Моров. Том 9 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 5

— Моров слушает.

— Иван Владимирович, — прозвучал голос государя из трубки. — Я попрошу тебя прекратить твою охоту.

— Что случилось? — уточнил я, спокойно шагая по хорошей асфальтированной дороге.

— В Англии умерли и наследный принц, и король, — сообщил новость Виктор Константинович. — Сейчас собирается временное правительство, и оно слезно умоляло меня попросить тебя остановиться.

— Так и сказали, ваше императорское величество, по мнению англичан, должны просить меня? — хмыкнул я. — Что ж, вы можете с чистой совестью ответить, что выполнили их просьбу. Но на кону стоит безопасность моей семьи, а значит, я не могу останавливаться.

В этот раз я не стал выбрасывать телефон, а просто отключил его. Взмыв в небо, я устремился к следующей цели.

Глава 3

Кремль, рабочий кабинет государя.

— Господи, что это за твари такие?

Наследница престола рассматривала фотографии созданных в Англии чудовищ. Специалисты разобрали по кадрам видеозапись со скрытой камеры в пуговице князя Царьградского, так что несколько впечатляющих картинок сделать получилось.

— Некротические химеры, ваше императорское высочество, — со вздохом ответил Леонид Викторович Легостаев. — Подобные эксперименты проводятся примерно раз в полвека. То и дело находится какой-нибудь чародей, которому кажется, что уж он-то сумеет создать живое существо и прославится на все человечество.

Глава рода магов смерти нахмурил брови.

— Вот только никто так и не сумел преодолеть главную проблему. Отсутствие души, — пояснил он. — Но, в принципе, имея под рукой достаточно материала, любой некромант способен спаять из плоти и костей нечто подобное. Обычно внутри тела помещается зачарованная кость или орган, отвечающий за моторику созданного существа. Процесс это сложный, очень требовательный к навыкам чародея, но если порыться в хрониках, я нечто подобное найду как минимум за прошедшие два века.

Государь молчал, потягивая чай. В разговор Варвары Викторовны и Леонида Викторовича он встревать не собирался. Вся эта встреча вообще случилась исключительно ради того, чтобы будущая императрица увидела все своими глазами и задала правильные вопросы специалисту. А если она что-то упустит, то отец подскажет.

— Но Иван Владимирович сказал, была магия крови, — отложив очередную фотографию, напомнила наследница престола, после чего перевела взгляд на собеседника.

— И тут он прав, — кивнул Легостаев, демонстрируя схематичное изображение английского чудовища. — Вот, смотрите, вместо нормального зачарованного артефакта, мотора или мозга, как вам будет угодно, внутри этих химер располагалось обработанное магией крови сердце, которое подпитывалось от внешнего источника. Накопитель тоже был создан с помощью кровавых ритуалов. Собственно, эти два фактора доказывают, что толкового некроманта под рукой у графа Чешира как раз не имелось. Возможно, он наткнулся на какие-то обрывки, дневники или нечто похожее — идею уловил, но как ее правильно реализовать не догадался.

Варвара Викторовна вскинула голову, глядя на отца.

— А ты помнишь, что Моров уничтожил какой-то некромантский фолиант из древнего Китая? — спросила она.

— Помню, но его попадание в руки дворянства Российской Империи — чистая случайность, — махнул рукой Виктор Константинович. — Одни идиоты раскопали древний могильник, другие продали его содержимое на черном рынке. Третий идиот купил, чуть не угробил всех обитателей своего особняка. И только Моров сумел правильно распорядиться полученными знаниями — уничтожил их к чертовой бабушке.

Легостаев слегка кашлянул, привлекая внимание монарших особ к себе.

— Таких фолиантов за столетия могло скопиться достаточно, чтобы в каждой благородной семье было хотя бы чуть-чуть знаний о темных и запретных вещах, — произнес он. — Кроме того, нельзя забывать и о том, что у нас отсутствует законодательное регулирование опасных артефактов. Формально покупка и продажа товаров на черном рынке может быть наказана только в одном случае — уклонение от налогов. Но, насколько я знаю — а как глава рода магов смерти, я считаю себя достаточно осведомленным — все такие деятели находятся под надзором Службы Имперской Безопасности, а то и вовсе состоят в ней.

Император никак эти слова не прокомментировал, а вот его дочь уцепилась за главное.

— Нам нужно решить, какие знания запрещены к обладанию и распространению, а какие — нет, — тряхнув головой, высказалась она. — Только я пока что не представляю, как это сделать. Наши дворяне не обрадуются, если император прикажет им показать семейные архивы и предоставить Службе Имперской Безопасности возможность там покопаться.

— Будет бунт, — с самым серьезным видом подтвердил Леонид Викторович. — Кроме того, ваше императорское высочество, здесь показателен пример кровавого культа. Служба Имперской Безопасности вроде бы старательно все вычищала, но в итоге это привело лишь к тому, что в ведомстве понятия не имели, с чем имеют дело. А вот Моровы, которые копили знания, оказались чуть ли не единственной семьей, кто знает, как с магами крови бороться.

Государь кивнул, вновь сделав глоток чая. О таком законе он уже давно подумывал. Примерно с тех пор, как узнал о существовании Ивана Владимировича Морова, который с легкостью решал задачки, об которые Служба Имперской Безопасности зубы ломала.

Однако как ограничить своих магов и при этом не отстать от остального мира? Те же англичане в своих охотничьих домиках уже ставят эти кошмарные эксперименты. А поляки в это время разработали систему переноса сознания в новое тело. Что было у Российской Империи?

Страшно было осознавать — ничего.

Но страха не существует, когда за твоими плечами стоит огромная Империя. Жизнь каждого, пусть самого маленького человека, будущее страны с почти двухтысячелетней историей. Сотни народов, переплетенных общей судьбой, вставших под одним флагом.

И твой долг, как правителя, вести эту махину вперед, сохранить то, что собрали твои предки, и не растерять, чтобы передать следующему, кто, подобно атланту, взвалит на свои плечи небо русского мира.

— Поэтому нам нужно не ограничивать чародеев, заставляя их прятаться по подвалам и ставить эксперименты, не представляя ни последствий, ни опасности, — заговорил его императорское величество. — А выманить их всех на свет. Показать, что делиться знаниями — это благо и честь. Иван Владимирович Моров заложил чародейский университет, как только получил титул князя. Чем остальные хуже?

Он прервался, чтобы сделать еще один глоток чая.

— Впрочем, мы сейчас говорили не об этом. Леонид Викторович, каков твой прогноз: мы сможем бороться с такими монстрами, если они вылезут по всему миру? — сменил тему Виктор Константинович. — Нужно ли нам самим создавать их? В общем, я жду твоего экспертного мнения.

Легостаев вздохнул, потирая пальцем гладко выбритый подбородок.

— Безусловно, государь, твари сами по себе не слишком опасные, — начал он. — Собственно, если бы не зачарование на доспехе, надетом поверх химеры, его сиятельство рвал бы их голыми руками. Создавать таких чудовищ, пусть и магам смерти, без привлечения магов крови — сомнительное удовольствие. Без современной брони эти химеры требуют огромного количества усилий и времени, но толку? Резать и рвать мирных граждан они годятся, но без артефактов их любой полицейских наряд уничтожит. Экономической выгоды здесь совершенно никакой нет, разве что студентам практику проводить, чтобы понимали, как магия смерти работает. В остальном, государь, я здесь на стороне нашей церкви — за подобное надругательство над останками необходимо наказывать. Простите, ваше императорское высочество, но нужно быть конченой мразью, чтобы ставить это, — он ткнул пальцем в фотографию химеры, — на поток. Одно дело — немертвого поднять, в бою такое происходит регулярно, когда наши маги смерти призывают уже отдавших долг Родине солдат постоять за нее еще немного. И совсем иное дело — клепать армию монстров, которая даже на человека не похожа. Какими бы благородными ни были мотивы графа Чешира, но, на мой взгляд некроманта, он переступил черту.