Мастер Гравитации 5 (СИ) - Ангор Дмитрий - Страница 85

Впрочем, он быстро успокоился, понимая, что Григорий был уверен в отцовском вмешательстве. А тем временем тот уже вовсю атаковал врагов. Меч в его руках превратился в смертоносный вихрь — Григорий рассекал противников с такой скоростью и лёгкостью, словно они были сделаны из бумаги, а не из плоти и костей. Всё благодаря колоссальной энергии, влитой в клинок.

Однако эта энергия оказалась настолько мощной, что отравляла всё вокруг. Те враги, кого не коснулся ни клинок, ни магический луч, умирали медленнее, но гораздо мучительнее — их лица приобретали желтоватый оттенок, а изо рта хлестала пена вперемешку с кровью. Именно от этой отравляющей энергии граф и защитил своих людей. Без его вмешательства даже Распутиным досталось бы. И несмотря на то, что Григорий входил в список сильнейших в семействе, граф, возлагая на него большие надежды, считал все же сына раздолбаем высшего уровня.

В итоге, ценой тяжелейшего боя, истекая потом и кровью, едва держась на ногах, остатки войск Распутиных добрались до дворца. Даже они, будучи реалистами, не могли представить, что ситуация окажется настолько катастрофической.

Вернее сказать, они добрались не до дворца, а до того, что от него осталось — большая часть строения превратилась в руины и пыль. Здесь, в самом эпицентре событий, кипела самая ожесточённая бойня.

— Какого хр-е-е… — Григорий нахмурился, оглядывая поле боя. — Вы только посмотрите на эти реки крови!

— Да, — кивнул отец, отпивая зелье, усиливающее функции организма без затраты Дара. — Такое впечатление, что здесь сошлись две полноценные имперские армии. Похоже, дальше придётся идти буквально по трупам.

— Я могу расчистить путь, хотя бы частично, — вызвался один из троюродных братьев Григория.

— Хорошо, приступай, — одобрил граф. — А ты, Макс, бери третье звено гвардейцев и обеспечьте нам дальнее прикрытие, — добавил он, не тратя лишних слов.

— Тогда мы с Жорой, с первым и вторым звеном, выдвигаемся вперёд и закрепляемся на позиции, — Григорий же не нуждался в дополнительных указаниях.

Отец не возражал, прекрасно понимая — эти братья вместе представляли собой смертоносную силу. Они способны отбросить противника на значительное расстояние и успешно удержать плацдарм до подхода основных сил.

Глава Рода отчётливо осознавал, что отступление невозможно. Все они изначально были готовы идти до конца, каким бы он ни оказался — такова суть клятвы верности, данной Императору. А ценность подобных обетов они понимали как никто другой.

Распутины приступили к реализации плана. Григорий, напитав энергией нагрудную броню и опустошив склянку с зельем, рванул вперёд вместе с бойцами. И внезапно до его слуха донёсся крик дяди, призывавшего всех срочно обратить внимание в сторону. Судя по голосу, тот был потрясён увиденным. Григорию тоже пришлось переключить внимание.

В указанном направлении земля вибрировала и поднималась пыль. По полю битвы двигался одинокий танк, направляясь прямо в логово врага. Зрелище граничило с безумием и выглядело сюрреалистично.

— Какой шизик в одиночку попёрся на танке против целой армии? — вырвалось у Макса.

— Я знаю только одного такого психа, способного на подобное, — медленно произнёс Григорий, пребывая в оцепенении.

Ещё более поразительным было то, что вокруг танка всё рушилось словно само собой — вражеская техника, колонны, постройки складывались как карточные домики.

Танк набирал скорость и, достигнув максимума, врезался в бронебойный заслон у дворца.

Корабельная пушка, непонятно откуда взявшаяся там, смялась от удара и, рухнув, придавила нескольких эстонцев.

Москва

Главная база эстонцев

— Вам куда? — путь майору преградила четверка солдат, сжимающих автоматы с нескрываемой готовностью применить их.

— К генералу! — майор в военной фуражке пронзил их взглядом, от которого у обычных людей стыла кровь.

— Назовите пароль и пройдите для сканирования в соседний кабинет, — произнес один из солдат с каменным лицом.

— Я майор Урве Нильсов, и я захожу к генералу по нескольку раз на дню, — процедил он сквозь зубы. — Вы все меня прекрасно знаете. Под моим командованием достаточно солдат.

— Майор, вы знаете правила, — солдат оставался непреклонным.

— Мы. Просто. Теряем. Время, — Нильсов рассек воздух рукой. — У меня для генерала информация, которая может решить исход всей операции.

Солдаты не собирались отступать — нарушение устава означало для них билет в один конец под два метра земли. Напряжение висело в воздухе, как дым после артобстрела.

Сам генерал Эстонии соизволил явиться в еще не полностью покоренную Москву. Для него подготовили особые условия — ликвидировали местного аристократа вместе с его охраной, зачистили район, навели порядок в особняке и развернули полноценную военную базу.

— Правила есть правила, — повторил солдат с упрямством. — Мы не горим желанием попасть под трибунал из-за вас, майор. К тому же, вы не наш непосредственный командир.

— Знаете, пожалуй, я лично попрошу генерала передать вас четверых под мое командование. Посмотрим, как вы запоете, когда вместо того, чтобы греть задницы на посту, будете харкать кровью на передовой, — Урве угрожающе покачал пальцем перед их лицами.

Военные обменялись встревоженными взглядами. Ситуацию разрядил появившийся офицер, положивший свою тяжелую руку на плечо майора

— Так-так, майор, какие-то проблемы? — поинтересовался он с фальшивой заботой.

— Марко-о-о… — протянул Урве, обернувшись и одарив собеседника гневным взглядом. — Ты бы поосторожнее со старшими по званию. То, что ты теперь в штабе отсиживаешься, не значит, что я не найду способ превратить твою жизнь в персональный ад.

— Я выполняю свои обязанности, — офицер пожал плечами с безразличием человека, уже видевшего слишком много смертей. — Мы находимся в сердце вражеской территории, где каждая мера предосторожности — это граница между жизнью и смертью. Даже несмотря на ваше звание, по протоколу военного времени я имею полное право пустить вам пулю в лоб при малейшем подозрении. Вы, как никто другой, должны знать наши уставы.

Майор открыл рот, но слова застряли в горле. Сжав кулак с такой силой, что побелели костяшки, он прошел в соседнее помещение для сканирования и идентификации. Затем назвал пароль солдатам, которые с трудом сдерживали злорадные ухмылки.

А в голове у него крутилось: «Почему я должен проходить ту же процедуру, что и десять минут назад на нижнем этаже? Как же надоела эта бюрократическая карусель! Захватить они Российскую Империю решили… Да такими темпами, пока мы будем возиться с паролями по сотне раз на дню, они нас быстро захватят — причем без всяких паролей!» Но ему пришлось спешно отбросить эти размышления, поскольку путь к генералу наконец освободился. Добиться аудиенции у него порой было так же сложно, как у самого Императора, если только сам генерал внезапно не вызывал к себе.

— Нильсов? — генерал невозмутимо курил трубку, держа одну руку в кармане. — Какого хрена так долго?

— Генерал, меня досконально проверяли на каждом пропускном пункте — при въезде в район, у ворот имения, на первом этаже, на втором. Каждый раз полная идентификация. Эту процедуру мне приходится проходить по сотне раз на дню.

— Это не оправдание, — генерал произнёс с ледяным спокойствием, рассеянно изучая его взглядом и медленно поглаживая подбородок.

Урве почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он так сильно вдавил пятки в пол, что казалось, вот-вот проломит паркет. Внутри всё кипело от гнева, но он спокойно сказал:

— Безусловно, вы правы. Виноват, что я такой медлительный.

— Именно так, — хмыкнул генерал. — Давно бы заменил тебя кем-то компетентнее, но вы все какие-то тормознутые, кхм. Даже понять не могу, в чём причина такой массовой деградации. Впрочем, это сейчас неважно… Докладывай лучше об обстановке снаружи, — он неторопливо опустился в кресло и впервые приготовился слушать с подобием внимания.