Город, которого нет 2 (СИ) - Мантикор Артемис - Страница 11

Послышался стук колёс трамвая по старым линиям. Я увидел, как блеснули провода свежей вспышкой, а ржавые рельсы задрожали, будто по ним передвигалось что-то тяжёлое.

— Когда-то давно, — начала Анна, — когда пробуждённые ещё не освоили всех троллейбусных и трамвайных линий, нас было мало, и миром правили аномалии. В те времена один трамвай заблудился и потерялся на много лет. Говорят, иногда в ночь его можно встретить даже сейчас. Как одно из множества тайных Чудес города.

Из ниоткуда выскочил красно-жёлтый советский вагон со слегка облупившейся краской. Он с шумом подпрыгнул на кочке и со скрипом начал останавливаться на пустой остановке.

Анна вновь потянула меня за собой, а затем мы уже вместе побежали к вагону. Но транспорт терпеливо ждал своих единственных пассажиров.

Больше я никого внутри не увидел. На водительском сидении вроде было пусто, но сказать уверенно я не мог.

Мы вошли внутрь. Пассажиров не наблюдалось. Мы действительно были одни.

Анна решительно шагнула в сторону водителя.

Дверь к нему была открыта, будто приглашая войти.

— Полярис, есть чем заплатить за проезд?

В голосе девушки мне почудилась издёвка. Какой-то подвох в этой просьбе точно был, и стояло за этим нечто большее, чем кажется.

Водитель повернул лицо, изъеденное временем и рассмеялся беззубым ртом.

Двери во всём вагоне с неестественным шумом захлопнулись, и, звякнув, трамвай тронулся с места по мрачным улицам ночного Города.

Я обернулся назад и шокировано застыл.

Вагон больше не был пустым.

Несколько мест занимали покрытые паутиной скелеты в одежде. Пустые глазницы внимательно смотрели на меня под странный шум, будто где-то громко рассыпались кости.

Обернулся к Анне, но обнаружил, что её рядом больше нет.

Та-ак…

Не брать с собой оружие, говорите?

Я сильно разозлился на себя прежнего, что не потратил время и не настоял на том, чтобы взять с собой пару коктейлей и пистолет… ну или хотя бы верную палку.

— Подойди-ка сюда, добрый молодец, — произнёс жуткий водитель.

Свет в трамвае вдруг погас, вспыхнул вновь и опять погас — теперь уже надолго. Главным источником освещения стала приборная панель у водителя.

— Давай с тобой поступим так, паренёк. Задай мне такой вопрос, какой не задавал ещё никто за все те круги, что я странствую от первого дня основания Города.

— Вопрос?

Послышался писк и на потолке кабины захлопали крылья свисающих вниз летучих мышей.

Трамвай подпрыгнул на рельсах, так что я сам едва устоял, благодаря тому, что держался за поручень.

— Если задашь, отвезу тебя, куда скажешь. А если нет… будешь ездить с нами вечно.

В погасшем на пару секунд свете мигнули образы сидящих в трамвае покрытых паутиной скелетов. Одежда, кстати, тоже на них была не современная, а где-то тех времён, когда этот древний трамвай должен был сойти с заводского конвейера.

Вот же подстава!

Чёрт бы побрал эту дуру!

Пара заданных вопросов не стоят такой цены!

По щеке скатилась капля пота под стук бешено колотящегося сердца.

— У тебя три попытки, — с ехидцей проговорил водитель.

— С-сколько звёзд на небе?

В ответ послышался новый смех и шум тарахтящий костей.

Так, соберись! — сказал я себе.

Нужно мыслить оригинальнее. А ещё лучше — удариться в какой-нибудь треш.

— Сколько костей в теле собаки?

Снова смех.

— Двести девяносто две, студент, — усмехнулся водитель.

Я крепче схватился за поручень и попытался восстановить дыхание. Атмосфера действовала на мозги. Особенно после недавнего разговора с Мартой о том, что смерть может быть очень даже конечной…

— Последняя попытка, — улыбнулся старик беззубым ртом.

— Почему тараканы не живут в трамвайных поручнях?

Новой вспышки зловещего хохота не последовало.

Напротив, вагон погрузился в тишину, я слышал лишь стук металлических колёс по рельсам.

— Хм, ты знаешь, — нарушил паузу водитель, — такой вопрос мне действительно ещё никто не задавал. Так и быть, я отвезу тебя, куда тебе нужно. Называй место.

Трамвай снова с шумом чуть подпрыгнул, а свет моргнул и включился вновь.

Никакого склепа в вагоне больше не было. Лишь пустые сиденья в тёплом электрическом свете позднего трамвая, рассекающего ночную мглу города.

— На улицу Несбывшегося, — послышался равнодушный голос Анны, будто ничего только что не произошло.

— Ты где была?

Девушка пожала плечами.

— Что? Это не ответ!

— Выпала из поля твоего зрения. Так бывает, — ответила она и отвернулась. Затем шлепнулась на свободное сидение у окна.

Я присел рядом с ней.

— Теперь ещё раз. Какого хрена только что произошло?

— Туда не попасть иным способом, — нехотя сказала Аня. — Постановка невозможна без толики чуда, а герою для развития нужна опасность.

— А если бы я остался здесь ездить вечно?

— Значит, твоя история была бы не такой интересной, — парировала она.

— Ты издеваешься?

— Нисколько. Трагедия — часть жанрового разнообразия жизни.

Я посмотрел за окно в попытке понять, куда конкретно меня сейчас завозят. Знание города пока что оставляло желать лучшего. За окном угадывались темнеющие дома, но чувствовалась некая зловещая неестественность происходящего.

Фонари. Точно, на улицах не было фонарей, хотя по всему городу они активно горели, пусть и приглушались на ночь.

А затем я поймал себя на том, что и свет в домах не горит — вообще. Не поверю, что в городе нет полуночников, любящих скроллить анонимные форумы в три часа ночи.

Затем послышалось тарахтение колёс и скрежет.

Трамвай будто разгонялся до неестественных для общественного транспорта скоростей.

Я посмотрел в сторону водительского стекла и увидел, что мы… несёмся в белый туман. Прямо на нашем пути было облако, в котором обрывались блестящие под лунным светом рельсы.

Свет снова погас.

Отблески луны прочертили очертания окон.

А затем, звуки стихли.

Я прильнул к окну, пытаясь понять, что происходит снаружи.

Трамвай окружили облака. Слишком белые, будто они слабо подсвечивались изнутри. Я вспомнил, что подобное явление видел на границах Города.

Сердце забилось ещё чаще, когда я подумал, что мы выехали за его пределы.

Долгие десять секунд я видел под расступившимися клубами белого пара рядом с трамвайной линией зеркальную поверхность, которую принял за воду, но до конца в природе этого явления был не уверен.

Долгие десять секунд — время будто замедлилось.

А затем, как натянутая струна, бросилось бежать дальше — мы вынырнули из белого облака на улицу. Облака расступились и исчезли, будто их и не было. Трамвай начал замедляться. Впереди в свете фар показалась далёкая трамвайная остановка.

Скрип.

— Приехали, — сообщила Анна и направилась к выходу.

Девушка юркнула в раскрывшуюся дверь, и я прошёл следом за ней на остановку.

Водитель с насмешкой смотрел мне вслед.

Нужно сказать, место было явно не самым благополучным. Скамейка была проломана посередине. Крыша будто чем-то снесена напрочь. Вокруг — битое стекло. В домах — ни единого огонька света.

— Знал бы, что ты позовёшь в такое место, ты бы меня никакой наградой не заманила.

— Тебе не нравится девушка или место свидания? — улыбнулась Анна.

Впрочем, некое напряжение чувствовалось даже от неё.

— И то, и другое. В девушке должна быть изюминка, а не мешок сухофруктов.

— Бука, — коротко резюмировала она. — Дальше трамвайных путей нет.

— Да их и здесь давно не использовали, — сказал я, глядя на рельсы.

Я подсветил перед собой фонариком и увидел ржавые рельсы, через которые пробивался сухостой. Целый, будто только что здесь не промчался трамвай.

На это Анна ничего не ответила.

— Кстати, если что, за подставу с трамваем я тебя ещё не простил.

— На обиженных балконы падают. Здесь как раз аварийный район.