Последний вздох. Гепталогия (СИ) - Тарарев Юрий - Страница 187

Новиков поднялся в рубку, там встретил вахтенного офицера, который доложил обстановку.

– Капитан, на крейсере в основном ученые, занимаются установкой секретного изделия, экипажа нет, только дежурная смена.

– Хорошо, экипаж скоро будет, веди меня к ученым.

– Проводить не могу, у меня нет допуска, но они в машинном отсеке.

– Ладно, пойду пообщаюсь.

Действительно, на пути к машинному отсеку его несколько раз останавливали автоматические системы, но, сверив коды, пропускали. Бронированная плита машинного отсека отъехала в сторону, открывая взору заставленное аппаратурой помещение и группу людей в центре, склонившихся над каким‑то прибором.

– Добрый день, я назначен капитаном на этот крейсер, кто старший?

От группы отделился один человек в белом халате и подошел к Новикову.

– Здравствуйте, капитан, я Сергей Александрович Белов, создатель вот этого чуда под названием гиперпространственный двигатель.

– Очень приятно, Сергей Александрович, мне поручено осуществить полет на этом, как вы говорите, чуде.

– Вам повезло – первый полет, вы откроете новую эру в космоплавании.

– Когда будет готов к работе двигатель?

– Уже готов, остались мелкие доработки.

– Отлично, кто из ученых полетит со мной, вернее, с гипердвигателем? Его ведь нужно контролировать, снимать массу показаний…

– Вы правы, устройство очень сложное, нам удалось невероятное, но некоторые детали пока не можем объяснить. Он работает, вы сами видели, планета преодолела миллионы световых лет.

– Конечно, Сергей Александрович, может быть, вы в общих чертах расскажете принцип действия двигателя?

– С большим удовольствием, но это займет некоторое время.

– Хорошо, я готов.

– Согласно утверждениям многих ученых, пространство‑время не нечто инертное, а довольно динамичное образование. Под влиянием концентраций энергии пространство‑время может сжиматься и искривляться. Вот это свойство мы и использовали. Создали установку, которая создает в пространстве‑времени такое нарушение, при котором оно будет перед звездолетом сжиматься, а позади него расширяться. Такое искажение толкает звездолет. Посмотрите упрощенную схему устройства, вам станет понятен принцип работы двигателя.

– Действительно, на схеме просто, но чтобы прийти к такому пониманию, пришлось потратить уйму времени.

– Вы правы. Тут можно еще упомянуть основу процесса – квантовую гравитацию. Квантовая физика в целом наука очень непростая и ставит больше вопросов, чем дает ответов. Основу составляет квантовая запутанность и существования квантов одновременно в двух разных точках пространства. Такое свойство частиц дает надежду на создание квантового двигателя, который позволит перемещаться в пространстве практически мгновенно. Есть, правда, побочный эффект, объектов два – один звездолет остается в точке А, а второй, точно такой же, материализуется в точке В.

– И какой же настоящий?

– Вообще, настоящие оба. Я предупреждал: физика очень странная, к ней нужно привыкнуть.

– Удивительно, так просто рассказать о таком сложном устройстве, вы талант!

– Мы же кибдиго, поэтому более чем талантливы, я бы сказал, очень прагматичны. Однако к делу, с вами полетит мой заместитель с группой исследователей, – он подозвал одного из ученых. – Вот, знакомьтесь, профессор Михаил Семенович Сложнин, а это капитан, он будет проводить полевые испытания. Вы полетите с ним. Подберите себе операторов установки, возьмите побольше расходного материала на всякий случай.

– Михаил Семенович, когда вы мне представите операторов, чтобы я знал, кто летит?

– Завтра утром, капитан.

– Хорошо, жду вас вместе с операторами в рубке в восемь утра. Времени на раскачку нет, скоро прибудет экипаж, и самое позднее через сорок часов стартуем.

– Куда летим?

– Маршрут секретный, обсудим завтра. Спасибо за работу, за установку за то, что просветили в этом вопросе, до завтра.

Капитан не стал подниматься в рубку, решив обойти корабль и осмотреть, в полете это делать некогда. На осмотр ушло несколько часов, и тут пришло понимание, что его сподвигло к осмотру. Он подсознательно искал отсек, где сможет разместить спасенных. Они находятся в особом состоянии, скорее всего, в низкотемпературной гибернации – энергосберегающем режиме систем организма, позволяющем сохранять содержимое памяти и его функциональность после активации.

Казалось странным, но такого отсека с низкотемпературными капсулами он не нашел, сверился со схемой – не указано, решил проверить медицинский центр. Но и там не обнаружил того, что искал, в принципе установка на корабле таких систем – дело несложное, но требующее времени. Пришлось сообщить командующей флотом. Та отнеслась к проблеме с пониманием и тут же дала команду на монтаж соответствующей инфраструктуры в соответствии с числом спасаемых, и даже с запасом.

– Капитан, необходимую инфраструктуру смонтируют за двадцать часов, если возникнут еще вопросы, обращайтесь.

– Вы не будете возражать, если в полет я возьму свой экипаж?

– В этом вопросе поступайте так, как считаете нужным. Когда планируете старт?

– Думаю, через сорок часов с этой минуты.

– Хорошо, работайте, жду план полета.

Сорок часов небольшой промежуток времени, а сделать нужно многое. Работы уже велись, подходили заправочные фермы, обычные двигатели должны на чем‑то работать, запитывались энергетические накопители, загружалось продовольствие. Что касается продовольствия, то не в тех объемах, что раньше, в меньших, и более всего из‑за человеческой привычки. Да и орган такой, как желудок, у кибдиго имелся и требовал материал для переработки в энергию.

Корабль готовился к походу. Новиков собрал экипаж в рубке вместе с капитаном, он летал как заместитель командующего, и у него на корабле был капитан. Экипаж выслушал его и после некоторого молчания согласился лететь в этот необычный рейд, скорее не потому, что жаждал приключений, а просто хотелось вернуться домой, в родную галактику, хоть ненадолго. Экипаж ушел собирать вещи и перебираться на новый корабль, а Новикову предстоял разговор с капитаном Фу‑Линь.

– Фу‑Линь, мы с тобой прошли много боев, и ты во всех показал себя с лучшей стороны. Министр предложил мне отправиться в рейд в качестве капитана, я согласился, предлагаю тебе лететь со мной первым помощником.

– Для меня честь воевать с вами в любой должности и в любом звании, я согласен летать в качестве первого помощника.

– Спасибо, у нас особая миссия, не только испытать новый двигатель, но и эвакуировать наших с планеты Крет и Дакус. Если с первой более‑менее понятно, мы знаем, что нас там ждет, то с Дакусом большой вопрос. Займись экипажем и обустройством на новом корабле, осмотрись сам и распредели экипаж, времени на раскачку нет, через тридцать восемь часов стартуем.

– Слушаюсь, капитан.

На связь вышел сам президент Светлов, при его занятости такое внимание дорогого стоит.

– Капитан, как дела?

– Корабль стартует по расписанию, необходимое оборудование для эвакуации смонтировали.

– Хорошо, к тебе сейчас подойдут дипломаты на смену послу Тонга, и если потребуется, на планете Дакус тоже оставишь.

– Слушаюсь, господин президент.

– Удачи тебе, капитан.

Время пролетело быстро, корабль оборудовали всем необходимым, и наступило время старта. Новиков осмотрел рубку, навигационные приборы, пилоты находились на местах, операторы отслеживали работу систем корабля. Профессор Сложнин колдовал у пульта гиперпространственного двигателя, в отсеке с двигателем находиться нельзя даже кибдиго, очень фонит различными излучениями.

– Постам и службам доложить о готовности корабля к старту!

Пошли доклады о готовности: системы корабля работали без сбоев.

– Профессор, как обстоят дела с двигателем?

– Все нормально, капитан, буду готов его задействовать, как только потребуется.