Эпоха Опустошителя. Том VII (СИ) - Павлов Вел - Страница 66

Один за другим силуэты небожителей Аххеса материализовывались на тронах и неспешно сходили с собственных престолов навстречу иномирцам. Рост каждого божества достигал полноценных двух с половиной метров, а у Ареса он явно был малость побольше. Сошедшие обереги фонтанировали могущественной аурой, а облачены оказались соответственно встрече. На одеяниях каждого имелся отпечаток их могущества или же отблеск направления их сущности.

Арес снизошел в полном боевом доспехе, но первое за что цеплялся взгляд оказался прямой вертикальный шрам на правой стороне лица бога Войны. А такой рубец мог означать только одно: какой-то серьёзный противник умудрился нанести это увечье на саму сущность бога. Танатос казался таким же мрачным, как и его мантия, но полуусмешка на физиономии у седовласого бога располагала к себе. Будто очень и очень близкая смерть. Богиня справедливости отличалась от своих соратников и имела более человечный образ.

Тем не менее звучал смех бога Войны недолго. Практически следом ему на смену пришел бархатистый женский голосок со слабой хрипотцой. Да, помимо Фреи, Иштар и Тиамат, Темида славилась умопомрачительной красотой не только в божественном обличии, но и в человеческом. Один взгляд покровительницы справедливости мог влюбить в себя любое враждебное воинство.

— Как всё-таки скоротечны годы. Еще совсем недавно врата между мирами только зародились, и мы поспешили во всём разобраться, а сейчас мы в шаге от того, чтобы заключить союз. Я необычайно рада данному факту.

— Ты полностью права, Темида, — хмыкнул одобрительно Зеантар. — Я рад не меньше твоего.

Приветствие между оберегами и хранителями прошло в сдержанной и относительно радушной обстановке, но когда Убийца Богов завидел небожительницу, то пулей рванул навстречу, не забыв учтиво поклониться.

— Мать моя Алина Федоровна! Темида, как и прежде я восхищен твоей красотой и величием! — очаровано выдохнул Драгун, подхватывая протянутую богиней руку. — Не сочти за грубость, но будь моя воля, непременно приударил бы за тобой.

И всё-таки разница в росте давала о себе знать. По меркам многих миров Паллад был высок, но прямо сейчас он едва ли дотягивал оберегу до плеч.

— Отчего же не приударишь? — тихо рассмеялась женщина, прикрывая рот ладонью и принимая игру хранителя. — Вижу с прошлого раза ты ничуть не изменился.

— Боюсь, если начну действовать, то мои жены отрежут мне кое-что очень ценное, — покаялся с невинной улыбкой Драгун. — А я весьма ценю любые части своего тела. К тому же с богиней Жизни и Смерти шутки плохи. Хотя и помимо них имеются те, кто умеет мастерски орудовать острыми железками.

— Ах! Как всё же жаль, — с наигранной тоской и обидой вздохнула Темида, глядя на хранителя Орсилая. — Именно так всё всегда и происходит. Стоит найти достойного жениха, как я сразу же остаюсь ни с чем.

— Может оно и к лучшему, Паллад⁈ — гулко расхохотался Арес с весельем взирая на романтическую сцену и вклиниваясь в беседу. — Темида хоть и хороша собой, но тоже на многое горазда. Одним словом — женщина! Это сейчас она остепенилась, а видел бы ты её тысячелетия три-четыре назад…

— Тебе вообще следовало молчать, Арес, — хмыкнула насмешливо покровительница справедливости. — Вспомни себя молодым.

— Давно это было, — закряхтел по-стариковски бог Войны, прохаживаясь из стороны в сторону и отдаваясь прекрасным грёзам былого. — Есть что вспомнить. Сейчас меня мало что радует, — вдруг пожаловался оберег хранителям. — Пока блуждаешь по необъятному Астралу время летит будто комета, а стоит вернуться назад на Вечное Ристалище, как одно поколение людей уже сменило другое.

— Перестань роптать, — прохрипел недовольно Танатос. — Паллад и Зеантар прибыли сюда не для того, чтобы выслушивать твои жалобы.

— Кстати, — спохватилась внезапно Темида, глядя на иномирцев. — А где Аллейда?

— Увы, — поморщился Паллад. — Наша любимая хранительница Мерраввина отсутствует. Запропастилась куда-то, — а после как бы невзначай указал на бога Войны. — Может быть, гуляет по Астралу как Арес? Мы с Захаром не шибко любим грешить похождениями по тонкому миру. Шкурка… тонковата.

— Смертность — как дар, так и проклятие, — усмехнулся бог смерти.

— Не поверишь, Танатос, но пока не жалуюсь, — развёл руки в стороны Драгун, переглянувшись с криво усмехнувшимся Захаром. — Я более чем наслышан о божественности от своих девочек. Благодаря женам я могу заполучить божественную искру в любой момент, но подобная сила наложит очередную уйму ограничений.

— Но в итоге твои жени богини переживут тебя. Переживут других твоих супруг. Переживут ваших общих детей, — заметила колко богиня Справедливости. — Смертные вроде бы говорят, что родители не должны пережить своих отпрысков.

— Поверь, Темида, тысячелетие-полтора я протяну. Мои дети спокойно проживут пару-тройку сотен лет. Само собой, моими стараниями и стараниями моих жен, а к тому времени мы что-нибудь придумаем. Не так ли, Зеантар?

— Я не намерен жить вечно и не желаю подобного, — спокойно отозвался хранитель Земли. — Память обо мне будет жить в моих детях. Этого для меня достаточно.

— Какой же ты всё-таки зануда, — скривился безрадостно Драгун.

Над сводами зала вновь зазвучал грохочущий смех Ареса и тот крепко сжал плечо князя Лазарева.

— Мне импонирует твой подход, Зеантар. Очень импонирует.

— Ладно, дамы и господа, — вдруг хлопнул в ладони Паллад, окидывая присутствующих задумчивым взором. — Приступим к тому, для чего мы всё тут собрались. Захар, начнешь?

— Без проблем, — невозмутимо изрёк хранитель Земли, глядя на оберегов. — Арес, Танатос, Темида, насчёт вашей главной и основополагающей просьбы. Мы с Палом многое обсудили и более чем согласны на то, чтобы не распространять своё влияние на ваш мир.

— В таком случае мы не будем распространять своё влияние на ваши миры и запретим паломничество нашей паствы, — с радушной улыбкой отозвалась Темида словно была готова к такому исходу.

— Что насчёт остальных смертных? — полюбопытствовал Танатос.

— Не вижу никаких препятствий. Альбарра и Земля продолжат обмениваться опытом и знаниями. Каждый может использовать полученную информацию по собственному усмотрению. Времени с момента сотрудничества прошло немного, но надеюсь, через пару-тройку лет врата заработают в полную мощность и каждый сможет беспрепятственно путешествовать из мира в мир.

— Всё бы хорошо, но боюсь, имеется один важный момент, Зеантар, — мрачно пробасил бог Войны. — Какое-то время путешествовать земляне смогут лишь по Аххесу.

— К чему ты клонишь? — не понял того Паллад.

— Думаю, вы в курсе, что мы правим на Аххеса, — подался в объяснения Танатос. — За другие пантеоны мы не можем говорить. Скорее всего, вам известно, что мы между собой, мягко сказать, не ладим. Для нас троих, — указал оберег Смерти на себя и соратников, — уже не секрет, что и другие высшие существа присматриваются к вам.

— Танатос прав, — согласно кивнула покровительница Справедливости. — Вероятнее всего в скором времени к вашим эмиссарам будут поступать различные просьбы от других пантеонов. Само собой, сотрудничать с ними или нет решать только вам…

— Однако есть какие-то «но», — хмыкнул Лазарев, встречаясь с Темидой взглядом.

— Твоя прозорливость не может не поражать, — радушно кивнула тому женщина.

— Говори, Темида, — махнул рукой хранитель Земли. — Не увиливай.

— Разумеется, мы не можем запретить вам взаимодействовать с нашими соседями. Однако, когда дело дойдет до прямых бесед с Севером или же Иерихоном, то мы трое надеемся, — переглянулась Темида с оберегами, — что в переговорах с ними вы будете придерживаться более жесткой позиции. Всё-таки пространственные врата находятся на нашей территории, а с тем же Севером и Иерихоном мы враждуем.

— Я могу предложить вариант, который устроит всех здесь находящихся, — спокойно отметил князь Лазарев после недолгих раздумий. — Когда дело дойдет до прямых переговоров с другими оберегами, кто-то из вас может присутствовать на данных мероприятиях. Мы хотим избежать любого недопонимания. Не забывайте, мы гости, а вы хозяева. Пока врата находятся на вашей территории последнее слово останется за вами.