"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 125

— Бывают. Но, порошок есть, подельники показали, что он всё организовал и якобы угрозами заставил их заниматься этой мерзкой деятельностью и вообще во всём виноват он, а они — невинные овечки.

— Следствие им верит?

— Следователи, Ангелина Родионовна и Макар Андреевич ничему и никому в принципе не верят. Кстати, они даже меня допросили. Зато их устраивает, что все делают из Кремера организатора, это хорошая версия, как они сказали. Её легко доказать, ибо он директор и всем заведовал. А то, что ему мало было доходов от предприятия, так это просто алчность.

— Кремер отправляется на каторгу?

— Следствие продлится ещё минимум полгода. Ты же знаешь, какая там волокита.

— Знаю. Но он же под стражей, его не выпустили?

— Его? Заперли до приговора суда. Но ко мне пару раз его дружки приходили.

Я невольно напрягся. За дверью в обманчиво-расслабленных позах сидели всё те же личные телохранители, бывшие вояки, которых я нанял наспех. Нанять нанял, но для подстраховки, не рассчитывая, что Игорю понадобится физическая защита. Мой промах, без полной информации считать, что раз Кремера нет, то и проблем нет.

— Расслабься, — заметил мою реакцию он. — Поговорили мы с ними, ко мне претензий нет. Я же после его ареста пришёл и вообще не по этим делам. Намекали, чтобы я занялся тем же самым. Ответил им, что с учётом всего случившегося, они в край шибанулись, тем более, у меня во дворе два полицейских круглосуточно дежурят.

— Да, видел. Ты им специально такие комфортные условия создал?

— А что? Мужикам так и так тут торчать месяц-другой. Вообще-то из цеха всё подчистую вынесли, даже явно некриминальное, но мне всё равно. Пусть себе сидят, заодно забесплатно мой покой охраняют.

— Так те бандосы отвалили?

— Не отвалили, как ты изволил выразиться. Я же не ты. Не пугал, не расспрашивал, не доказывал. Порядки знаю, хожу под диаспорой, если они хотят продолжать разговор, то это к ним. Не сдал их, говорил вежливо, но твёрдо. В общем, с их точки зрения потерянное сырьё и убытки — это «косяк» Кремера, с него и будут требовать, тем более, что у него на воле осталось много имущества. Для меня главное, что я к этой истории касательства не имел.

— Мудро. А главный инженер и главбух, которых полиция и прокуратура отпустили?

— Следствие сказало, что не сняло с них подозрение, но арестовывать не стало. Я им по пару выходных дал. С каждым поговорил, сказал, что доверяю им.

Обдумал сказанное.

— То, что их не отправили под арест, важный показатель. Их ещё потаскают, но следствие их как фигурантов не рассматривает.

— Слово-то какое, фигурант. Как в театре.

— А по предприятию как дела?

— Инвентаризацию провожу, голова кругом. Кое-чего не хватает.

— Воруют?

— Ну, а как ты думал, конечно, понемногу тащат. Но, в разумных пределах. Пока что меня бояться, даже кое-что из инструментов незаметно вернули. Я придерживаюсь версии, что по происхождению монгол.

— Типа жестокий ордынец?

— Ага. Короче предприятие работает, на счетах было полно денег.

— Тогда что не так? Что тебя печалит?

— Видно, да?

— Заметно.

— Ну, слушай. Во-первых, кроме денег оказалось, что у нас много долгов. Кремер не любил платить и «кидал» людей при каждом удобном случае. Теперь эти кредиторы потянулись ко мне. Я, конечно, всё по два раза перепроверяю, прежде чем отдать, но суммы на счетах понемногу тают.

— Есть и, во-вторых?

— Есть. Тут такая ситуация странная. Один из трёх главных покупателей приобретает товар практически по себестоимости. Платят день в день, но по цене на тридцать-сорок процентов ниже остальных. Зачем такое было Кремеру?

— Ты, наверное, и сам догадываешься, что это кремеровская контора? — усмехнулся я.

— Предполагаю. Точно не могу узнать, компания из Оренбурга. Ты тоже считаешь, что он таким образом держал фабрику на нулях, а доходы аккумулировал на другой своей же организации?

— К гадалке не ходить. Классическая схема.

— Но ведь фабрика тоже его?

— Фабрика его только наполовину. И потом, фабрика под пристальным надзором фискальных органов, подлежит обязательному аудиту, отсюда не так легко вытягивать деньги, кроме как на зарплату себе любимому. Тут много глаз и ушей, не думаю, что он своими схемами с подчинёнными делился. Прибавь к этому то, что покупатель в чужой юрисдикции, сквозные проверки невозможны. То есть, там он может особо-то и налоги не платить, выводя доход от ценовой разницы.

— И что мне с теми покупателями делать? Твоё мнение?

— Идут на разговор?

— Нет. Созванивался, девчонка секретарь мычит в трубку, что директора на месте нет. А к вечеру очередная заявка на отгрузку прилетает.

— Расторгни договор к хренам.

— Штрафные санкции меня обанкротят. Там нет оговорки на свободное расторжение. Прописаны минимальные обязательные объёмы на ближайшие два года. И цена фиксированная. Я думал, может сдать их тем лихим парням? Они же деньги Кремера ищут, вот там его деньги и есть?

— Не-не-не, Девид Блейн. Бандиты перехватят ту контору, закатают в цемент липового учредителя, поставят своего директора и им понравится идея качать бабки из тебя. И ты вместо любителей, которых поставил Кремер и без его покровительства, получишь живых и голодных наркоторговцев. Оно тебе надо?

— Уууу… Почитай договор, ты же юрист!

— Давай. А ты пока напиши краткий отчёт для хана Батыя.

— Кого?

— Я имею в виду, кагана Юбы. Оговорился. Ты же вступил в должность, должен перед ним отчитаться, чтобы он чувствовал свою важность!

…

Я читал договор, несколько раз возвращаясь к предыдущим пунктам. В целом, там был один важный момент, Покупатель обязался выбирать нужные объёмы каждый месяц.

— Игорь Джан, а они в этом месяце объёмы выбрали?

— Нет, послезавтра придут грузовики-нефтевозы. Загрузятся и будет выбран плановый объём. Загрузки дважды в месяц.

— Железнодорожные цистерны?

— Нет, я же говорю, автомобильные нефтевозы. Вообще, фабрика изначально расположена неудачно, железнодорожного подъезда у нас нет, продавать можем только «на колёса», что автоматически исключает нам возможность поставок для армейских нужд. Там поставщик должен иметь доступ к «двойной нитке».

— Ты уже и это узнал?

— Да. Только толку с того? Железки нет, лишних объёмов под поставку нет.

— Ещё раз, послезавтра придёт транспорт покупателя, заберут солярку, так?

— Солярку и мазут, согласно заявке.

— А если они не приедут? Ты знаешь, что тебе договор даёт возможность расторгнуть договор при таким раскладе, ссылаясь на их нарушения? В таким случае неустойки не будет?

— Да, видел. Теоретически… Даже день просрочки даёт мне такое право. Но фабрика по своей воле творить беспредел не станет.

— Фабрика — нет, а вот один из твоих учредителей по собственной инициативе может такое учудить. Они идут со стороны Оренбурга?

— Аркадий, — от волнения он произнёс моё имя правильно, — Я против таких военных авантюр и не дам тебе описания колонны, чтобы ты не выкинул что-то противозаконное.

— Когда это я хоть на волос закон нарушил? Ладно, обещаю, что не стану втравливать в это нашего полоумного степного друга, а то и правда, казус получится, разбой и международный скандал. На фабрике есть копир? Сделай мне копию договора и заявки с номерами машин, попробуем сравнительно законными способами с ними разобраться. Главный момент — это вообще не автоцистерны, а договорная подсудность.

— А что подсудность?

— Когда покупатель будет недоволен расторжением договора, то он должен оспаривать этот факт в нашем Кустовском торговом суде, то есть играть на нашем поле. А мы можем спокойно тянуть судебный процесс полгода-год, продолжая торговать нефтепродуктами по адекватной цене. Время и ситуация будут играть за нас.

— Копию сделаю, но ты должен сказать, что задумал?

— Всё, как обычно, углублённое понимание окружающей обстановки, огромное личное обаяние и тонкое знание психологии… Короче, взятку дам.