвы — если смотришь, пребывая духом вне тела, разница между живым и неживым очевидна, даже задумываться об этом не приходится.

Между тем контрабандист оставил в покое и Ана, подхватил выпавший из рук Гвона контейнер, воровато огляделся и быстрым шагом двинулся через лес. Прямо на меня! Причем, во всех смыслах: едва не прошел сквозь мою незримую сущность (машинально я скользнул прочь с его пути, хотя, случись контакт, ровным счетом ничего бы не почувствовал, как, собственно, и мой оппонент) — и теперь направлялся в сторону притаившегося за деревьями физического тела.

Понятно, о моем присутствии неподалеку контрабандист и не подозревал — наверняка его целью был грузовик у меня за спиной. Может, хотел убедиться, что тот действительно не в порядке, а может, наоборот, решил попробовать на нем уехать, уж не знаю. Но в любом случае, там, где я сейчас стоял, остаться для злодея незамеченным было мало шансов: на ходу тот вертел головой, как голодный голубь, высматривающий крошки на асфальте, и просто так мимо наверняка бы не прошел. А пистолет убийца, если что, снова достал — и держал наготове…

Дернись я вправо или влево — тоже рисковал быть замеченным, поэтому мне ничего не оставалось, как только попятиться назад, к машине.

Отступив к грузовику, я скользнул за его левое переднее колесо, где присел и затаился. Не прошло и полминуты, как на просеку вышел и контрабандист. Опасливо приблизился к кабине справа, заглянул в нее, но залезать внутрь не стал — может, кстати, как раз потому, что с той стороны не оказалось порожка. Вместо этого, выставив вперед руку с пистолетом, злодей двинулся кругом, обходя автомобиль спереди.