Шоу продолжается (СИ) - Кас Оксана - Страница 13

Прогуляться с Хару вызвалась мама. Она взяла его под руку и они чинно пошли в агентство. Как легко догадаться, большая часть жителей их «трущоб» владела недвижимостью очень давно. Они покупали землю и строили дома еще до того, как Каннам стал самым дорогим районом. Из-за этого здесь много старичков. Вообще, земля здесь дорогая, но есть маленький нюанс. Чтобы построить что-то на месте этой застройки, нужно выкупить дома у множества людей, потому что участки земли маленькие, это вам не шесть соток огорода. В районе много стариков, которые не хотят переезжать принципиально. Раз в два-три года кто-то пытается уговорить местных продать землю, но пока это еще ни у кого не получилось… В любом случае, накануне Чхусока сюда съезжаются семьи старичков, которые отказываются продавать привычную недвижимость. Поэтому в районе становится достаточно многолюдно.

Хару узнавали — еще бы, он же их, местный. С ним здоровались, желали победы на шоу, сообщали, что только за него и голосуют. Он дал несколько автографов «до того, как стал знаменит». Мама, глядя на это, улыбалась, Хару — смущался. Чтобы дойти до агентства, ему потребовалось в два раза больше времени, чем обычно.

А внутри его поджидал очередной сюрприз. Он зашел вместе с мамой, отсканировав отпечаток пальца. Внутри — тихо и темно. Вообще, агентство позволяет трейни и действующим артистам заниматься на выходных, но только при условии, что они сами за собой уберут помещении. То есть — танцуй, но пол потом вымоешь сам. Вряд ли такие ненормальные нашлись в такое время. Поэтому охранник просто скучал, смотря какие-то видео на телефоне.

— Мне сказали, что я должен забрать какие-то подарки.

Охранник посмотрел на Хару крайне недовольно.

— Какие еще подарки?

— Мне позвонили и сказали, чтобы я забрал подарки с ресепшена, — ровным тоном ответил Хару.

Охранник молчал. Он рассматривал Хару крайне недовольно и Хару не понимал — почему. Он не знал этого мужчину; раньше тот тут не работал, так что ничего плохого Хару сделать ему не мог.

— Подарки от фанатов! — фыркнул охранник. — Ничего еще не сделал, а уже подарки собирает!

Он встал, открыл шкафчик и достал оттуда бумажный пакет, который поставил перед Хару. Пакет — один. Внутри — одна коробка. И это смущало. Во-первых, в Азии не любят дарить нечетное количество предметов. Понятно, что подарок на день рождения может быть и один, но это если ты сам лично даришь что-то человеку. Если же от семьи, например, то обычно это два предмета. Во-вторых, госпожа Хван точно говорила про «подарки» во множественном числе.

Хару не стал даже пытаться разбираться с охраной. Он понимал, что охранник просто решил умыкнуть себе подарочек, а попытка с ним спорить ни к чему хорошему не приведет. Поэтому Хару набрал номер госпожи Хван и, прямо под недовольным взглядом охранника сказал:

— Здравствуйте, госпожа Хван. Простите, что беспокою. Я пришел за подарками. А… что там примерно было? Мне дали один пакет…

— ОДИН ПАКЕТ⁈ — почти прорычала та в трубку. — Ну-ка поставь на громкую связь.

Охранник как-то сразу весь сжался. Хару выполнил требование госпожи Хван и та следующие три минуты жестко отчитывала мужчину. Судя по всему, тот в прошлый раз «забыл» отдать подарок актеру агентства. Фанаты встретили своего кумира, спросили — получил ли он их дары, актер искренне удивился… ну, и дальше был маленький скандальчик.

Перед Хару поставили еще три пакета. А мама, которая слышала все это,, удивленно покачала головой:

— И на что вы надеялись, господин? Что никто не узнает, что вы воруете вещи?

Охранник недовольно на нее зыркнул:

— Забрали? Вот и валите…

И он начал ворчать себе под нос что-то о том, что молодежь пошла больно наглая.

Пакеты разных размеров. Два с надписью Dior, один — Prada, четвертый — просто большой красный пакет — оказался самым тяжелым. Уже в агентстве Хару стало неловко из-за названия брендов на пакетах. Не могли же фанаты реально подарить ему брендовые вещи на день рождения?

Оказалось — могли. Кроссовки Dior показались Хару относительно знакомыми: он точно такие видел на улицах. Удивительно, но даже размер подошел. Хотя… в актерском профиле указан размер стопы в миллиметрах. Во втором пакете этого бренда был светлый свитер с высоким горлом. Простой, без каких-либо надписей, очень мягкий на ощупь. А в маленьком пакетике Prada оказались солнцезащитные очки. Ну, и в самом тяжелом пакете лежала большая коробка корейских груш и несколько открыток, подписанных от руки. Там совершенно незнакомые люди писали Хару, что они его любят, что уже организовали его фанклуб и это — их первый подарок.

— Нехило зарабатывают твои фанаты, — выразил общее мнение дедуля. — Свитер и кроссовки — примерно по два миллиона, наверное. Очки подешевле, где-то семьсот тысяч вон.

— Пять миллионов вон за шмотки⁈ — удивился Хару.

— Это навскидку, — заметил дедуля. — Я не знаю реальных цен сейчас. Так, примерно. Возможно, что дешевле.

Хару удивленно качал головой. Как вообще это можно носить, за такие-то деньги? Но он все же умылся, причесался, потом сходил в новых кроссовках с мамой в ближайший сквер. А дома сам сделал пару снимков в свитере. Даже заморочился — не просто сфотографировался, а постарался сделать это красиво. Поставил телефон на отложенную съемку, потом попробовал несколько разных поз. Отправил фотографии госпоже Хван на одобрение. Та сказала, что фото из сквера и в свитере надо опубликовать в разные дни, одно — обязательно завтра, второе можно и позднее. Посоветовала добавить несколько фотографий, которые покажут, что у него день рождения — что-нибудь праздничное.

Так как в семье Нам не любят сладкое, у Хару не было тортов на день рождения. Но поздно вечером он с Хансу прогулялся в супермаркет, купил две свечки на торт — с цифрами один и восемь. Воткнет во что-нибудь обычное, сладкое-то все равно будет обманом.

[*Авторское пояснение насчет вора-охранника. С позиции агентства он еще не был вором. Он ведь «забыл» отдать подарок актеру. То есть потом он его вернул, просто агентство уже успело попасть в маленький скандальчик из-за недовольства фанатов. А именно в ситуации Хару его не могут уволить сразу. Это буквально первый день общенационального праздника, еще два дня в Корее вся жизнь будет на стопе, в такое время найти замену практически невозможно. Ну а что с этим человеком будет после праздников, Хару уже и не важно. *]

Глава 7

Домашний мальчик

Хару сам проснулся рано — привык уже. Лежал на кровати. Думал.

Пока был в общежитии, его больше заботили собственные чувства, но дома он понял, что совсем забыл о том, почему вообще его занесло в индустрию развлечений. Деньги. Когда Антон и Хару только стали одним целом, обстановка дома не казалась убогой. Хару всю жизнь здесь прожил, Антон видел и похуже. Но сейчас Хару понимал, что для Кореи они действительно живут бедно. Бабуля старается придать дому аккуратный вид, но все же…

Игромания отца висит над ними дамокловым мечом. Из-за этого семья крайне осторожно тратит накопления и не продает те вещи, которые можно было бы и продать.

В последнее время отец если и проигрывал деньги, то относительно немного. Так, свою же месячную зарплату. Но все в семье помнят, что было десять лет назад, когда он проиграл такую огромную сумму, что пришлось выгрести все отложенное и продать некоторые вещи. Тогда папа связался с бандитами, которые приходили к дедушке на работу, к ним домой, однажды мордоворот даже показательно привел Хару из школы. Забрали, разумеется, больше, чем папа проиграл — проценты у таких людей конские.

Но потом все, вроде, наладилось. С бандитами папа больше не связывался, грешил только микрокредитами. Проценты там тоже не щадящие, но такие организации хотя бы не угрожают расправиться с ребенком. Да и уровень безопасности в стране только растет. Десять лет назад Сеул еще не был опутан сплошной сетью камер видеонаблюдения, полиции тогда доверяли меньше, написать заявление и пожаловаться на нарушение закона было сложнее. Сейчас бандитам уже проблематичнее делать свои бандитские дела. Но это не значит, что тот же Хансу полностью защищен — запихнуть ребенка в машину и выехать в слепую зону камер можно даже из Каннам-гу. Поэтому Хару не считал, что семье больше не стоит опасаться бандитов.