Моров. Том 9 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 7

Смерть короля и его наследника, похоже, не вызывала у местного населения особых переживаний. А мне и вовсе была на руку. Потому как пока временное правительство будет бодаться за власть, я смогу закончить с тем, чем занимаюсь.

И поскорее вернуться домой. Туда, где меня любят и ждут.

Глава 4

Кажется, когда я закончу с этой чертовой страной, на всю жизнь получу ненависть к дождю.

Проклятый остров постоянно заливало. И если в цивилизации это еще не ощущалось, то стоило забраться куда-то вглубь страны, посетить чью-то территорию за пределами забора, как начинался настоящий ад.

Разумеется, я не мог простыть или промокнуть, однако стоять в грязной луже по колено или приземлиться в такую после стремительного полета — сомнительное удовольствие. Ко всему прочему это еще и заметно демаскировало.

Так что я решил взять небольшой перерыв. Усталость, несмотря ни на какую магию, все-таки накапливалась. А потому, сняв номер в гостинице, я с удовольствием забрался в горячую ванну и первые полчаса просто лежал, откинув голову на бортик.

Телефон, лежащий на полочке рядом, завибрировал. Взяв аппарат в руку, я посмотрел на имя контакта и вздохнул, прежде чем ответить.

— Слушаю, Антонина Владиславовна.

— Иван Владимирович, — заговорила Жданова, — я изучила ваш вопрос. Герман Мстиславович с Венедиктом Кирилловичем тоже подключились. Сейчас идут проверки по всем людям, имеющим допуск к вашим разработкам. Мы проводим допросы, но это займет какое-то время.

Ну, хотя бы работа началась, и то хлеб. А то я был бы крайне недоволен, если бы Служба Имперской Безопасности свалила все на самого Панфилова, оставив его разгребать последствия торговли нашими магическими технологиями.

Строго говоря, была бы в своем праве. У дворян очень много прав, которые защищают их от вмешательства этой государственной структуры. Но есть и обратная сторона монеты: Служба Имперской Безопасности вполне законно может бросить дворянина без помощи.

К счастью, сейчас речь шла о вопросе настолько важном, что никому бы в голову не пришло отмахнуться. Тем более что моя бывшая ученица прекрасно осознавала: если она не найдет доказательств и предателя, я обязательно позвоню императору напрямую. И вот тогда все, кто спустил дело на тормозах, рискуют не только карьерой, но и головой.

Потому что одно дело — обворовать дворянина, и совсем иное — подрывать обороноспособность Российской Империи. Собственно, именно поэтому, несмотря на то, что промышленный шпионаж не сфера интересов внутренней службы безопасности, Жданова не встретила никакого сопротивления, когда передала дело в нужный отдел.

— Спасибо за информацию, Антонина Владиславовна, — ответил я. — Надеюсь, вам удастся найти всех причастных к этому делу. Иначе, боюсь, искать придется мне, и это уже никому не понравится. Начиная с меня.

— Иван Владимирович, — кажется, она даже губы надула, произнося мое имя. — Я стараюсь наладить работу в Службе Имперской Безопасности уже больше года. И должна заметить, что мои действия приносят плоды.

— Нисколько не оспариваю вашей эффективности, — усмехнулся я. — Но ведь не только вы в следствии задействованы. Не переживайте, на самом деле, это был лишь вопрос времени, когда найдется человек, который сумеет продать наши разработки на сторону.

— Здесь я вынуждена согласиться, — вздохнула та. — Люди всегда найдут способ испортить жизнь себе и окружающим.

А ведь у нее был не один шанс, чтобы соскочить с этого поезда. Но нет, Антонина Владиславовна выбрала долг перед страной и теперь вынуждена копаться в этой грязи. И никуда от этого не денешься. А ведь преследовать собственных коллег должно быть еще противнее, чем посторонних.

— Так, я сказала все, что хотела, — произнесла Жданова. — Успехов вам, Иван Владимирович.

Прежде чем я успел что-либо ответить, начальник внутренней безопасности положила трубку. Я тоже отложил телефон и, вздохнув, принялся выбираться из ванны — вода уже все равно остыла.

Российская Империя, Москва, столичное дворянское собрание.

Герман Мстиславович отложил телефон на столик и, взяв в руки бокал с коньяком, откинулся на спинку мягкого дивана. Сидящий напротив Лермонтов посмотрел на главного поставщика артефактов и усмехнулся.

— Судя по всему, приятных новостей мало? — уточнил Сергей Юрьевич.

Панфилов поболтал бокалом в воздухе и сделал большой глоток, прежде чем ответить.

— Да как сказать, — произнес Герман Мстиславович. — Скорее, их, наоборот, слишком много. Помнишь Марка?

— Твой племянник из младшей семьи, — кивнул Лермонтов и тут же уточнил: — Это он, что ли?

— Не только он, Сережа, не только он, — вздохнул Панфилов, отставив бокал на столик слишком резко, отчего несколько капель упали на пиджак собеседника, и принялся потирать ладонями лицо. — Чего же им, тварям, не хватало, а? Я же все для рода делаю! Никому, черт возьми, палец о палец в жизни ударять не приходилось, и тут такое…

Лермонтов вытащил из нагрудного кармана платок и принялся тщательно вытирать им пиджак. Реакция старого друга была ожидаема. Любому было бы неприятно узнать о предательстве в собственной семье.

Да, Марк был только племянником и входил в младшую семью. Но ожидать предательства от тихого и спокойного мальчика, каким его помнил Сергей Юрьевич, было невозможно. Впрочем, предают всегда свои, у чужих такой возможности просто нет — их так близко никто не подпускает.

И при этом Лермонтов прекрасно понимал: среди клана Панфиловых бедных просто не было. Главный поставщик артефактов в силовые структуры Российской Империи зарабатывал столько, что мог купаться в золоте. Даже самая последняя младшая семья не знала нужды с тех пор, как Герман Мстиславович стал главой. Так чего этой молодежи еще надо?

— Что станешь делать? — сжимая платок в ладони, спросил Лермонтов. — Это же просто так не замять. Моров уже подключил Службу Имперской Безопасности. Его ученица ему обязательно доложит, кто предатель, а ты знаешь, какие меры предпочитает Иван Владимирович…

Герман Мстиславович покачал головой.

— Если бы он хотел лично в это дело влезать, уже был бы здесь, — ответил Панфилов. — Но я разберусь. Такой позор… Слить репутацию, которую я нарабатывал несколько десятилетий, и ради чего? Ради тридцати миллионов наличными⁈

Сергей Юрьевич сочувственно покачал головой и положил другу руку на плечо.

— Все образуется, — заверил Лермонтов. — Одна паршивая овца, конечно, портит все стадо. Но ты ведь знаешь, что остальные непричастны. А значит, есть довольно простой способ решить проблему. Офицерский.

Он положил перед Панфиловым маленький револьвер и поставил рядом один патрон.

— Оружие чистое, никто не подкопается, — понизив голос, сообщил Сергей Юрьевич. — И не смотри на меня так дико, твой партнер, кстати, также свою проблему с подрастающим поколением решил. И посмотри на Солнцевых сейчас?

Герман Мстиславович несколько секунд смотрел на Лермонтова, но все же отодвинул предложенное оружие в сторону.

— Благодарю, но я разберусь со всем правильно, — заявил он и поднялся с дивана.

Через час после его ухода Сергей Юрьевич увидел на экране телефона новостной заголовок.

'Марк Семенович Филов, двоюродный племянник главы рода Панфиловых, был арестован по обвинению в измене Родине. Служба Имперской Безопасности передала доказательства причастности Филова к передаче секретных военных разработок прошлому английскому послу графу Генри Фицхью.

Сам Герман Мстиславович Панфилов, глава рода и главный поставщик магических изделий в силовые структуры Российской Империи сообщил, что проведет пресс-конференцию в связи со случившимся завтра в час дня'

Великобритания, графство Норфолк, окрестности графского поместья. Иван Владимирович Моров.

Впервые за время охоты на членов ковена магов крови я оказался в совершенно спокойной обстановке. До самого особняка было еще несколько десятков метров, но я уже прекрасно видел, что внутри находится только один человек.