Эпоха Опустошителя. Том VII (СИ) - Павлов Вел - Страница 35

« Нет… Нет! НЕ-Е-Е-ЕТ!!! — заверещала страшно потерянным голоском спата. — КРОШКА РАЗРУХА! НЕТ…»

Одна из сестёр Альяны. Одна из орудий Древних, что могла повергать своей мощью самих оберегов. Та, кто носила имя «Руна Разрушения», испустила свой последний облегченный выдох после многовековой пытки. Лишь в распоследний момент я увидел, как на лице у светловолосой девушки расцветает широкая улыбка. Улыбка, в которой была заключена тысячелетняя агония и тоска. На миг она стала прежней. Я вновь лицезрел её обворожительный облик и в тот же миг ощутил, как нечто умирает в моей душе. Нескончаемая усталость и боль с личика крошки Разрухи исчезли, как дым на ветру, а вместе с ними полностью развоплотилась и сестра Альяны.

— Здравствуй и прощай… крошка Разруха, — сдавлено сглотнул я горький ком в горле. — Ты вытерпела достаточно. Спи спокойно…

Глава 14

Гибель и агония…

« НЕТ! КАК ЖЕ ТАК? Это же сталь… Сталь Древних! — впадая в крайнюю истерику закричала истошно Альяна. — ЕЁ НЕВОЗМОЖНО РАЗРУШИТЬ… ЕЁ… ОНА ЖЕ… НЕТ! НЕТ! КРОШКА РАЗРУХА… Я… Я НЕ ВЕРЮ…»

Из-за пережитого и услышанного все ожидания ухнули куда-то в бездну отчаяния и тотального неверия. Лишь после гортанного вскрика спаты и тщательного анализа, я мрачно выдохнул. В последний момент перед тем, как забрать Руну Разрушения из подпространства, протест ощутил нечто загадочное и ужасающее. Чью-то сдерживающую и коррозийную силу.

— Сталь Древних действительно несокрушима, — удрученно прошипел я сквозь зубы, сжимая обломки скимитаров в ладонях. — Но если воздействовать на неё столетиями и тысячелетиями силой оберегов, то погибнут и такие как ты, малышка…

Время всё еще находилось в замедленном состоянии, но замедлилось оно еще больше, когда я спустился в глубины внутреннего мира и тотчас заключил Альяну в объятия. После случившегося на девушку стало жалко смотреть. Растрёпанные волосы и раскрасневшиеся глаза были меньшим из зол. Сейчас она едва ли могла поддерживать даже визуальную форму.

— СКОТЫ И УБЛЮДКИ! ОНИ МУЧАЛИ ЕЁ НЕ ГОДАМИ, А ТЫСЯЧЕЛЕТИЯМИ! – продолжала надрываться Руна, прижимаясь ко мне словно я был последним спасательным кругом во Вселенной. — КАКИЕ ЖЕ ОНИ ВСЕ БЕЗДУШНЫЕ МРАЗИ! ТЕ КРИКИ, ЧТО Я СЛЫШАЛА БЫЛИ НЕ НАСТОЯЩИМИ, А ФАНТОМНЫМИ! ОНА… ОНА СТРАДАЛА… ОНА ПОГИБЛА ДАВНЫМ-ДАВНО, НО ЕЁ БОЛЬ И АГОНИЯ ПРОНИЗАЛИ СТЕНЫ ПРОКЛЯТОЙ АКАДЕМИИ НА ДОЛГИЕ-ДОЛГИЕ ГОДЫ…'

Язык не поворачивался. Мне нечего было сказать, ведь злоба и свирепость Руны сейчас походила на бескрайний океан. Я был с ней полностью солидарен. Моя собственная ярость множилась на её. Сейчас я едва ли мог себя сдерживать. Контроль медленно угасал как тусклый огонёк свечи на сквозняке.

— Мы… мы лишь инструменты, Ранкар! ИНСТРУМЕНТЫ! – истерично завопила та, начиная безудержно рыдать, уткнувшись мне в грудь. — Мы не виноваты, что нас такими задумали! Мы оружие, а оружие не убивает по-своему желанию. Мы подчиняемся во всём носителям. Перенимаем их характер и повадки. Зачем нас убивать⁈ За что убили мою сестру⁈

— Я клянусь тебе, что мы отплатим им в тысячекратном размере, — как можно теплее прошептал я, с нежностью сжимая заплаканное личико спаты ладонями и заглядывая в бездонные тёмно-фиолетовые глаза. — Верь мне, малышка.

— Это он, Ранкар! Он виноват! Матиас Аннак! — слёзы продолжали литься из призрачных глаз Альяны, но её злоба не знала границ. — Он точно знал! ЗНАЛ! Они все знали! ОНИ ВСЕ ДОСТОЙНЫ СМЕРТИ! ВСЕ ОБЕРЕГИ! ЭТО ИХ СИЛА! ИХ БОЖЕСТВЕННАЯ СУТЬ! ОНИ ВОЗОМНИЛИ СЕБЯ ВСЕМОГУЩИМИ, НО НА САМОМ ДЕЛЕ ВСЕ ОНИ ОБЫЧНЫЕ ПИЯВКИ И ПАРАЗИТЫ! БЕЗ ВЕРЫ СВОЕЙ ПАСТВЫ ОНИ НИКТО И НИЧТО!

— Мы отплатим им, красотка. Обязательно…

Однако не успел я закончить, как слёзы еще сильнее брызнули из глаз девушки. Альяна словно стала меньше и начала неторопливо оседать на траву призрачной ночной лужайки, а вместе с ней присел и я, аккуратно прижимая спату к себе, но затем замогильный голос Руны поверг мои мысли в еще больший хаос.

— Получается… три другие мои сестры тоже… пали. Руна Разорения, Руна Смерти и Руна Погибели… Значит, крошка Рина, Мер и Бель… ушли. Я… последняя…

Казни Сущее, Ярвир! Не может быть!

— Мы этого пока не знаем точно, малышка, — попытался успокоить я подругу, невольно сглатывая.

— Ступай, Ранкар, — безжизненным голосом прошептала спата и прежде, чем отпустить меня, лишь крепче прижалась к моей груди. — Я не могу позволить, чтобы это горе забрало еще и тебя. Возвращайся назад! – чуть более решительнее выдавила она из себя. — Нам нужно выбираться отсюда… Я буду оплакивать сестру позже.

Возвращение в реальный мир произошло как по щелчку пальцев. Обломки двух коротких черных скимитаров отправились в пространственное кольцо. Но делал я это не в расхлябанной манере, а очень бережно. Уложил останки Руны Разрушения в самый дальний угол кольца.

В одном Альяна оказалась права. Нужно выбираться пока есть время. Однако гамма чувств пожирали нутро. Боль, горечь и ярость Руны слилась с моими негативными эмоциями. Хотелось убивать. Хотелось рваться вперед и лить кровь, но каким-то чудом голос спаты отрезвил частично сознание.

« Спасибо тебе, мой разоритель, — опустошено шепнула девушка. — Ты так рисковал, а всё оказалось тщетно…»

Мы вернем им всем боль крошки Разрухи. Даю тебе слово, малышка.

Время вновь вернуло себе владение над реальностью и узилище уже покойной сестры Альяны превратилось в ожесточенное противостояние между инферийцами и тремя риаритовыми стражами, а я же на всей скорости устремился прямиком к дыре, чтобы вновь начать свою игру в «рудокопа».

Более пяти десятков демонических одарённых, что были облачены в доспехи манора Разрушения, выступили из разлома подобно огненной волне под множеством пламенных щитов. Как ни странно, но вёл их именно Вальгрон.

Верховный демон манора Пылающей Стали оказался первым, кто принял удар одного из големов на себя. Одна атака такого изваяния могла стереть в порошок сотню Кровных Высших. Риарит является слабым местом любого мага и эссенциала. Противостоять такому существу то же самое, что и тушить огонь сухими ветками.

То, что открылось моему взору было битвой на выносливость. Порой казалось, что Вальгрон и еще пара смутно знакомых мне Верховных вот-вот лишатся жизни, но в последний момент старика и его соратников укрывали десятком щитов «свежие» демонические одарённые. Причем действовал отряд вторжения весьма слаженно. Маги на глазах теряли сознания из-за перенапряжения, но их быстро утаскивали за разлом и тотчас появлялись новые силы. Лишь единожды мне удалось встретиться взором с Вальгроном. Старикан успел выдавить слабую улыбку и приветственный кивок и в ответ получил от меня аналогичный жест.

Именно на данной ноте я и хотел покинуть проклятое узилище, но когда намеревался свалить, из разлома внезапно выстрелила лавина ядовито-изумрудного пламени и один из големов, с обликом бога смерти Танатоса, отступил на полшага назад, а сам я невольно замер от увиденного и слегка расширил глаза, ведь из бреши в пространстве появился силуэт правительницы Лавалара, а следом за ней пожаловала и вездесущая Навия.

Искрида Опаляющая находилась в своём истинном обличие и с ног до головы была окутана в массивные доспехи с опознавательными знаками манора Разрушения.

Мириада сраных бед! Какого причиндала ОНА тут забыла?..

Эмоции и без того находились в расшатанном состоянии, но присутствие в таком месте Кровной Верховной вывело сознание напрочь из себя, а через секунду наши взгляды неумолимо встретились и дочь Марагны сделала нечто более глупое.

Под защитой постоянно разрушающихся и возводящихся массивов она как ни в чем не бывало двинулась в моём направлении, а я в свою очередь рванул в её, прибегая к отработанной тактике — вонзая клинок в грудь.