Тео. Теодор. Мистер Нотт (СИ) - "Hashirama Senju" - Страница 165

Тео сдержался, чтобы не обозвать вассала грубостью.

— Вот, — он швырнул две палочки ему в лицо. — Ваши сыновья пострадали, но она ушла. Позаботьтесь о том, чтобы это не повторилось! Трус.

Теодор убрал свою новую чужую палочку в карман, оставив за спиной хныкающего Тюбера, которого хорошо приложило об стену. Подойдя к спящему Тиму, он сунул ему в руку его палочку и, наклонившись, прошептал на ухо: «Аккуратнее, мистер Тюбер, ваш отец — трус. Вы гораздо храбрее, и как сюзерен я вами горжусь!»

Вскоре он оказался снова в Нотт-холле. Наколдовав себе стул — вишнёвая палочка удивительно хорошо трансфигурировала — он сел и позволил себе выпустить эмоции. Теодора трясло от пережитого, от ужаса и страха, что он испытал.

Глава 79

Теодор вернулся домой в Уэльс с помощью Дерри. Эльф рассказал ему, что помог Джинни уснуть, принеся зелье Сна без сновидений из набора леди Виктории — она сама об этом попросила. Нотт так же уснул именно с этим зельем, и проснулся незадолго до полудня. Предыдущий день был длинным и выматывающим.

Они позавтракали, и под пристальным взглядом девушки Теодор сознался, что ночью у Тюберов обнаружил следы нападения — но это было ограбление, солгал он, не покраснев, и потому никто не пострадал.

Позавтракав, они отправились в Нору. Теодор разблокировал по такому случаю камин; пусть и скрытый под Фиделио, дом все равно мог стать жертвой каминного взлома — именно так совершали нападения поборники Тёмного лорда на семьи магглорождённых волшебников, ушедших в мир магглов. По крайней мере, «Пророк» устами своего редактора Варнавы Каффа советовал на ночь камин закрывать.

Утренняя газета, впрочем, исправно доставлялась Дерри, но в этот раз времени на неё не было — а международный скандал с гибелью директора Друмстранга в своём поместье со следами Тёмной метки Тёмного лорда мог и подождать.

Нора встречала их шумом очередной перепалки, в которой были замешаны мистер Уизли, Рональд и Биллиус-младший, которых со всей строгостью отчитывала миссис Уизли.

— …втянуть в это нашего Гарри! Да как вам не стыдно! После того, что он пережил, бедный мальчик!

— Дорогая…

Джинни лишь улыбнулась на шум, и указала ему на фотографии.

— Смотри, это мама с родителями и братьями.

Юную Молли было легко узнать по пышным формам, что она сохранила спустя годы — и что начинали угадываться в её дочке. Кроме неё на колдофото переглядывались двое юношей, похожих друг на друга, как две капли воды.

— Это её старшие братья, Гидеон и Фабиан. Они погибли в прошлую войну, — буднично поведала Джинни. — А это фотография их выпуска из Хогвартса.

Чуть меньше сотни, казалось, лиц, поделённых на четыре группы, стояли на чёрно-белом колдофото на ступенях Хогвартса в сторону выхода в Хогсмид. Подростки переглядывались, кто-то хохотал, кто-то делал серьёзное лицо. Четверо деканов, трое из которых были вполне узнаваемы, разве что моложе, стояли и горделиво взирали на своих учеников, улыбаясь.

— Их больше, чем нас, — посетовал Тео. — Едва ли половина от того.

— Мама говорила, вот они тут с папой и дядей Ридли стоят. Он был с ними как… как Рон у Гарри и Герми. А потом ушёл в Отдел тайн, представляешь? Да, мама говорила, что война с Ты-знаешь-кем не оставила и половины их сокурсников.

Тео вытаращился на неё.

— Столько погибших? Не может быть.

— Ну… кто-то уехал в колонии, кто-то на континент, кто-то спрятался среди магглов, — она пожала плечами. — Думаю, в этом году в школу пойдёт сильно меньше ребят.

Нотт не успел ответить — в комнату ураганом влетела миссис Уизли.

— Джинни! Теодор! Слава Мерлину, вы целы! Как я переживала, когда ночью увидела «смертельную опасность»! Что у вас случилось?

Нотт развернулся и убедился, что его стрелки на часах Уизли не появилось.

— Да, в общем-то, ничего, — растеряно сказала девушка. — Тео?

Он покачал головой.

— Этой ночью снова были нападения, — тихо поведал вошедший следом за миссис Уизли Гарри Поттер. — Маггловские города горят, хотя самые страшные преступники вновь в Азкабане.

Поттер был одет в маггловскую футболку на три размера больше, чем его худое, пусть и — это Тео с неприязнью признавал — крепкое благодаря квиддичу тело. Плакса Миртл даже задразнила его как-то раз сравнением с шрамоголовым кретином в ванной старост. Он утешал себя тем, что был выше и умнее. На ногах у гриффиндорца были синие маггловские же джинсы с протёртыми до дыр коленями. Нотт хотел было съязвить, как именно он их протёр, но удержался. Взгляды юношей обожгли друг друга. Миссис Уизли пригласила всех к столу есть пирог и оставила подростков втроём.

— Как скула? — спросил вдруг Поттер, сложив руки на груди. Его зелёные глаза за круглыми старомодными очками смотрели с неприязнью (взаимной) и ехидством.

— Гарри! — шикнула на него Джинни.

— Поттер, — медленно произнёс Нотт, борясь с желанием сбросить из кобуры палочку в ладонь. — Тогда, в кабинете Амбридж, коль ты вспомнил… я думал, что ты поймёшь, кто был на чьей стороне. Жаль, что твоего скудного ума, что задел Тёмный лорд ещё в младенчестве, на это не хватило.

Поттер сжал зубы, и его слегка небритые скулы напряглись.

— Скажи ещё хоть слово, ублюдок…

— Гарри! — громче повторила Джинни, и сделала шаг вперёд, вставая между юношами. Теодор почувствовал, как под его поло по спине струится пот, и щёлкнул пальцами, применяя беспалочковое колдовство.

— Экскуро, — ехидно произнёс он — взгляд Поттера сменился на недоумённый.

— Ты хочешь, чтобы тебя исключили из школы? Или Визенгамот даёт индун… индульгенцию?

— Болван, — нараспев ответил ему Нотт; его настроение тут же улучшилось. — Нельзя колдовать палочкой, на которой не сняты чары Надзора. В семнадцать лет их снимают!

Он взял Джинни под руку (та покосилась на него с недовольством) и пошёл к выходу, не отказав себе в удовольствии толкнуть гриффиндорца плечом. («Мальчишки!» — только и сказала со вздохом юная ведьма).

***

Оставив Джинни у родителей, Теодор отправился на вокзал — дневной поезд должен был привезти Артура из Франции. Механические часы, зачарованные на неразбиваемость (что стало причиной потери предыдущих) показывали половину второго — и вскоре, съев на всякий случай кусочек безоара (Поттер слишком ехидно улыбался ему, когда он вставал из-за стола после пирога с чаем), Теодор уже сидел в зале ожидания среди сотен магглов.

Играла негромко музыка, подростки разного возраста и разных национальностей, чернокожие, джипси, индусы и прочие колониальные переселенцы, тут и там упражнялись в сквернословии и воровстве. Теодору было поначалу плевать, но и тут, и там он стал замечать всполохи спонтанной магии из рук воришек — из чего сделал вывод, что среди преступников много сквибов.

— Эй, пацан, — толкнул задумавшегося Нотта в плечо чернокожий парнишка лет четырнадцати, высокий обладатель тупого взгляда и приспущенных ниже длинной (как у Поттера) футболки джинс. — Закурить есть?

— Пшёл отсюда, — ответил ему Нотт, вложив в эту фразу намерение применения беспалочкового Конфундуса. Мсье Виктор был страстным любителем маггловских «нейролингвистик», которые, по сути своей, заключались именно в таком облекании магических посылов в обычные фразы. Разновидность колдовства. Француз говорил недоверчивой бабушке, что в последние годы предприимчивые сквибы в маггловской России обогащались таким нехитрым путём до миллионеров!

— Чё сказал? — агрессивно дёрнулся подросток. Теодор перехватил узкой ладонью его кулак.

— Пшёл отсюда, — повторил он, уже с долей страха — но расслабился, едва увидел помутнение в глазах мальчишки. Тот недоумённо повертел головой, будто бы потерял кого-то, и ушел. Не пройдя и двух шагов, он споткнулся о собственные кроссовки и упал — впрочем, Теодор уже поднялся и пошёл к выходу на платформу. На маггловском табло, где лампочки (достаточно хитро) загорались, образуя символы, высветилось прибытие поезда из Парижа.