Эволюция Генри 3 (СИ) - Ильин Владимир Леонидович - Страница 38

— Да, госпожа, — расплакался Мануэль.

— Не плачь, ты храбрый воин! — Смягчился голос женщины. — Благодаря тебе, катастрофы удалось избежать. Груз все еще у вас. Ты сильно вымотался и хочешь спать. Ты уснешь неглубоким сном и скоро проснешься. А когда очнешься, не вспомнишь ничего, кроме моих слов.

— Да госпожа, — единственное, что повторял боец.

— Теперь спи, — попросила его женщина.

И Мануэль, понятно, отрубился.

— Надо бы его оттащить к «Хамви», — хмыкнул Лиам, оборачиваясь в сторону своих машин. — Дэниель, Леви! Бездельники, а ну ко мне!..

Оттуда, понятно, никакого звука не донеслось — ни согласных «сейчас, шеф!», ни звуков шагов. Некому было.

Зато хрустнули кости черепа, и владелец необычного временного таланта шлепнулся на колени с пробитой башкой. Дернулся бизнесмен, пытаясь неловким движением сдернуть автомат с плеча, и упал рядом.

— Ты подчиняешься мне! — Грохнуло волевым женским голосом.

«Внимание! Ментальное воздействие, уровень семь: „Рассказчик правды“. Степень эволюции таланта ниже на два и более уровня! Заблокировано».

— Правда в том, что вы мертвы, — глухо выговорил я, отшагнув в сторону.

Было легкое разочарование внутри — надо бы, по уму, расспросить, кто они и чего хотят. Но брать в заложники менталиста — бестолковая идея. Сломаешь челюсть — не сможет разговаривать. Не сломаешь челюсть — любой, случайно оказавшийся рядом человек, станет ей слугой. Да и зачем мне эти знания?..

«Блокиратор таланта всадить…» — Подсказал я сам себе, глядя на труп сверху вниз. — «В следующий раз — обязательно…»

— Гильермо! — Вновь накинув на себя образ Паоло, позвал я.

Паренек дернулся в кабине, но голоса не подал.

— Все закончилось, — устало объявил я.

Хотя как закончилось — один из людей дона Мигеля должен был присматривать за всем со стороны. И наверняка передал тревогу — было бы странно, если бы рация, ему оставленная, не добивала до базы. Так что скоро тут будет вся местная кавалерия.

И грузовики достанутся им — если не поторопиться.

Несправедливо как-то. Надо хотя бы один забрать, а лучше бы — оба.

— Гильермо, мелкий негодник! Ты живой? Это Паоло!

В кабине дернулись, словно собрались выглянуть, но вновь замерли.

— Надо перегнать грузовики. Хорош дергать свой понтовый «Браунинг» и мой «Кольт» оставь в покое. Пристрелишь дядьку, — смягчил я голос.

А что — возрастом вполне годился в дядья, а у латиносов все всегда на родстве завязано.

— Дядя Паоло! — Поднялся из-за руля Гильермо, глядя в окошко, а затем дернул ручку двери.

— Не выходи из машины. — Остановил я его. — Ехать можешь, ноги не дрожат?

— Нет. — Но голос все равно сорвался.

— Я за руль другого грузовика, ты за мной. Надо отогнать их в город.

— А почему не домой?..

— Нас предали, Гильермо. Нельзя нам назад. Укроем грузовики в городе, потом вернемся-разузнаем. Жди, я кузов закрою! — Заметил я распахнутые двери.

И побежал закрывать ставни — сначала у грузовика с оружием, который уже окрестил «своим». Потом к грузовику с клинками — что-то с ними не так, раз за них готовы оставить кучу оружия… И нагромоздить груду трупов.

Хотел уже запирать, как заметил оставшийся на капоте ящик — из него как раз доставали клинок двое бизнесменов в последние минуты жизни.

Ящик — тоже в кузов. Клинок, которым один зарезал другого… Кстати, где он?.. Не было мачете. И труп с пробитым Спицей глазом — тоже отсутствовал.

«Мистика какая-то», — ощутил я неприятное ощущение в животе.

А если не мистика, то есть девятый среди покупателей, который оттащил труп в сторону… На всякий случай, я присел у колеса внедорожника, укрывшись им, и огляделся талантом.

Беглец тут же отыскался — футах в трехстах на восток, брел себе от нас, волоча в руке мачете… Приблизил, оглядев беглеца еще раз — отметил дырку на месте глаза. М-да…

С таким ранением не живут, а этот — ничего, шагает по прямой, подальше отсюда… Ну хоть девятого нет.

«А у этого, видимо, талант на живучесть», — констатировал я. — «Ну и хорошо, что живой — будет кого расспросить… Если мозги не повредились — живучесть она такая, живым овощем тоже можно остаться…»

Судя по походке, так с ним и случилось.

Я шустро закрыл засов на двери, посмотрел талантом в соседнюю кабину — Гильермо стволы отложил, держался за руль, но то и дело с тоской поглядывал на раскиданные по асфальту тела своих.

Вроде как стрелять в меня не будет — сделал я главный вывод и занял место в кабине второго «Ниссана». Ключ любезно был оставлен в замке зажигания — а японский движок, по счастью, был живее всех живых. И даже колеса не пробили — аккуратно расстреливали, сволочи…

Развернув грузовик, я поехал в сторону одиноко бредущего человека с мачете в руках. Хотел садануть его по спине дверью, но тот неожиданно резко развернулся и полоснул по металлу клинком.

Часть железа двери упала на асфальт, а я, признаюсь, от удивления газанул совсем уж сильно.

Зато Гильермо понял все по-своему и просто переехал чужака…

«В общем, с языком не свезло», — стоял через какое-то время возле раздавленного трупа, все еще держащего мачете в руках.

— Дядька, — шепнул Гильермо, все-таки вылезший из кабины, хотя я окриком попросил его остаться на месте. — Так он шевелится, — сглотнул паренек и истово перекрестился.

Я уже было хотел подойти и выбить клинок из рук мужика — что-то с мачете реально не так, раз оно сталь так режет, но замер после его слов.

Присмотрелся — и действительно, подрагивают пальцы, руки.

— Добьем, чтобы не мучился. — Собрался я призвать Спицу.

Но рядом лязгнул несколько раз «Браунинг» мальца, размазывая голову чужака по асфальту.

«Ну или так…»

Только этот, тварь такая, вместо того, чтобы окончательно сдохнуть, широко отмахнулся клинком. Без башки. Будучи перееханным грузовиком. Ненормальная ситуация. Или…

— Гильермо, отстрели ему руку с мачете.

Паренек не с первого раза, но справился — рука с клинком отлетела в сторону.

А труп — начал себя вести как труп: из многочисленных ран потекла кровь. Жуткое зрелище.

— Пальцы все равно сжимаются. — Шепнул Гильермо. — На рукоятке…

— Тебе кажется. Посмертные судороги, — шагнул я вперед, прижал часть руки к асфальту ногой и забрал клинок из слабо сопротивляющихся пальцев.

«Что с тобой не так?» — Махнул я клинком вновь, уже раздраженно отмечая, что никаких новых объявлений внутренним голосом не добавилось. — «Но что-то определенно не так».

— Сильный был у мужика талант, — вместо этого кивнул я пареньку и добавил строгости. — Давай за руль! У нас мало времени!

И не соврал: своим талантом я уже видел кавалькаду машин, формирующуюся внутри мексиканского квартала.

Перед выездом сунулся к Гильермо и забрал у него рацию — пообещав мальцу, что сам буду слушать эфир. Правда, тут же вырубил аппарат, оказавшись в кабине своего «Ниссана».

Окровавленное мачете я положил на пассажирское сидение, отложив разбирательства с ним по крайней мере до спокойного места. Но то и дело поглядывал на заточенное лезвие с опаской, пока выруливал из города.

«Если оно действительно дает бессмертие… А у меня таких — целый грузовик…» — Вымещал я нервы на руле, с силой сжимая ладонями. — «То стоит это, мягко говоря, уйму денег…»

Но везти его к «арийцам» нельзя точно. Боюсь, что заплатить они захотят ровно так, как местные покупатели — неожиданным видом смерти.

«Все равно вы уезжаете если не сегодня, то завтра», — вспомнились слова тамошнего босса.

Ну и если переселимся под землю, то и спрашивать «где ваши гости» никто не станет. Уехали — и точка…

Короче, неспокойно на душе — и от отсутствия понимания, знают ли «арийцы», что именно в кузове. Знают ли о истинной ценности… Эта уж мерзкая моя черта — думать о людях только хорошо вплоть до момента, как они обернутся гнидами…

Треть мне пообещали слишком легко — надо исходить из этого. А это значит, что: либо не собирались платить — если понимали свойства клинков. Либо треть оплатили бы оружием, которое приперли бы покупатели — как только подняли бы эту самую цену на треть…