Замуж за врага. Его (не) любимая 2 (СИ) - Марлин Юлия - Страница 26

Игорь криво усмехнулся. Это братское единство старшего и среднего по всем вопросам порядком утомило. Сколько он себя помнит, они принимали решения исключительно вдвоем, редко интересуясь мнением младшего. От того — это часто выливается в неприятности.

— Мое сердце чует беду, — неожиданно процедил Николай. — Зря мы доверились Дому Железного Вепря и согласились передать им сестру. Всё зря…

— Чего теперь жалеть? Как начнется наступление — всё узнаем.

Будиш и Николай еще долго спорили и советовались между собой шепотом. Игоря это страшно злило, но стоя в углу со скрещенными на груди руками, он хладнокровно молчал. И с нетерпением ждал сумерек, чтобы выйти из двора и подышать свежим воздухом. При свете солнца ни он, ни братья на улицу не высовывались. Всё ради безопасности. Раскрывать себя раньше времени Орлы не рвались и поэтому смирились с положение чуть ли не арестантов.

Дневная суета угомонилась к восьми. Приграничный Бург наполнился синими тенями, залегшими по улицам плащами-невидимками. Веяло осенней сыростью и мелким дождём. К ночи город затих, насколько это возможно при наличии княжеской армии на постое.

Игорь неторопливо прогуливался по опушке темного леса.

Листва под сапогами медленно мокла, помогая юному князю сосредоточиться. Он думал о Софии, которую вопреки ожиданиям Волки не просто не выдали, а отдали замуж за брата Великого князя. Крутой, однако, поворот. Игорь довольно ухмыльнулся. Будиш тогда чуть дара речи не лишился. А Николай лишился. Правда, всего на пять минут.

Чего греха таить: Игорь гордился сестрой. Кто бы что ни говорил, а стать женой князя из Дома Серебряного Волка намного лучше, чем жить в Стифополе, как заложница мира, присланная Домом Огненного Орла. Жаль старшие не оценили умный ход девушки и обвинили ее в предательстве.

Ветер сорвал с веток пригоршню высохших листьев, закрутил над кронами и с шумом обрушил на сумрачную траву. Князь вздохнул: он надеялся только на то, что сестра не поверит сообщению и по-прежнему любит его, так же, как он любит ее.

Темнело. Игорь решил медленно продвигаться к постоялому двору близкими к лесу переулками. Когда угол здания вынырнул из дождливой полумглы, а до крыльца осталось десять шагов, он услышал громкие крики и звуки борьбы. Они неслись со второго этажа — из тех самых окон, в которых инкогнито поселились Орлы.

Рука метнулась к рукояти. Но прежде, чем лезвие выпорхнуло на свет — оконное стекло разлетелось, и из рамы вывалился Будиш. Он с кем-то отчаянно боролся и только чудом не рухнул на мостовую. Судя по рваному дыханию и безвольной левой руке — правитель Арги был серьезно ранен.

Игорь выругался и бросился к крыльцу. Но тут его настиг истошный крик:

— Игорь! Беги!

Договорить старший брат не успел — его насквозь пронзило копьем. Будиш захрипел, изо рта хлынула кровь. Стремительно перевалившись через подоконник, он рухнул прямо у ног младшего князя.

Игорь чуть не взвыл.

Дом Железного Вепря предал их! Обманул и использовал! А в Бург призвал, чтобы хладнокровно с ними расправиться.

Из темных мыслей вырвал яростный крик князя Милоша, высунувшегося из разбитого окна:

— Вон третий! Не дайте ему сбежать! Убейте его!

Парень сбросил оцепенение. Со всех сторон окружали солдаты.

Не мешкая, он бросился в лесную темень — туда, откуда вернулся тремя минутами ранее и по пути отбил несколько жестких попыток пресечь его отступление. Он дважды схлестнулся с бойцами Дома Железного Вепря, трижды давал бой и, само собой, получил несколько рваных ран от ударов.

Вечерние улочки Бурга остались позади: впереди блестела мокрая зелень старого леса. Игорь с разбега влетел в тенистую дубраву, задохнулся осенней свежестью и помчался от погони, настигавшей по пятам. Сколько бежал в шуме дождя и шелесте желтых листьев: лигу, пять лиг, может все десять, он не считал. Но оторваться не смог. Вепри настигли «трофей» у реки.

Когда до бурных вод Аррейна оставались считанные шаги, из зарослей калины выскочили хорошо вооруженные бойцы. Один сбил Игоря плечом, второй ударил в живот, а третий опрокинул на влажную траву. Они навалились разом в попытке связать отчаянному парню руки за спиной. Но Игорь, хоть и раненный, оказался серьезным противником. Ухитрившись выхватить из голенища кинжал, вогнал лезвие первому в колено. Второго боднул в пах, а третьего оттолкнул в глубокий овраг.

— Ааа! — Визжал первый, пытаясь остановить кровь на ноге.

— Ууу — шипел второй, катаясь по камням и хватая воздух ртом.

Игорь вскочил. От боли шатало, но он не позволил себе потерять сознание и из последних сил бросился к реке. Течение Аррейна неслось к границам Лейда — во владения Дома Серебряного Волка. А на вражескую территорию Вепри сунуться побоятся.

Шум бурных волн оглушил последнего князя Арги. Несмотря на мрак и серость, речная гладь серебрилась, как расплавленное в кузнях серебро. Плевалась ледяными брызгами, жадно облизывая прибрежные камни.

Игорь выдохнул и подался к реке.

Внезапно сзади свистнуло. Еще до того, как Игорь успел обернуться — спину прошила страшная боль. Это был наконечник стрелы, пущенный вражеской рукой. Князь захрипел. Перед глазами все поплыло. Прелая лесная почва ушла из-под ног. Он покачнулся и сорвался в реку, как подкошенный. Течение не спрашивало разрешения. Просто подхватило раненного человека и умчалось в вечернюю даль.

Колючие снежинки приятно остужали пылавшие щеки.

София приоткрыла глаза и поняла, что не умерла, а лежит на твердой холодной земле в месте полном пения птиц, шума ветра, аромата спелых шишек и сочной хвои. Во рту стоял привкус крови. Над ней густела снежная пелена, окаймленная изогнутыми вершинами пушистых сосен. Изо рта вырывались густые колечки пара.

Куда ее занесло? Почему здесь так холодно?

Святослав!

Испугаться по-настоящему она не успела — над ней склонился муж.

Живой, здоровый и до безумия красивый, как и всегда. И почему она раньше не замечала, как Посланник хорош собой? Не замечала, какой у него интересный излом бровей. Огромные темно-синие глаза с оттенком сумеречных полутеней: пленительные и пронзительные. Волевой подбородок, тонкие, четко очерченные губы. Только сейчас — в шаге от гибели, наконец, разглядела его мужественную красоту и, кажется, окончательно влюбилась.

— Соня, цела?

— Вроде бы…

— Хорошо. Поднимайся.

Девушка вцепилась в протянутую руку мужа, поднялась и тут заметила, что у него из носа течет кровь.

От испуга она вскрикнула, но Святослав успокоил:

— Так бывает, когда резко перемещаешься через пространство. Скоро пройдет. Твой рубин оказался не просто даром небес. Он настоящее чудо.

София глянула на перстень. Тот похолодел и сверкал насыщенно бордовым. Ни капли черноты или грязных маслянистых разводов, блуждавших в камне все последние безрадостные недели.

Беда миновала, можно расслабиться, — подумала между делом и вздрогнула. На лице стало тепло. Тоже кровь из носа?

— Сядь. Подними голову, — муж подвел к поваленному стволу ели, усадил на него и опустился рядом с ней на колено. — Зажми. Вот так.

Затем поморщился, сплюнул через плечо, но, похоже, чувствовал себя намного лучше, чем она.

— Мы знаем, что кровавые рубины способны предупреждать владельца об опасности, но чтобы переносить от опасности в другое место. Это впервые.

— Я просто подумала, что хочу исчезнуть вместе с тобой из таверны туда, где бы нас не нашли, — прошептала София.

Святослав обеспокоенно осмотрел жену, убедился, что она вполне здорова и улыбнулся:

— Мы и исчезли. Представляю, как удивился колдун.

София повертела головой.

Косматый дикий бурелом. Снежное небо. Ветер и тишина.

Она, конечно, хотела спасти себя и любимого от черного мага, но это, кажется, перебор.

Глухой, нехоженый лес без дорог, недалеко от зловонных болот, заставил растерять остатки самообладания.

— Что это за место? — Шепнула девушка.