Тео. Теодор. Мистер Нотт (СИ) - "Hashirama Senju" - Страница 279

Тревожный сон не принёс ему бодрости.

Поднявшись с кровати, он освежился и пустил воду себе в лицо, оделся и вновь наложил дезиллюминационное. В это время он должен был уже оказаться на кладбище Хогсмида и встретиться с мистером Дожем, а затем, после ужина, вернуться в зал. Точное время было несложно установить — артефакт перенёс его ровно на двенадцать часов назад, и к этому мигу Тео уже должен был оказаться в спальне, чтобы не нарушить алиби.

Он выскользнул из выручай-комнаты и неторопливо спустился вниз. Нужно было оказаться в спальне, но чтобы никто не обратил на него внимание, нужно было пройти туда уже после начала ужина.

У него оставался ещё час — этого должно было хватить с лихвой.

На третьем этаже узкой лестницы он остановился и был вынужден выскользнуть в коридор. Снизу кто-то спешно поднимался.

— Не могу поверить, Снейп, это же была твоя рецептура! Ты обещал им при мне! — этот женский голос был ему незнаком.

— Снайд, я не могу ручаться за кривые руки Амикуса. Возможно, он думал, что может добавить ещё какую-нибудь дрянь, чтобы ускорить возвращение сил.

Отрывисто дыша, маги прошли в сторону покоев на втором этаже. Задержав дыхание, Тео решил, что лучше не станет идти за ними, и стремительно зашагал в обход, чтобы успеть другим путём.

В подземелья он спустился уже после того, как начался ужин. Более того, в гостиную, назвав пароль — «Вечная жизнь», какая пошлость, — он вошёл едва ли за пять минут до того, как должен был зайти по памяти. Мальчишка, сидевший над эссе, удивлённо уставился на открывшуюся дверь, заставив Нотта чертыхнуться.

— Конфундо, — прошептал он едва слышно, и мальчик тут же застрочил пером по бумаге.

Быстрым шагом Теодор зашёл в спальню, повесил в шкаф свой плащ, в котором так и проходил весь день, и скрылся в ванной через дверь в торце спальни. Аккуратно выглядывая из тёмного, покрытого кафелем помещения ванной, наружу в спальню, он стал свидетелем, как Теодор Нотт из прошлого зашёл и, не замечая ничего вокруг, спустился в раскрытый зёв саквояжа за вещами.

Тео с раздражением отметил собственную небритость и длину волос; нужно было просить Арчи подравнять ему причёску и побриться утром. Тео-из-прошлого поднялся с тяжёлым куском горного хрусталя в руках, который положил на столик, а затем снял чары, назвав слово-ключ. Это было завораживающе со стороны — хрусталь словно поплыл, обнажая крышку шкатулки, а чёрная аура Диадемы чувствовалась даже из его укрытия.

Он достал оттуда цепочку Маховика времени, что сейчас покоился на его груди в мешочке, и закрыл шкатулку. Снаружи, из гостиной, послышался шум, голос Блейза и кого-то ещё… Накинув цепочку на шею, Нотт-из-прошлого потянулся к ней — и вдруг пропал. Тео тут же в пять шагов оказался на том же месте. Сердце колотилось в груди, когда он захлопывал саквояж и снимал с себя мантию.

— Мистер Нотт! Мистер Нотт! — это был… декан?

Стянув мантию, Теодор в одной рубашке и брюках обернулся на голос Слагхорна. Декан выглядел растрёпанным и пришибленным.

— Профессор? — переспросил его Теодор.

— Скорее пойдёмте, Теодор, в школе случился инцидент, — произнёс декан. — Вас хочет видеть директор.

Сглотнув и поправив воротник рубашки, юноша усилием придал себе растерянный вид, глядя в зеркало. Ему не оставалось ничего, как последовать за деканом. Уже выходя из спальни, он понял, что просчитался. Его живот урчал от голода — за весь день Теодор не съел ни единой крошки.

Глава 126

Вместе с деканом Теодор вышел из гостиной, провожаемый недоумевающими взглядами других студентов. Блейз в коридоре сделал ему страшное лицо и хлопнул по плечу, а сам Слагхорн безмолвствовал, лишь шагая вперёд. Он в целом редко посещал гостиные факультета, даже на первое сентября не удосужился дать приветственную речь, поэтому его визит был неординарным событием.

— Профессор, но что случилось? — не выдержал молчания Тео.

— Трагедия, Теодор, трагедия… — ответил дрожащим голосом Слагхорн.

— Опять студент? — непритворно ужаснулся Нотт.

— Опять? Ах, вы о том несчастном случае! Нет, в этот раз студенты не при чём.

Не говоря более ни слова он пошёл дальше, ускорив шаг. Теодору пришлось нагонять старого колдуна.

Они поднялись из подземелий и прошли почти что тем же путём, которым Теодор шёл утром того дня, вниз, в подземелья другой части замка.

К ритуальному залу.

То, что там что-то не в порядке, Теодор понял сразу, как только оказался на лестнице, ведущей вниз. Едкий дым, скорее от обычного пожара, нежели чем от магического огня, заставил закашляться и декана, и студента, пока они не наколдовали себе чары Головного пузыря.

В том самом зале было множество людей. Снейп, мрачно сложив на груди руки, что было хорошо видно со спины стоял рядом с неизвестными колдунами, один из которых носил алую мантию аврора. Руны ритуальных кругов лихорадочно светились, вспыхивая и угасая в случайных местах зала. Это мерцание было явно не от того, что всё пошло по плану. Теодор подумал, что это могло быть следствием его вмешательства, и тут же постарался забыть об этом.

— Обливейт, — шепнул он сам себе под нос, чтобы забыть о… о чём-то? Это было больше самоуспокоением, чем магией.

— Директор, — громко окликнул Снейпа Слагхорн. — Я привёл старшего префекта, мистера Нотта.

Снейп обернулся к нему с мрачным видом, как и его собеседники. В мужчине в дорогом маггловском костюме, что стоял до того к нему боком, Теодор с ужасом узнал мёртвый взгляд Рабастана Лестрейнджа, а в его соседе в алой мантии — оборотня Фенрира Грейбэка.

— Старший префект Нотт, — прошелестел Снейп. — Скажите, вы были здесь раньше, в этом месте?

Чёрный взгляд его глаз, как воронки, затягивал Теодора. Он вспомнил, как на первых патрулированиях был здесь, и до того…

— Я был здесь несколько раз в прошлом, профессор, — прочистив горло, поведал Нотт. — На младших курсах. Это заброшенный ритуальный зал, если я правильно понимаю.

— Заброшенный? Ха-ха. Это политика трёх последних директоров сделала его заброшенным, — обманчиво мягким голосом ответил ему неожиданно Лестрейндж.

— Позвольте мне вести разговор с моими студентами самому, консул Лестрейндж.

— Конечно, директор Снейп.

В мягком голосе человека с ледяным мертвецким взглядом было столько яда и сарказма, что Теодор невольно дёрнулся, как от оплеухи.

— Мистер Нотт, вам известно, кто пользовался этой залой?

— Несколько недель назад, во время инцидента с самоубийством студента Гриффиндора, я был свидетелем того, как из этого крыла подземелий поднимаются профессор Кэрроу и профессор Кэрроу, — чуть покривил душой Теодор.

— Вам известно, кто из студентов питал ненависть к профессорам Кэрроу?

— Все, профессор.

Лестрейндж, а вслед за ним и остальные, рассмеялись.

— Снейп, дружищще, ты будешь подписывать заключение? — прервал этот… допрос незнакомый голос. Мужчина в лимонной мантии подошёл к ним, и Пожиратели сгрудились вокруг него, открыв вид на произошедшее. Профессора Макгонагалл, Спраут и Флитвик стояли с противоположной стороны, вместе с Бабблинг и кем-то ещё из персонала с брезгливым видом разглядывая лежавшие на полу тела.

Тел было три.

Два из них угадывались, это были брат и сестра Кэрроу. Мёртвые, недвижимые, изуродованные. Тео сделал пару шагов ближе. У Амикуса было две левых руки, он лежал лицом вниз, а из правой лопатки на спине у него росло кожистое перепончатое крыло с натянутой, как на барабан, кожей перепонки. Чёрная кровь под ним образовывала лужу, и это выглядело ужасно.

Рядом с ним — можно сказать, почти под ним, лежала Алекто. Оба были обнажены, но она была окровавлена, и её живот был вспорот будто бы изнутри. Это было отвратительно, и если бы у Тео в животе была хоть какая-то еда, он её бы исторг из себя. Благо, еды не было.

Третьим телом был неизвестный ему чернокожий юноша, вероятно, маггл, с искажённым болью лицом. Его грудная клетка была вскрыта силой магии, видимо, это было жертвоприношение некоего ритуала, что совершали близнецы.