Эволюция Генри 3 (СИ) - Ильин Владимир Леонидович - Страница 43

Вцепившись в руль, я громко засмеялся — вслух, всласть, выбирая между злостью, бешенством и иронией над самим собой.

«Ну да, переиграли», — хмыкнул я, успокаиваясь. — «А чего ты хотел?..»

Я хотел сделать больно определенному кругу лиц, но после смеха мысли об этом уже не казались планом к действию.

Надо привыкать, что все врут — а когда в деле замешана собственная шкура, изворачиваться будут даже в мелочах. Впрочем, отрицательный результат — тоже неплохо. Поездка заняла куда меньше времени, чем осматривать талантом весь поселок. Там бы на несколько часов затянулось — а то и до рассвета. Ничего не потерял.

Впрочем… Меня же просили заходить в любое время?.. Или не в любое, а просто заходить?.. Как его, Томас?..

Вот и задам ему вопрос, чего это я беру вещь с особенностью, а «голос в голове» на нее не реагирует, словно она самая обычная — например, не дает способности трупу шастать с пробитой башкой…

Я хлопнул дверью, выходя под порывы ветра, набегающие с гор. Светили звезды — чуть более тускло, чем раньше. Исход ночи, наверное…

Ежась от холода, запустил руки в карманы. Наткнулся рукой на «пульт», ощупал его…

«И ведь — полное молчание», — хмыкнул я задумчиво. — «А ведь — амулет полноценный. Когда прибор из Амелии попал в руки — тоже никаких объявлений не было…»

Вспомнилась дверца, ведущая к тайнику в сейфе казино в Сан-Франциско — она не давала таланту проникнуть внутрь, но тоже на ощупь была «обычной».

Что их может объединять?.. Да понятно, что.

«Да просто это вещи, сотворенные возвышенным. Видимо, там есть защита от обнаружения».

Короче говоря, к церкви подходил уже с готовой версией.

Постоял на дорожке, ведущей ко входу — пожал плечами. Уже и заходить-то смысла совсем нет. А уж будить кого-то — тем более.

«Может, они больничный покой тоже скрыли, как сейф?..» — Донеслась ленивая мысль.

Да нет — я эффект «проскока» мимо пространства хорошо изучил. Не было тут такого. Так что — разворачиваемся и едем пришпиливать арийского нациста к койке.

— Генри? — Донесся чуть хриплый голос в спину.

Человек тут же откашлялся и повторил мое имя с легким удивлением.

— Томас? — Повернулся я к нему, узнав. — Извините, если разбудил. Оказался рядом, но пока что, — посмотрел я на звезды, — слишком рано.

— Да ничего, я не спал. — Поправил он серый плед, накинутый на одеяние священника. — В городе взрыв, вы слышали? Всех подняли по тревоге.

Ну, я уже извинился, что разбудил…

— Слышал. Веселое у вас место.

— Обычно у нас спокойно, — словно оправдываясь, подошел Томас ближе. — Может, чаю?

— Спасибо, но я, пожалуй, поеду.

— Но вы ведь заехали не просто, чтобы поздороваться? — Улыбнулся тот. — Особенно в столь ранний час.

— Да был один вопрос. Но, кажется, пока шел — сам с ним разобрался.

— Если не хотите заходить — можно присесть на скамейку. Честное слово, я сам хотел подышать воздухом — прошу, составьте мне компанию. А я обещаю ответить на ваш вопрос в меру возможностей, — повернулся он к скамье, расположенной на полянке меж двух кустарников.

Туда вела прихотливо вьющаяся дорожка, но «носитель святости» неспешно пошел напрямик. Я направился следом — раз пообещал, отчего не воспользоваться?

Уселись — скамейка широкая, не тесно. Есть даже спинка, но слегка влажная из-за ночной свежести.

— Так что за вопрос вас тревожит в этот ранний час, Генри? — Смотрел церковник на наши следы в примятой траве.

Я набрал воздуха в легкие, только спросил не то, что планировал. Но сделал это искренне — и пожалуй что действительно нуждался в ответе.

— Есть один человек. Бесит невероятно. Постоянно думаю, как бы от него отделаться. Потом смотрю — он снова в моих мыслях, планах… Когда рядом — раздражает. Когда рядом нет — пытаюсь вернуть.

Церковник покивал головой, глядя вопросительно.

А, я же и вправду не задал никакого вопроса…

— Это — плохой человек, Томас. Крови за спиной — не меряно. — Лязгнул я зубами. — Я удерживаю его от неприятностей, но не всегда получается. А как вляпывается — отчего-то тащу из болота. Зная, что вляпается еще раз, а то и несколько! Зная, что лучше бы просто отвернулся и ушел… Почему я это делаю?

— Вы — хороший человек, Генри. Поэтому. К этому ответу вы пришли, пока стояли на тропинке? — Улыбнулся Томас.

— Нет… Вообще, я хотел спросить, почему некоторые амулеты в руке отзываются описанием, а некоторые — нет, но… Этот человек и тут все испортил, — нахмурился я.

— И какая ваша версия?.. — Заинтересованно смотрел носитель священства.

— Не знаю… Может, я верю, что могу повлиять на людей…

— Про амулеты, — поправили меня.

— А… Рукотворные с защитой, поэтому не определяются.

— Вы догадались абсолютно верно. Тем, кто вступил на путь создания амулетов, и так нелегко. Это ведь не защитный и атакующий талант, а довольно бесполезный на первых порах навык. Ведь надо найти редкие реагенты для создания амулетов и как-то продать свой труд. Природные амулеты всегда сильнее и дешевле созданных, поэтому одиночки крайне редки. Сокрытие названия, имени создателя и способа действия — единственное, что дает созданной вещи преимущество. Можно взять талант на опознание сокрытого, но тратить под это талант — избыточно.

«Да тут не поймешь, на самом деле — избыточно или нет… Взял бы — не ломал бы голову над мачете».

— И на сколько уровней стоит сокрытие? Я имею ввиду — с какого-то уровня свойства созданного амулета можно будет посмотреть?

— Обычно — четырнадцать уровней преимущества.

Я присвистнул:

— Нехило.

— Ну а что вы хотите?.. Создатели амулетов очень сложно прогрессируют по уровню — обычно они находятся при крупных объединениях, снабжающих их сырьем. Да и там не балуют возвышениями — их дело приносить доход… А что касается девушки, из-за которой вы ломаете голову — пригласите ее на свидание, — завершил Томас, слегка хлопнув ладонями.

Переход был столь неожиданным, что я чуть вздрогнул.

— Почему — свидание? — Нахмурился я.

— Потому что в качестве просто спутника она вас не устраивает, — пожал тот плечами. — Возможно, ее — тоже.

Ее бы устроил восторженный раб, лобызающий туфлю…

— Вы не понимаете, — поморщился я.

— Генри, — по-доброму смотрел носитель священства. — Много ли сил и времени вы потратите на одно свидание?

— Да нет, — вздохнул я.

— А уж если потратите, попробуйте посмотреть на нее как на девушку. Относитесь к ней как к простой девчонке. Если ничего не выйдет — расстаться будет проще.

— Ничего не выйдет, — убежденно сказал я.

— Но вы обещаете, что приложите все силы? — Строго спросил Томас. — Никаких объявлений исчадием ада, подсчета трупов и просьб к официанту принести крови со льдом?

— Да она моей обходится.

— Генри!

— Какая у вас, однако, богатая практика…

— Просто обещайте.

— Обещаю, — вздохнул я, повесив голову.

— Отлично, — повеселел носитель священства. — Вторая хорошая новость за ночь.

— Какая первая? — Посмотрел на него.

— Посмотрел на отпечатки ваших ботинок — они больше, чем у преступника, взорвавшего здание правительства. Мне приятно знать, что это были не вы, Генри.

А, то есть мы топтали его лужайку с умыслом… Надо привыкать, что тут все ушлые.

Пригласить Амелию на свидание… Да она ж сама себе мозги промывает — какие тут могут быть отношения?..

Ей любой парень — только щелкнуть пальцами. А я — буду мешать. Я злой человек, у которого строгий поводок к ее шее.

Но раз обещал — схожу.

На душе отчего-то стало легче, светлее.

И даже небо засветилось теплым желтым светом — предвестником рассвета… Только почему-то на севере, а не на востоке.

Следом пришел отзвук ударной волны, и желтый свет опал, возвращая ночь на место.

Резко вскочил на ноги Томас, и я за ним следом.

— У вас есть машина, Генри?

— Да, — после некоторой оторопи, забеспокоился я.