В астрал за монстрами! (СИ) - Харченко Сергей - Страница 17

— Почему не получилось? — спросил я, заметив, как лицо старика бледнеет.

— Мне не дали этого сделать, — нервно сглотнул Клим. — Я встретился с тёмными стражами.

— Вот это новости, — удивился я. — И как ты выжил?

— Они не хотели нападать, — ответил Клим. — Сначала я поговорил с двумя из них. Ими оказались мой бывший учитель и соратник, Квалор и Эстерион. Возможно, поэтому я и выжил, что они не дали третьему меня убить.

— А кто третий? — спросил я.

— Азерус, как он себя назвал, — вздохнул Клим. — Мы очень напряжённо поговорили, и он объяснил, что хочет тебе отомстить. Ты убил тёмного.

Значит, это всё из-за убийства Шувалова. Неожиданная новость. Но что мне оставалось делать? Стоять и смотреть, как это отродье превращается в тёмного мага и стирает с лица земли половину Империи?

— Надо было взять меня с собой, — процедил я. — И разговор получился бы интересней.

— Да ты совсем спятил! — воскликнул старик. — Стражи тебя в порошок бы стёрли, заговори ты с ними с позиции силы. Даже и не заметили бы. Радуйся, что они пока ограничены в возможностях, и мы можем отстоять астральные врата.

— Ты меня недооцениваешь, Клим, — оскалился я, но старика сложно было переубедить.

— Я знаю, что говорю, — у Клима нервно дёрнулось веко. — У стражей нет души. Они беспощадны, очень сильны и мстительны. И если двое из них понимают, что чревато нарушать равновесие между светом и тьмой, то третий жаждет мести. Он хочет твою голову и головы твоих питомцев. А ради этого он готов превратить Империю в Хаос.

Я печально улыбнулся, вспоминая прошлую жизнь. Сколько смельчаков говорили то же самое в приступах ярости. И ни одного из них уже нет в живых.

— Ничего у него не получится, — мрачно ответил я, затем удивлённо спросил у Клима: — Так почему же его не остановят остальные стражи?

— Они не могут перечить мнению старшего, насколько мне объяснили Квалор и Эстерион, — опустил взгляд старик. — Азерус унаследовал этот титул совсем недавно, и тут только один вариант — убить его.

— Ну вот и пусть займутся, — произнёс я, когда мы подошли к одному из гостевых домов.

— Они не имеют права вмешиваться в судьбу старшего стража, иначе Великая Тьма поглотит их, обрекая на вечные муки, — развёл руками Клим. — Патовая ситуация.

— Тогда мы сами это исправим, — хмыкнул я.

— Ни в коем случае не рвись в битву с Азерусом. Ты даже не представляешь, насколько он силён, — напряжённо сказал старик. — Затащит в свой мир и разорвёт тебя с питомцами за доли секунды.

— Ладно, расслабься, — положил я руку на плечо старика. — Я всегда привык сначала обдумывать свои действия.

Клим действительно успокоился. А я задумался. Конечно, я останусь при своём мнении. Старик не знает всех моих способностей и тем более не видел, насколько стали мощными питомцы и Акулыч. Он, возможно, и не справится с этим Азерусом. Но у меня есть все шансы одолеть его.

Я заметил, как старик хочет ещё что-то сказать, затем он всё-таки выдавил:

— Мне пока нельзя возвращаться в своё жильё. Возможно, там небезопасно. Поэтому если у тебя есть возможность приютить… на время, конечно… Заодно буду рядом, если на тебя кто-то нападёт из приспешников Азеруса.

— Поэтому мы и подошли к гостевому дому, — улыбнулся я. — Как раз хотел тебе предложить пожить у меня, пока не справимся с угрозой.

Что старику угрожает в этом мире, я выясню обязательно. Адрес уже знаю, поэтому ничего не сто́ит разведать обстановку. К тому же надо бы поговорить с Иннокентием Павловичем. Он точно должен что-то знать о тёмных стражах.

А вот то, что меня не нужно защищать, я был уверен. Но если так старику спокойнее, пусть будет рядом. Кто ещё кого защитит!

Клим благодарно посмотрел на меня и отправился в дом. Ну а я понял, что обеда было недостаточно, и решил, что сейчас как раз самое время для полдника.

Поместье Кутузовых, за час до этого.

— Ты скоро? Уже обедаем, — услышал он голос Михаила и вздрогнул, успевая накрыть журналом несколько крохотных пузырьков.

— Да, Миша, я скоро подойду, — ответил Сатоши. — Осталось дочитать статью интересную.

— Давай шустрей, — добавил его родственник и вышел из комнаты.

Сатоши аккуратно убрал журнал. Ничего не разлилось и не рассыпалось. Осталось совсем немного. Те снадобья, которые он привёз из Японии, ему пригодились раньше, чем он думал.

Да и ладно. Главное, что этого хватит, чтобы воздействовать на звуколова. Как раз на выпускном это и произойдёт. А Сатоши это увидит во время парада на площади, своими глазами. Ведь он в числе приглашённых родственников будет находиться как на торжественной части, так и в толпе во время парада.

Как только кто-нибудь пострадает, Сатоши выступит с обвинительной речью, и позор Смирнову обеспечен. Главное, что у зелья, которое он почти сделал, отложенный эффект. И действовать оно начнёт, когда прогремят первые залпы фейерверка.

— Так, вот ещё сюда… — пробормотал под нос Сатоши, аккуратно смешивая два магических раствора и добавляя щепотку красной пыли. Затем подумал и добавил ещё щепотку. Звуколов большой, и концентрация зелья должна быть сильнее.

Когда дело было сделано, Сатоши убрал следы своей деятельности, сдувая со стола несколько красных и синих пылинок, затем убрал пузырьки в коробочку.

С отличным настроением он отправился к дому, чувствуя вкусный аромат мясного блюда.

Элитная школа, выпускной восьмого класса, два дня спустя.

На выпускной все собрались в большом зале. Более тридцати выпускников, нарядные и счастливые, предвкушающие летние каникулы, собрались перед сценой, где выступал директор школы. Справа и слева находились приглашённые гости — родители, родственники учеников. Среди них я и заметил Сатоши. Он периодически поглядывал в мою сторону, и эти взгляды мне очень не нравились.

Хотя я понимал, что японец затеял нечто интересное. Змейка видела, как он что-то готовил в беседке. Понятно, что уже скоро что-то должно произойти.

— До меня дошли слухи, что ты встречаешься с Ульяной, — услышал я напряжённый голос Юленьки.

— Да с чего ты взяла? — вмешался Мишка.

— Не лезь, пожалуйста, мы с Серёгой разговариваем, — заткнула его бестия.

— Ну да, встречаюсь, — встретился я со взглядом Юленьки.

Мы уже не дети, я свой выбор сделал, и как бы Юле не хотелось — ей придется это принять.

— Да я просто спросила, — скривилась Юленька.

Её взгляд стал немного грустным. Но я прекрасно понимал, что если начну встречаться с ней — ничего хорошего из этого не выйдет. Она — моя подруга, и я не испытываю к ней романтических чувств.

— Юль, мы уже взрослые люди, чтобы понимать, как устроен этот мир. На мне свет клином не сошёлся.

— Знаю, — она печально улыбнулась. — Моя страсть — это сражения, и в этом мы похожи.

А если бы между нами зародилось что-то большее… мы скорее бы поубивали друг друга, чем построили бы полноценную семью.

Я обнял её, по-дружески.

— Ты моя лучшая подруга, — ответил я. — Что сразу загрустила?

— Правда лучшая? — на лице Юленьки появился лёгкий румянец.

— Лучшая из лучших, — ответил я.

— Я рада это слышать, — просияла бестия и затем повернулась к Мишке. — А ты вмешаешься ещё раз — получишь щелбан.

— А потом мы обнимемся и подружимся, — ответил Мишка.

— А потом ещё молотом, — многообещающе взглянула на друга Юленька. — Только протяни ко мне свои ручонки.

— Ну вот, опять вы ругаетесь, — вздохнул я. — Может, всё-таки хватит?

— Да мы же любя, — оскалилась Юленька. — По-дружески.

— Молотом будет больно, — вздохнул Мишка.

— Зато послужит хорошим уроком, — ответила Юленька.

Вечер продолжился выступлениями учителей. Затем выдали грамоты ученикам, которые отличились на протяжении всех восьми лет обучения. Я вышел на сцену под аплодисменты зала, пожал руку директору, затем нескольким учителям, и спустился в зал.