Ивы зимой - Хорвуд Уильям - Страница 9

III ПЕРВЫЙ ПОЛЕТ ТОУДА

— Может, все-таки посмотрим? А вдруг он уже не дышит? — осторожно поинтересовался Портли, глотая слюнки при виде остывающего завтрака.

— Ну… — начал было Выдра, чьи добрые намерения в отношении отсыпающегося Рэта тоже подвергались сильнейшему испытанию ароматами еды.

Этого оказалось достаточно. Портли и Племянник Крота метнулись в спальню и вежливо, но настойчиво стянули плед с кровати, на которой Рэт спал в эту ночь.

— А его нет, — удивленно сообщил Портли. — Дверь открыта, а Рэта нет.

— То есть как — нет? — воскликнул Выдра. — Как это нет?

Краткий осмотр спальни, других комнат домика и открытая входная дверь подтвердили истинность показавшегося поначалу абсурдным предположения. С замирающим сердцем Выдра, его сын и Племянник Крота выскочили на улицу.

— Ой-ой-ой! — закричал Выдра, показывая на цепочку следов водяной крысы, отпечатавшихся на подтаявшем снегу. — Это его следы, а значит, он пошел на речку.

— Но зачем? И почему он никого не предупредил?

— Я боюсь худшего. Самого страшного, — подавленно сказал Выдра. — Эх, ну почему я не присмотрел за ним! Мог бы и догадаться. Сокрушенный исчезновением Крота, измученный ночными кошмарами и черными мыслями, он несомненно пошел к реке, чтобы… чтобы…

— По крайней мере, плавать он умеет не хуже рыбы, — напомнил трезвомыслящий Племянник. — И все же я предлагаю попытаться догнать его — так, на всякий случай.

— Логично, — заметил Выдра, возвращаясь к реальности. — И весьма разумно. Ты рассуждаешь совсем как наш Крот. Именно так мы и поступим.

С этими словами они втроем изо всех сил бросились бежать к реке, оступаясь и падая в вязкой грязи, скрытой подтаявшим снегом. При этом каждый мрачно смотрел не себе под ноги, а куда-то вперед, словно заклиная реку быстрее появиться перед глазами.

Дорога показалась им бесконечной. Но вот впереди мелькнули знакомые кроны ив, вот появилась кромка берега, а вот и сама река, почти освободившаяся от первого, еще не окрепшего ледка, предстала во всей своей суровой красоте.

— Его нет! — простонал Выдра. — Потрясенный обрушившимся на него горем, не смирившийся с потерей друга, наш Рэтти…

Неожиданно, повинуясь указующему персту Племянника, Выдра замолчал. Взорам взволнованной троицы предстало действительно необыкновенное зрелище.

Там, на самой кромке воды, среди обледеневших камней и острых ломаных льдинок, сидел с закрытыми глазами Рэт, опустив задние лапы в холодную реку, задрав голову и устремив мордочку вперед и вверх. Время от времени он наклонял голову то в одну сторону, то в другую, словно прислушиваясь к тому, о чем говорила вода. Передние лапы Рэт разводил в стороны, то сжимая их в кулаки, то расслабляя пальцы, — было видно, что так он помогает себе в каком-то важном, но невидимом деле.

— Что это с ним? — спросил Портли. Выдра приложил палец к губам, призывая сынишку к молчанию. Они сели втроем на кромке берега и молча сидели так некоторое время в это прекрасное солнечное утро, глядя на великолепный пейзаж с полной свежих талых вод рекой, чуть поднявшейся, но еще никак не угрожавшей разлиться или подмыть берег.

— Лично я всего один раз видел его в такой момент, — прошептал Выдра. — Так что для нас это большая честь и удача. Вы еще своим детям и внукам будете рассказывать, что присутствовали при том, как Рэт Водяная Крыса говорил с Рекой. Да-да, это они говорят друг с другом, наш Рэт и Река, и я уверен, что говорят они о судьбе Крота. Так что, как бы долго это ни продолжалось, мы будем сидеть здесь тихо-тихо, чтобы не потревожить ни его, ни ее.

Солнце поднялось выше, по всему лесу зазвенела капель. С ветки на ветку, ниже и ниже, до самой земли летели сверкающие бриллианты капелек, разбивавшихся о нерастаявший снег и друг о друга, превращая лес в огромный оркестр, исполняющий сияющую и переливающуюся всеми цветами радуги симфонию, симфонию надежды.

Наконец Рэт открыл глаза и обнаружил, что стоит по колено в ледяной воде, задрав передние лапы к небу, чуть покачиваясь, как еще не вполне проснувшийся лунатик, забредший во сне неизвестно куда.

Долго стоял он так, неподвижный, и постепенно взгляд его становился все более осмысленным. Рэт смотрел в воду — такую мрачную и пугающую, полную опасностей вчера вечером и такую веселую и искрящуюся теперь; повернув голову вправо, он проследил изгиб реки вверх по течению, посмотрев налево, он проводил ее, убегающую вниз. Наконец Рэт оглянулся и увидел притихшую компанию, неподвижно поджидавшую его на склоне берега под ивой.

Кивнув, он улыбнулся друзьям, давая им понять, что знал об их присутствии и благодарен за то, что они не мешали ему в таком важном деле. Но даже улыбка не смогла согнать с его мордочки печально-озабоченного выражения.

— Крот жив, — произнес он наконец, — абсолютно точно. Река сказала мне это. Но ему плохо, ему нужна помощь, и поэтому мы должны разыскать его. Знаешь, Выдра, я тут придумал план действий. Нужно организовать его поиски и обшарить оба берега вниз по течению до самой плотины. За ней — за ней начинаются Дальние Края, и если он оказался там — что вполне возможно, — то в любом случае это слишком далеко и вряд ли мы сумеем разыскать его там. Вот что я предлагаю.

На мордочке Рэта вновь появилось столь знакомое всем его друзьям выражение серьезной и деловитой Водяной Крысы, Которая Знает, Что Делает.

— Конечно, одни мы с этой задачей не справимся, — признал Рэт. — А значит, нам потребуются помощники. Много помощников. Выдра, ты с Портли останешься на этом берегу и организуешь на поиски Крота кроликов. Они, конечно, ребята туповатые и безответственные, но Крот сделал для их братии немало доброго. Надеюсь, большинство из них не откажется помочь. Начнете вместе с ними прочесывать этот берег, двигаясь потихоньку в сторону острова.

Последнее слово было произнесено почтительно и торжественно, потому что остров был для всех них священным местом.

— А тем временем, — развивал свой план Рэт, — мы с Племянником Крота пойдем к Барсуку. Настало время обратиться к нему за помощью. Как и большинство зверей, он не очень-то любит, когда его беспокоят зимой, но я уверен, что в такой крайней ситуации он не станет на нас гневаться и согласится помочь. В любом случае его авторитет потребуется, чтобы организовать на поиски ласок и горностаев.

— Ласки и горностаи? — забеспокоился Портли.

— Да, они, — без всяких признаков угрызений совести подтвердил Рэт. — Ничего, Барсук сумеет пристроить к делу свору этих жалких, ничтожных тварей. Не скажу, что они будут в восторге, но нам-то что до этого? Главное, чтобы дело делали.

— А как мы будем искать Барсука? — спросил Племянник.

— Предоставь это мне, — успокоил его Рэт. — Давай, Выдра, за дело. И помни, что время не ждет. Крот в опасности, и в любой момент может случиться что угодно, вплоть до…

— Слушай, а как насчет Тоуда? — вспомнил вдруг Выдра. — Может, пошлем кого-нибудь в Тоуд-Холл и попросим…

— Тоуд? — с сомнением в голосе переспросил Рэт. — По-моему, Тоуд — последний, к кому мы могли бы обратиться. Он, конечно, здорово изменился в последнее время, и изменился к лучшему, но, мне кажется, самое большее, что он может сделать для успеха дела и для безопасности Крота и всех нас, — это сидеть в своем Тоуд-Холле и не высовываться. Так что идите за кроликами вдвоем с Портли, а ты оставайся здесь.

Последнее распоряжение было адресовано Племяннику Крота. Сам же Рэт мгновенно сбежал по склону к воде, разбил лапами остатки прибрежного льда и поплыл через реку, скрывшись иод водой. О его движении можно было догадаться лишь по редкому пунктиру пузырьков, поднимавшихся на поверхность и уносимых течением.

Один лишь раз он вынырнул — только затем, чтобы вдохнуть воздуха, и вновь скрылся под водой, чтобы появиться лишь у самого берега на другой стороне реки. Взобравшись по склону, Рэт прямиком направился к своему дому, отвязал лодку, спустил ее в реку и, не переводя дыхания, стал ловко и умело грести к тому месту, где ждал Племянник Крота. Не прошло и нескольких минут, как лодка ткнулась носом в берег у самых лап Племянника.