Ткач Кошмаров. Книга 3 (СИ) - Розин Юрий - Страница 49

Кабинет Йораниана, куда он раньше меня никогда не пускал, оказался небольшим, но роскошным. Стены, обитые темно-синим бархатом с вышитыми золотыми нитями геральдическими львами поглощали свет. Высокие окна в свинцовых переплетах пропускали косые лучи заходящего солнца, которые падали на массивный дубовый стол. В воздухе витал терпкий аромат каких-то орехов, смешанный с запахом старого дерева и высцетшей кости.

Йораниан стоял у центрального окна. Когда я вошел, он не обернулся, но его плечи слегка напряглись.

— Проходи, Лейран иль Регул, — его голос напоминал скрип старых доспехов.

Медленно я подъехалЯ почувствовал, как Ананси шевельнулся у меня за воротником, его тонкие лапки слегка пощекотали кожу. Медленно, я подъехал к его столу.

Йораниан наконец повернулся.

— Ну что, «Белый Паук», — он растянул мой новый титул, будто пробуя его на вкус. — Понравилось тебе наше маленькое представление?

Я позволил себе расслабиться в кресле, положив руки на резные подлокотники.

— Если бы я знал, что получу ТАКОЙ титул, возможно, готовился бы усерднее, — ответил я, следя за его реакцией.

Йораниан громко хмыкнул и тяжело опустился в свое кресло.

— Ты видел, что там творилось? — он наклонился вперед, его кольчатые пальцы сложились в замок. — Каждый из этих улыбающихся гиен думал, как бы урвать кусок пожирнее.

Он явно говорил не об их секретном разговоре во время моей отключки, но подсознательно я подстраивал его вопросы именно под эту тему, а потому мне стоило больших усилий отвечать так, чтобы он не понял, что я все слышал.

— Достаточно видел, — ответил я, стараясь сохранить голос ровным. — Все хотят отхватить от меня и моих исследований свой кусок.

Йораниан внезапно громко рассмеялся, его смех напоминал лай старого боевого пса.

— Ты даже не представляешь! — ну, как бы представляю, но ладно. Его лицо снова стало серьезным. — Опишу тебе вкратце ситуацию. Корона хочет твои исследования. Все одиннадцать кланов — тоже. Мы выторговали время, но… — он сделал паузу, — ты понимаешь, что у тебя нет выбора?

Я медленно провел пальцем по резному узору на подлокотнике, ощущая, как дерево поддается моему прикосновению.

— Понимаю, — ответил я. — Но, старейшина, позвольте задать вопрос. Почему вы так уверены, что я просто сдамся?

Йораниан откинулся на спинку кресла, его глаза сузились.

— Потому что ты не дурак, — сказал он просто. — Противостоять главной ветви собственного клана, которой репутация не позволит что-то тебе сделать публично — это одно. Но сопротивляться воле короны просто из личной прихоти — совсем другое.

— Ваша правда, — кивнул я. Даже с учетом всего недовольства, что я испытывал по поводу того, что мои исследования просто продали, тем более что это сделали в моем присутствии, пока я спал, будто мной самим торговали, как помидорами на базаре, я не мог не понимать, насколько серьезная игра началась.

Вот только противостоять авторитетам можно разными способами. Можно открыто, а можно…

— У меня есть одна идея, — начал я, выпрямляясь в кресле. — Мы можем подправить данные, которые им передадим. Внести в ритуал… небольшую модификацию.

Йораниан нахмурился, его брови почти сомкнулись над переносицей.

— Какую именно? — спросил он, и в его голосе появились стальные нотки.

— Блокировку перехода в Сдвиг Тверди, — ответил я. — Как вы знаете, если проводник создается для человека, не владеющего Потоком, то и он сам будет «пустышкой». А если у хозяина есть определенный уровень, то проводник автоматически подтянется до уровня хозяина. Но у меня есть идея, как внести в проводников на моменте создания изъян, препятствующий формированию Ледника, как в случае постепенного достижения сферы Сдвига Тверди, так и в том случае, если проводника получает уже находящийся в этой сфере человек. Таким образом, даже предоставив остальным материалы наших исследований, настоящие, не фальшивки, мы сможем обеспечить себе в будущем преимущество в гонке разработок проводников.

Йораниан замер, его глаза пристально изучали мое лицо. В комнате повисла тишина, нарушаемая только треском дров в камине.

— Умно, — наконец произнес он, и в его голосе я уловил нотки одобрения. — Чертовски умно. Но… — он резко встал, — не обнаружится ли подлог?

— Если все будет так, как я думаю, то заметить ошибку сможет человек, одновременно обладающий проводником и очень высоким уровнем понимания теории их создания. С учетом того, что я знаю об исследователях, они очень вряд ли начнут экспериментировать сразу на себе. К тому же у нас самих ведь до сих пор нет ни одного проводника уровня Сдвига Тверди, так что, если нас в чем-то обвинят, то мы сможем сказать, что ничего не знали о проблеме или что сами не знаем, как с этим справиться.

— С каждой секундой это звучит все лучше, — ухмыльнулся Йораниан. — И у тебя уже есть схема этого ошибочного ритуала?

— Нет, — я покачал головой. — Пока что это лишь теория, которую, хотя я знаю, что она будет работать, надо воплотить в жизнь.

— И сколько тебе понадобится времени?

— Четыре, возможно пять месяцев.

— Я даю тебе два, — отрезал великий старейшина, — а также полный доступ к любым материалам и аппаратам лабораторий Львиного Дворца.

Я прикинул в уме. Не хотелось соглашаться на такие сжатые сроки, но я понимал, что Йораниан тоже не по прихоти меня торопит.

— Если я перееду сюда и заброшу на время все остальные дела в центре… хорошо. Я перепроверю формулы, подготовлю чертежи, создам несколько контрольных образцов. Но за такую услугу я жду ответной.

— Назови свои условия, — произнес Йораниан.

— Пока не могу, — покачал я головой. — Но обещаю, что это не будет что-то невозможное.

Старейшина задумался почти на минуту, прежде чем кивнуть.

— Договорились. И не подведи, Белый Паук, — произнес он. — А теперь иди. У тебя есть два месяца… и много работы.

Я кивнул и развернулся к выходу.

###

Гулкий стук массивной дубовой двери отозвался эхом в просторной лаборатории, когда я заперся изнутри. Воздух здесь был насыщен запахом озона и металла. По стенам, выложенным полированным черным базальтом с прожилками серебра, пробегали голубоватые разряды энергии от работающих приборов.

Я провел ладонью по холодной поверхности центрального рабочего стола из темного дуба, ощущая под пальцами следы десятков экспериментов. Стол был завален хрустальными сосудами, где переливались разноцветные жидкости, стопками пергаментов с чертежами и десятками кристаллов-носителей разной степени чистоты.

— Два месяца, — пробормотал я, снимая с плеча Ана. Белый паук размером с небольшую кошку взобрался на стол и, развернувшись, посмотрел в мои глаза своими восьмью. — Нам нужно сделать невозможное, друг.

Дни сливались в бесконечную череду экспериментов. Я спал урывками на узкой кушетке в углу лаборатории, просыпаясь от каждого нового озарения. Еду — обычно холодное мясо, черный хлеб и крепкий травяной чай — приносили молчаливые слуги, оставляя поднос у двери.

Загвоздка была в том, что я обманул Йораниана. Я знал, что ради получения преимущества над Спика и другими кланами совет пойдет на все и ожидал, что он предложит использовать лаборатории Львиного Дворца. А потому уже сразу запланировал, что буду не только исследовать способ заложения дефекта в ритуал создания проводников, но и разрабатывать одну идею, приедшую мне в голову после того, как я испытал на себе пресс энергии Розовой Бабочки. Способ повторного укрепления нашей с Ананси связи при переходе в сферу Сдвига Тверди.

На двадцать седьмой день произошел первый прорыв. Я обнаружил, что можно внести определенные изменения в структуру используемого в ритуале реагента — особым образом затянутого корня дикой ивы.

На первый, второй и даже третий взгляд это выглядело как повышение стабильности ритуала и облегчение последствий для проходящего его человека. И только понимая назначение всех ингредиентов и обладая собственным проводником, можно было почувствовать дисгармоничный резонанс, появляющийся между аспектом заавува и измененным корнем.