Костоправ. Книга 3 (СИ) - Небокрад Максим - Страница 49

— Повторение — мать учения, Зальдор, — произнёс я, обернувшись.

Вот они — первое поколение нэйтааримов-магов. Всего трое детей: девочка и два мальчика, самому младшему из которых едва исполнилось семь лет. Я смотрел на их сосредоточенные лица и втайне надеялся, что каждый из этих детей однажды превзойдёт меня.

— На сегодня всё, — сказал я. — Завтра продолжите с мастером Ямгемом.

Обучение мы проводили в храме. Ученик Вульна — Ямгем — остался в Вотрийтане, став нашим проводником в мир духов, чтобы мы могли встречаться с Сар’кханис, заключённой в одной из печатей. Мы готовили детей к будущему, закладывая фундамент задолго до того, как придёт время настоящей практики.

Все эти годы я и сам продолжал учиться у Сар’кханис, впитывая крупицы её древней мудрости. Чем больше я узнавал, тем яснее видел необъятные просторы непознанного. Знание открывало мне не столько ответы, сколько новые вопросы, множившиеся быстрее, чем я успевал их осмыслить.

Кейтэрин, светловолосая девочка с пытливым взглядом, пыталась незаметно поправить платок над плетённой корзиной, притаившейся у края стола. Наконец, собравшись с духом, она не без труда подняла увесистую ношу и, бережно прижимая к груди, приблизилась ко мне мелкими шажками.

— С днём рождения, мастер Эйдан! — выдохнула она, протягивая корзину.

Я улыбнулся. Корзину я приметил ещё перед началом урока — дети не слишком преуспели в искусстве конспирации. Подарок был символическим, явно собранным заботливыми руками их родителей. Под платком скрывались свежие цветы, спелые фрукты, лесные ягоды и несколько кусков ароматного сыра. Это был знак внимания, который я очень ценил.

— Спасибо, — сказал я. — Какие же вы внимательные и чуткие.

— С днём рождения! — задорно запрыгали они. — С днём рождения, мастер Эйдан!

Я кивнул на содержимое корзины:

— А теперь каждый выберите себе что-нибудь и по домам.

Ребятня схватила по фрукту и, попрощавшись, стремительно выпорхнула за дверь. Я не беспокоился, потому что на улице их ожидала королевская стража. Все трое родились в семьях простолюдинов, однако получили титулы благородных и надёжную охрану. Нэйтааримы были важны для нас, а нэйтааримы-маги — особенно.

Я собрал книги в стопку, убрал мел и, подхватив подаренную корзину, вышел наружу. Возница дождался, пока я устроюсь в карете, и тронул лошадей, щёлкнув поводьями. Колёса медленно закрутились, унося нас по мощёной дороге.

Слуг сегодня словно было больше, чем обычно: они сновали по двору, шуршали мётлами, натирали до блеска каждый уголок дома. Воздух наполнял аромат свежей выпечки и цветов, а встречные лица светились какой-то особенной торжественностью. Не успел я дойти до двери, как услышал радостные крики:

— Папа! Папа-а-а!

Два маленьких вихря выбежали из сада и понеслись ко мне со всех ног. Я бросил корзину к ногам, широко раскинул руки и подхватил детей.

— Вот вы где, мои сорванцы! — рассмеялся я, кружа их.

Они росли не по дням, а по часам. Казалось, ещё вчера Торн и Эмвен были крохотными свёртками, умещавшимися на моей ладони, а сегодня — неугомонные непоседы, требующие постоянного внимания и любви. Оба они, как и ожидалось, родились магами, однако Нэйтаар обошёл их стороной.

— А где мама? — спросил я, опуская их на землю.

— Они с бабушкой в большом зале! — воскликнула Эмвен, подпрыгивая. — Она не разрешает нам туда ходить!

— Тогда не будем им мешать.

— Пап, поиграешь с нами? — спросил Торн и сделал вид, что машет невидимым мечом.

— Папа хочет немного отдохнуть.

— Ну па-а-ап!

— Ладно, — вздохнул я. — Сначала поем, а потом поиграем.

Дети обменялись заговорщицкими взглядами и, хихикая, умчались в сад, оставляя за собой только эхо звонких голосов.

— Брат.

Я повернулся на голос. На крыльце стоял Лэвалт-младший, наблюдая за происходящим с отстранённым видом.

— Почему ты не с ними? — спросил я, подходя к нему.

— Они слишком громкие, — ответил он.

Лэвалт отличался от других детей. Хотя он был старше Торна всего на несколько месяцев, между ними пролегала целая пропасть. В свои годы он обладал пугающей сосредоточенностью и умом, который не свойственен даже многим взрослым. Там, где обычные мальчишки его возраста с восторгом хватались бы за игрушечное ружьё, изображая героев, Лэвалт разбирал настоящее, изучая принцип работы спускового механизма, траекторию полёта пули и свойства пороха.

Лэвалт внимательно посмотрел на меня своими серьёзными глазами:

— Брат, ты сегодня задержался.

Я улыбнулся, наблюдая за тем, как он складывает руки на груди в такой взрослой манере. Мать родила Лэвалта уже после смерти отца, и я всегда старался восполнить эту пустоту в его жизни — относился к нему как к собственному сыну, заботился, учил всему, что знал сам. Возможно, именно поэтому он упорно называл меня только «братом» и никак иначе, словно проводил невидимую черту между нами. Разница в возрасте между нами была велика, и я не сразу привык к мысли, что к Лэвалту нужно относиться не как к сыну, а как к младшему товарищу.

— Пойдём в дом, посмотрим, что готовят слуги.

Двор постепенно наполнялся гостями. Первыми появились Сарзон с Мивой: он в идеально сидящем камзоле с гербовыми нашивками, она — в изящном платье морского цвета. Глядя на Сарзона, я не мог сдержать улыбки: как и обещал когда-то, я добился для него дворянского титула. Теперь он не был моим слугой, но стал правой рукой.

Вскоре приехал Вайнор со своей женой из Мюра. Их дочурка, похожая на куклу с фарфоровой кожей и кудрявыми локонами, застенчиво прятала лицо в складках материнского платья. Один за другим начали съезжаться родственники Азары: шумные, жизнерадостные, с охапками подарков и россыпью поздравлений.

И наконец во двор заехал тот, кого я с нетерпением ждал. Дверца кареты открылась, и на землю ступил Ингвар. Тот же прямой стан, те же проницательные глаза.

— Мастер! — заулыбался я, идя навстречу.

— Эйдан, — отозвался он, заключая меня в объятия, пахнущие знакомыми травами. — Рад тебя видеть.

— Как добрались? — спросил я.

— С ветерком, — усмехнулся он. — На границе, правда, самую малость помурыжили — всё хотели убедиться, что это действительно я.

— Даже с приглашением всех тщательно проверяют, — развёл руками я.

— Ничего страшного, — махнул он и огляделся: — Интересно тут у вас…

— Вы совершенно не изменились, мастер Ингвар, — улыбнулся я. — Кажется, даже помолодели. Придумали какое-то новое зелье?

Ингвар рассмеялся:

— Буду считать, что это не лесть.

— Я так рад, что вы приехали, — сказал я и указал на дом: — Проходите, Азара будет счастлива вас видеть.

Праздновать начали ещё до наступления вечера. Длинный стол ломился от угощений: дымились ароматные блюда, переливались винные графины, высились горки фруктов. Звенел смех, пересекались разговоры, звучали тосты.

Азара, сидевшая рядом, неожиданно наклонилась и прошептала:

— Жаль, не все смогли приехать.

— Цедас пообещал навестить нас в конце осени. Говорит, к нему присоединится и Шаян.

— А как твой приятель Рони? — спросила она, отпивая из бокала.

— У него служба, — вздохнул я. — При первой возможности приедет в гости.

Звон столовых приборов внезапно прервался, когда Вайнор поднялся со своего места, привлекая внимание гостей.

— Минуточку внимания. — Его голос разнёсся над столом, и разговоры совсем стихли. — Не могу упустить возможность сказать несколько слов о нашем имениннике.

Вайнор повернулся ко мне, и в его глазах блеснули искорки веселья.

— Много добрых слов уже сказано, поэтому не буду повторяться. Хочу лишь отметить, что этот человек вдохнул новую жизнь в наше королевство. Без Эйдана сегодняшний мир был бы невозможен, и это не преувеличение.

— Спасибо, Вайнор, — тепло улыбнулся я.

— Выпьем за воина, за мужа, за отца, за друга! За Эйдана!

— За Эйдана! — эхом отозвались гости, поднимая бокалы.