В астрал за монстрами! (СИ) - Харченко Сергей - Страница 19

Ещё час — и вечер подошёл к концу. Все начали расходиться, на прощанье ещё раз поздравив друг друга с окончанием учебного года.

Через пять минут змейка доставила нас в поместье за две ходки. И чёрт меня дёрнул пойти выгулять питомцев на новой территории. Я и забыл, что рядом Захарыч колдует на своей кухне над очередными шедеврами.

Слуга заметил меня и радостно замахал в ответ.

— Сергей! У меня получилось! — закричал он. — Можно тебя на секундочку?

Я тяжело вздохнул, затем поймал раздражённый взгляд Акулыча.

— Даже меня он достал своими дегустациями, — прошипел акулоид. — Ну сколько можно? Хотел же в бассейне поплавать.

— Так иди, я сам пойду пробовать пирог, — ответил я.

— А вот уж нет, лучше побуду рядом, — настороженно сказал Акулыч. — Мало ли что у этого чудо-повара на уме? У меня нюх отточен, я сразу почую неладное, если Захарыч опять накосячил.

— Ну пойдём тогда, — засмеялся я и повернулся в сторону слуги, который уже стоял перед нами.

— Приглашаю на дегустацию, — выпалил Захарыч. — На этот раз всё… Я не перепутал, и всё отлично должно быть.

— Ты уже пробовал пирог? — подозрительно покосился на него Акулыч.

— Да он только что остыл, — затараторил слуга. — Я даже разрезал его на куски. Там такой аромат — зашатаешься. Уверен, вы съедите весь пирог. Такое впервые замечаю за последние недели.

— Ну веди давай, и хватит тарахтеть, — улыбнулся я. — Хватит слов.

Мы оказались за тем же столиком столовой, куски пирога уже лежали перед нами.

— Как и в прошлый раз, Захарыч, — показал я на блюдо. — Ты первый.

Слуга побледнел, явно вспомнил прошлую дегустацию, после которой у него неожиданным образом склеился рот.

— М-м-м-м, — слуга откусил и принялся с аппетитом жевать. Да так, что у меня в животе заурчало.

— Вроде всё нормально, — присмотрелся к Захарычу акулоид. — Ты как — нормально себя чувствуешь? Не тошнит, не знобит? Ничего не отрастает?

— Да всё отлично! — воскликнул Захарыч и протянул мне кусок пирога. — Держи, это и правда вкусно!

Я откусил и начал жевать. Да, очень вкусный пирог. Затем я откусил ещё раз, и ещё. Прямо как в ресторане «Горного источника». Хочется есть и есть, не останавливаясь.

Я сам не заметил, как съел приличный кусок пирога и взял следующий.

— И ты попробуй! — Захарыч протянул кусок пирога Акулычу.

— Да зачем мне это? Не употребляю я такое! — возмущённо воскликнул акулоид.

— Ну как знаешь, — хмыкнул Захарыч, хватая очередной кусок. — Больше нам достанется.

— Да что же там такое, что вы так налетели на него⁈ — не выдержал Акулыч и чуть-чуть откусил ближайший к нему кусок пирога. Потом немного посмаковал вкус.

Я был в шоке, перестав жевать. Ни фига себе! Акулыч ест пирог! С печёной рыбой!

— Акулыч, ты ли это? — удивился я, наблюдая, как акулоид запихивает в себя цельный кусок.

— Да я фам в фоке. Уваф просто, — с набитым ртом ответил Акулыч и запихнул в себя ещё одну порцию.

Захарыч радостно засмеялся.

— Ну вот, а вы не хотели идти, — сказал он. — Я же говорил — шедевр.

— Мне спасибо скажи, — отозвался я. — А то кто-то недавно мычал и говорить не мог.

— А вот за это огромнейшее спасибо, Серёга, — благодарно посмотрел на меня Захарыч и вдруг резко обернулся.

Окно было приоткрыто, и через него протиснулся Рэмбо, держа в клюве… мухомор⁈

— Ах ты ж пакостник! Стащил один из мухоморов! — слуга побежал в сторону кладовой, и оттуда раздался его голос. — Ну да… Скотина! Стащил гриб. И как же я их забыл убрать с глаз долой⁈

Захарыч в своём репертуаре, конечно. Хотя от Рэмбо я такого не ожидал. Не знал, что он любит грибы. Или его привлёк исключительно мухомор?

— Надеюсь, что с ним ничего страшного не случится, — сказал я.

— А вот это сказать сложно, — вздохнул Захарыч. — Я не знаю, что будет с ним после употребления целого гриба. Это ж макродозинг какой-то получается.

Я быстро нашёл Рэмбо. Этот шалопай умудрился слопать гриб целиком и теперь, когда мы вышли из столовой, бежал к нам на лапах, явно забывая, что умеет летать.

Глаза у него были выпучены, он выкрикивал какие-то непонятные слова.

— Рэмбо, злодей, ты что наделал⁈ — выкрикнул я, пытаясь его поймать, но попугай вывернулся и побежал в сторону бассейна.

— ПОМОГИТЕ, СУДАР-РИ! — выпалил он первую понятную фразу, продолжая бежать.

— Ты чего? — я вновь догнал его, уже не стараясь приблизиться.

Попугай замер на краю бассейна, диким взглядом посматривая в глубину стриженых кустов.

— Я вижу тр-рёх пор-росят, — проблеял он. — Они гонятся за Р-рэмбо!

— Хах! Ты серьёзно? Как зовут поросят твоих? — хохотнул Акулыч.

— Не помню. Хотя нет… Помню! — вскрикнул он. — Нах-нах, Нюх-нюх и Пох-пох! Они хотят сожр-рать Р-рэмбо!

Я не выдержал и захохотал. Вот это мухоморчики! Вспомнил, как Рэмбо частенько сидел рядом, когда пышка читала мне сказки на ночь. Вот про трёх поросят у него и отложилось в памяти. Только их, конечно, по-другому звали, и они скорее были жертвами, нежели кровавыми убийцами.

— Твой попугай явно под действием мухомора, — заключил проницательный Захарыч.

— Да серьёзно⁈ — вскрикнул я, отчего Рэмбо дёрнулся и упал в бассейн.

Акулыч нырнул следом и вытащил дрожащую мокрую тушку.

— Где эти твар-ри? — начал озираться Рэмбо.

— Я прогнал их, дружище, — успокоил его Акулыч. — У меня есть полотенце, сейчас вытру тебя.

Акулыч направился с испуганно озирающимся попугаем к небольшой пристройке к дому, укутал Рэмбо в полотенце.

— Теперь понятно, почему всем нравятся твои пироги, — хмыкнул я, обращаясь к смущённому слуге.

— А вот и ни фига, — ответил Захарыч. — Мухомор придаёт лишь вкус, не надо наговаривать на мой шедевр!

— Рэмбо чем тебе не доказательство? — показал я на попугая, который продолжал бурчать что-то нечленораздельное.

— Серёга, да представь! — принялся защищаться слуга. — Я щепотку порошка после обработки кидаю в пузырёк. Всего щепотку. И оттуда всего три-четыре капли идёт на один большой пирог. А этот шалопай целый мухомор сожрал!

Рэмбо всё-таки вырвался и побежал, на этот раз в сторону озера.

— Догнать его, шеф? — посмотрел на меня Акулыч, ожидая приказа.

— Пусть бежит, — отмахнулся я. — Ничего с ним не случится. Кузя уже рядом с ним, — махнул я в сторону бронированной горы, которая бежала бок о бок с Рэмбо, подбадривая его.

— Может, так быстрей оклемается после бега, — предположил Захарыч.

Но он ошибался.

Рэмбо умудрился прыгнуть в озеро.

— Во даёт! — восхищённо воскликнул Акулыч, наблюдая, как попугай уже доплыл до противоположного берега и повернул обратно, мощно работая своими крыльями словно вёслами.

— Я чувствую жажду — жажду скорости! — изрёк Кузьма, наблюдая за Рэмбо.

— Ох, твой попугай плывёт в сторону моей лодки, — схватился за голову Захарыч. — О нет! У него же клюв! Он проткнёт её!

Рэмбо возвращался очень быстро и действительно плыл в сторону надувной лодки Захарыча, которую тот причалил к берегу неподалёку.

«РЭМБО, ПОВОРАЧИВАЙ КО МНЕ!» — приказал я, но очередная команда пролетела мимо ушей птицы.

Да как же тебя остановить? Я не хотел бы, чтоб Захарыча хватил инфаркт. Да и непонятно, что случится с попугаем. Рэмбо так разогнался, что пробьёт лодку, и та лопнет. А потом питомец врежется в причал. Сотрясение мозга ему обеспечено.

Не хватало, чтобы он из-за какого-то дурацкого мухомора угробил своё здоровье!

Но затем я понял, что надо делать. Я встретил Рэмбо у лодки, и когда он был рядом, вскрикнул хрюкающим голосом:

— Нюх-нюх уже здесь, птичка! Сюда, быстро!

Рэмбо резко поменял направление и выплыл на берег рядом с Акулычем, затем принялся жадно пить воду из озера. В итоге попугай дополз до ближайших кустов и уснул на боку, громко захрапев.

— Ну вот, угомонился, — улыбнулся я, и Захарыч выдохнул.

— Спасибо тебе, Серёга, — сказал слуга дрожащим голоском. — Я что-то тоже перенервничал. Пойду в столовую, поготовлю немного.