Безмолвная. Книга вторая (СИ) - "Константин" - Страница 37

Под мерный «шёпот» винтов я неожиданно засыпаю, а продираю глаза лишь когда вертушка касается посадочной площадки. Всё тот же «майбах» подвозит меня до ресторана, откуда накануне я был с позором изгнан, а дальше, проторенной дорогой топаю пешком.

Вечер ещё только занимается, и большинство местных просиживают штаны на рабочих местах. Моя ЁЛин в их числе. Её отсутствие позволяет мне без лишних вопросов пронести в квартиру заветный кейс и надёжно укрыть его от посторонних глаз в своей комнате. Хотя особо что-то прятать я не стремлюсь. Это мои дела, лезть в которые онни я не позволю.

Понимая, какой глупостью это кажется, всё же позволяю себе небольшую фривольность. Плюхаюсь на кровать и вываливаю на себя пачки с деньгами. Меня подмывает распечатать их все и «зарыться» в купюры, словно Скрудж МакДак, купающийся в деньгах. Но косплеить старую утку глупо, ибо потом замучаешься собирать всё обратно.

«Я молоденькая уточка: кря-кря. Словно один из племянников Скруджа. Или правильнее будет — племянница? Как там её звали, Поночка, кажется?»

Повалявшись так минут пять, прекращаю валять дурака и принимаюсь за дело. Отсчитываю десять пачек и убираю их в комод — неизменный атрибут любой девчачьей комнаты. В прошлой жизни я спокойно обходился без него до появления в моей жизни Светы, а после уже было лень выкидывать лишнюю мебель. От распатроненной пачки отнимаю половину и тоже прячу, но уже в соседний ящик — это станет моей заначкой на личные нужды. Оставшиеся пятнадцать миллионов аккуратно складываю, убираю в карман толстовки и решаю немедленно навестить соседку. В конце концов, для кого я на поклон к чёболю ходил?

Соседка оказывается дома. Она с подозрением смотрит на появившуюся на пороге ЁнМи, не зная, как реагировать. Чтобы не нагнетать обстановку, жестом фокусника извлекаю деньги и машу ими перед носом девчонки. Срабатывает как надо. Спустя десять минут мы, словно лучшие подруги, сидим у неё на кухне, пьём фруктовый чай с безмолочными пироженками из органической кафешки на «Кхандундэро». ЁнИль наотрез отказалась выпускать меня, пока не отблагодарит как полагается, и теперь она без умолку болтает, пересказывая события двухлетней давности. Я же налегаю на вкусняшки.

Она рассказывает, как её — только подписавшую контракт — поставили на замену выбывшей участницы «Wonder Girls», — молодой, но подающей большие надежды группы, и как в первое же выступление она поскользнулась и случайно толкнула Сохи — вокалистку группы. Они как раз проходили вдоль края сцены, и та упала вниз, в результате падения повредив позвоночник. В итоге ЁнИль подверглась дичайшему хейту со стороны фэнов, а руководство Агентства не стало заморачиваться с выправлением ситуации и просто убрало виновницу трагедии с глаз долой. Группа же объявила перерыв в карьере. И вот на днях ЁнИль встретила в офисе «JYP» своих бывших сонбэ, судя по всему, готовившихся к камбэку. А её вызвали, чтобы обвинить в нарушении условий контракта из-за личной жизни и повесить неподъёмный штраф (ранее, здесь и далее, всё что касается жизни и творчества к-поп групп, в том числе «Wonder Girls», расходится с реальной историей. В том числе это касается и исполняемых ими песен. История агентств тоже не является каноничной. Прим. автора).

— Если бы я умела сочинять песни… Директор ЧиЁн обещал позаботиться обо мне и вернуть на сцену, если я принесу ему хотя бы одну! — тяжко вздыхает ЁнИль, не подозревая, что я уже в курсе этого «обещания», больше похожего на отмахивание от назойливой мухи. Хотя кто знает, как местные воспринимают слова босса. Возможно, ЁнИль совершенно искренне убеждена в непогрешимости своего начальника.

Видя, что её собеседница никак не реагирует на сей монолог, девчонка встаёт, без спроса подливает обеим чаю из стеклянного чайника, сквозь прозрачные стенки которого видны набухшие кусочки фруктов, плавающие в кипятке. Снова садится.

— Я не смогу отдать тебе эти деньги быстро. Меня еле приняли обратно в бассейн, где я работала. Пришлось соврать, что я отравилась. Повезло, что их новая работница оказалась совсем бестолковая, а иначе я бы не знаю, что делала, — произносит она, уставившись в свою кружку. Приходится лезть в телефон, чтобы её успокоить.

[Можешь их не возвращать. Считай, что это подарок от преданной поклонницы. Лучше посоветуй, куда можно пойти работать танцовщицей]

ЁнИль удивлённо смотрит на меня. Её глаза, готовые разразиться потоком слёз от переполнявших эмоций, моментально высыхают.

— Я… я не знаю… Наверное, смогу… А ты хорошо танцуешь? — замявшись, произносит она. Кажется, вопрос поставил её в тупик, и чтобы принять нужное решение, она спросила про моё мастерство.

Киваю.

— Покажешь? — Ожидаемо слышу в ответ и снова подтверждаю кивком. Почему бы нет? Тем более если ЁнИль сможет помочь с работой. Надо пользоваться предоставленной возможностью, деньги-то уплачены. Да и размяться не помешает после съеденного. Ещё растолстею, как потом в зеркало Лире в глаза смотреть?

Девчонка на свой вкус включает трек на телефоне, и моё тело, подчиняясь зажигательному ритму, само срывается из положения «сидя». Стоило лишь отпустить вожжи. Не выдержав, ЁнИль присоединяется к танцу, и через мгновение мы уже вдвоём усердно «стучимся» в потолок к соседям. Айдолка не зря обучалась. Она неплохо подстраивается под классические движения, добившись почти идеальной синхронности. Внезапно казавшаяся просторной кухня становится тесной, и в ней перестаёт хватать места для двух танцующих девушек.

Когда трек заканчивается, ЁнИль задорно хлопает в ладоши и вопит от переизбытка чувств. С удовольствием присоединяюсь к ней, выплёскивая напряжение прошедшего дня. А что, мне теперь можно попрыгать и повопить от радости, размахивая руками. Хоть и безмолвно. Я же девочка. Внешне, во всяком случае. Получается у меня вполне естественно для человека, прежде всегда зажатого в плане эмоций.

— Ты так классно танцуешь! Где ты училась? — плюхнувшись на стул, интересуется ЁнИль. Она часто дышит, а на щеках девушки появляется румянец. Пальцем тыкаю себе в грудь, и девчонка округляет глаза. — Да ну⁈ ЁнМи, ты ведь знаешь, что у тебя талант? Ты не задумывалась о карьере айдола?

«Интересно, и какой получится айдол из немой девушки?» — мысленно ухмыляюсь я на вопрос собеседницы. — «Да и порядки там у них судя по всему… — чихнёшь не в ту сторону и штрафом наградят, многомиллионным. Ну её нафиг, эту карьеру».

Отрицательно мотаю головой и сажусь на своё место. Промачиваю пересохшее горло подостывшим чаем.

— А зря! — неверно понимает мой жест ЁнИль. — Думаю, если ты подашь к нам заявку, то пройдёшь конкурс в трейни. Ты сможешь выступать в группе в качестве ведущего танцора. Ты знаешь, как сильно привлекает внимание хорошее хорео!

«Не знаю и знать не хочу. Лучше выкладывай, что там у тебя за информация о работе» — отмахиваюсь я от назойливой девушки. Включаю телефон и набираю текст.

— Ой, прости, я увлеклась, — сникает ЁнИль. — В общем, мой паре… мой бывший парень, он работает барменом в известном клубе в Каннамгу. У них там регулярно проводятся танцевальные шоу. Я сама хотела пойти туда, но мне контрактом запрещено выступать без ведома Агентства. Я могу попросить его порекомендовать тебя на просмотр.

«Вот это уже другое дело» — удовлетворённо киваю, соглашаясь на предложение девушки. — «Мне, главное, попасть, а там и о перспективах можно подумать».

— Оставь свой номер, я тебе позвоню, как всё устрою, — продолжает ЁнИль, и я во второй раз за день зависаю. Я же не знаю своего номера телефона! ЁЛин не удосужилась его записать, а самостоятельно выяснить всё руки не доходили.

Открываю набор номера и показываю экран ЁнИль, предлагая ей самой вбить нужные цифры.

«Раньше бы так спокойно девушки оставляли мне свои номерки. В прошлой жизни» — приходит на ум крамольная мыслишка, пока айдолка тычет наманикюренными пальчиками в виртуальную клавиатуру моего телефона. Она быстро заканчивает простые манипуляции и совершает вызов. А когда её сотовый разрождается мелодией звонка, подтверждая правильность набора, сбрасывает и отдаёт трубку владелице.