Код любви на кофейной гуще (СИ) - Светлова Анна - Страница 21

— О чём думаешь? — спросил он, перебирая мои волосы.

— О том, как странно всё складывается, — ответила, прижимаясь щекой к его груди. — Ещё месяц назад я и представить не могла...

— Что окажешься в постели с тем самым хмурым типом, который каждый день требовал кофе без сахара? — в голосе слышалась улыбка.

— Что встречу человека, который заставит меня забыть обо всём на свете, — поправила его, приподнимаясь на локте, чтобы заглянуть в глаза.

В полумраке его лицо казалось мягче. Морщинка между бровей, которая так часто появлялась, когда он сидел в кофейне, разгладилась. Щетина на подбородке отливала серебром в лунном свете.

— Ты тоже перевернула мой мир, Вера, — сказал он серьёзно. — С первой чашки кофе с нарисованным солнцем.

— Ты заметил? — удивилась я. — Но ты никогда не показывал вида.

— Конечно, заметил, — он фыркнул, словно я сказала что-то нелепое. — Я каждый день ждал, что ты нарисуешь сегодня. Это был... мой личный ритуал. Что-то только для меня.

— А я-то думала, что ты просто хмурый трудоголик, которому плевать на такие мелочи, — рассмеялась я.

— Я и есть хмурый трудоголик, — он притянул меня ближе, целуя в висок. — Но мне никогда не было плевать на тебя. Даже когда я ещё не знал твоего имени.

Его признание отозвалось теплом где-то под рёбрами. Я положила ладонь на его щёку, чувствуя колючую щетину.

— Знаешь, что меня поразило в тебе с первого взгляда? — спросила я.

— Моя неотразимая хмурость? — он приподнял бровь.

— Твои глаза, — призналась я. — Такие... печальные. Словно ты потерял что-то важное и не можешь найти.

Что-то промелькнуло в его взгляде — тень, боль, которую он тут же спрятал.

— Может быть, я наконец нашёл, — прошептал он, притягивая меня для поцелуя.

— Мы оба наблюдатели, — прошептал он, отрываясь от моих губ. — Может, поэтому и нашли друг друга.

Ночь окутывала нас тёмным покрывалом. Тишина, нарушаемая лишь нашим дыханием и далёким шумом города, казалась защитным коконом.

— Останешься до утра? — спросила я, ловя его взгляд в полумраке.

— Если позволишь, — его руки крепче обвились вокруг меня. — Не хочу уходить.

— И я не хочу, чтобы ты уходил, — прошептала я, устраиваясь в изгибе его тела.

Сон накрывал постепенно. Последнее, что я запомнила — тепло его тела рядом и ощущение абсолютного счастья.

Глава 25. Поцелуй со вкусом кофе

Утро ворвалось в комнату солнечными лучами, пробивающимися сквозь щель между шторами. Я проснулась первой и несколько секунд просто лежала, впитывая новую реальность.

Кирилл спал рядом. Его тёмные ресницы отбрасывали тени на скулы, а обычно напряжённая линия между бровями разгладилась. Во сне он казался таким... доступным. Без привычной брони, которую носил днём.

Сердце сжалось от нежности. Чёрт. Когда я успела так влипнуть?

Осторожно выскользнула из-под его руки, лежавшей на моей талии. Тело приятно ныло, напоминая о ночи. Мурашки пробежали по коже, когда вспомнила, как его пальцы скользили по моему телу, как он шептал моё имя, словно молитву.

Накинула халат, мягко ступая босыми ногами по прохладному полу. На кухне привычно включила кофеварку. Запах свежемолотых зёрен наполнил пространство, смешиваясь с ароматом вчерашних духов и чего-то нового — нас.

Достала две чашки. Белый фарфор с золотой каймой — мамин подарок. Взгляд упал на зубочистку, которой я обычно рисовала солнце на своей чашке. Ритуал, начатый ещё в студенчестве.

Пальцы сами потянулись к нему. Но сегодня солнце не просилось на фарфор.

Два силуэта. Держатся за руки. Между ними — крошечное сердце. Так банально. Так правильно.

— Доброе утро, — его хриплый со сна голос заставил вздрогнуть.

Обернулась. Кирилл стоял в дверном проёме, опираясь плечом о косяк. Только джинсы, небрежно застёгнутые и сидящие низко на бёдрах. Босой. Взъерошенный. С отпечатком подушки на щеке и с таким тёплым взглядом, что внутри всё перевернулось.

— Ты подкрадываешься как кот, — улыбнулась, протягивая чашку с рисунком.

Он принял её, внимательно рассматривая изображение. Уголки губ дрогнули, а в глазах появились те самые золотистые искры, от которых у меня подгибались колени.

— Эволюция рисунков, — произнёс, поднимая взгляд. — От солнца к нам.

— К нам, — эхом повторила, чувствуя, как щёки заливает румянец.

Одно слово. Два человека. И целая вселенная между.

Он шагнул ближе, обнимая свободной рукой. Его кожа пахла сном и мной. Поцелуй — со вкусом кофе, с привкусом обещания.

— Знаешь, — сказал, отстраняясь, но не разрывая объятий, — я впервые за долгое время проснулся с ощущением, что всё правильно. Что я там, где должен быть.

Его пальцы скользнули по моей щеке, убирая прядь волос. В этом простом жесте было столько нежности, что горло перехватило.

— Я тоже, — прошептала, прижимаясь щекой к его груди. Под ухом гулко стучало сердце. Тук-тук. Тук-тук. Живое. Настоящее.

Завтракали, соприкасаясь коленями под столом. Его нога, горячая даже сквозь ткань халата, посылала электрические импульсы по всему телу. Говорили о чём-то обыденном, но каждое слово казалось значимым, каждый взгляд — откровением.

— Мне нужно заехать домой переодеться, — сказал он, отставляя пустую чашку.

Что-то кольнуло внутри. Глупо. Конечно, он не может остаться навсегда. У него своя жизнь, работа, квартира. Но после ночи, после этого утра мысль о расставании, даже временном, вызывала почти физическую боль.

— Конечно, — кивнула, пряча взгляд. — У меня сегодня смена с двенадцати.

Он поймал мой подбородок пальцами, заставляя посмотреть в глаза.

— Я провожу тебя до кофейни, — в его голосе слышалась улыбка. — А вечером... может, поужинаем вместе?

Его большой палец скользнул по моей нижней губе, и дыхание перехватило. Как он умудрялся одним прикосновением превращать меня в желе?

— Только если ты пообещаешь не заказывать тот ужасный травяной чай, — поддразнила, пытаясь скрыть, как сильно хочу сказать «да».

Он рассмеялся, запрокинув голову, и я залюбовалась линией его шеи, движением кадыка.

— Обещаю, — сказал, наклоняясь ближе, так что его дыхание щекотало мои губы. — Только эспрессо. Двойной. Как ты любишь делать.

— Договорились, — прошептала, прежде чем его губы накрыли мои. Собирались молча. Я украдкой поглядывала, как Кирилл натягивает вчерашнюю рубашку — ткань обнимала его плечи, подчёркивая рельеф мышц. Пальцы дрогнули, когда застёгивала блузку. Хотелось прикоснуться к нему снова.

Зимнее утро ударило в лицо морозной свежестью. Снег хрустел под ногами как сахарная вата. Кирилл взял мою руку — его ладонь обжигала даже сквозь перчатку.

— О чём думаешь? — спросил он, ловя мой взгляд.

— О том, что ещё вчера мы были просто... знакомыми, — я запнулась, подбирая слово. — А сегодня идём и держимся за руки, будто так было всегда.

Он остановился, развернул меня к себе. Его глаза — серые, с золотистыми крапинками — смотрели так пронзительно, что внутри всё сжалось.

— Может, так и должно было быть? — хрипло спросил он, большим пальцем поглаживая мою щёку. — Просто мы слишком долго ходили вокруг да около.

Сердце застучало как сумасшедшее. Я подалась вперёд, утыкаясь носом в его шарф. У подъезда Кирилла мы замерли. Он притянул меня к себе, обхватив затылок ладонью. Поцелуй — глубокий, требовательный — заставил колени подогнуться.

— До вечера, Вера, — прошептал он мне в губы, и моё имя в его устах звучало как обещание.

— До вечера, — эхом отозвалась я, чувствуя, как внутри разливается тепло.

Когда он скрылся за дверью, я прикоснулась к губам. Они горели, хранили его вкус. Господи, я как подросток.

Глава 26. Когда мир стал ярче

В кофейне всё было, как обычно, но мир вокруг изменился. Цвета стали ярче, звуки — чётче. Я двигалась словно в танце, напевая под нос какую-то мелодию.