Ментальная кухня 2 (СИ) - Злобин Максим - Страница 48

Но! Абсурд всегда заканчивается там, где начинаются деньги. Точнее даже не сами деньги, а процесс их зарабатывания. Бизнес, если переиначить. Так что та ситуация, в которую я сейчас попал, она ведь… она не может происходить. Она невозможна чисто технически.

— Думаем, — пробубнил я про себя, вышагивая туда-сюда по пирсу.

Обязательно держим в уме, что люди не дураки, и начинаем разгонять:

Есть некая пивоварня. Она хочет торговать пивом. Чтобы торговать пивом успешно и зарабатывать на этом, нужно варить хорошее пиво, а нехорошее не варить. Логично? Логично. Понятное дело, что в линейке у отечественных заводов обязательно должна быть бурдинушка для непритязательной, так сказать, публики. Стоимость этой бурдинушки обязана быть как можно меньше, а градусов в ней должно быть как можно больше. И ещё этикетка, как точка паритета — минималистичная, мрачная, а в идеале чёрная, как смоль. Ну… чтобы подчеркнуть серьёзность и основательность напитка. Вот только причём здесь я⁈

У меня ведь тут наоборот лухари! И моим гостям даже на спор не придёт в голову бахнуть баночку «Охоты» или чего-то подобного!

Так… Опять эмоции захлестнули; опять от главного ушёл. А остановился я на том, что пивоварня себе не враг. И когда некий Василий Каннеллони предлагает прорекламировать её продукцию на широкую, хорошую, добрую, платёжеспособную публику, то пивоварня должна привезти ему самое лучшее. Чтобы подсадить людей на свой пивас, что вполне логично.

— О! — крикнул я. — Гио!

Покусанный собаками человек-грузин хоть и был освобождён от работы, а всё равно который день отирался на пляже. Не, нуачо? В хорошей компании, сытый, искупавшийся, и до Сидельцевой рукой подать.

— Будь другом, сгоняй до магазина, а? — попросил я и тут же перевёл ему на карту денежку. — Купи что-нибудь с Волковской пивоварни, бутылочек десять.

«За нОги» Гио развёл меня на мороженное и потопал прочь с пляжа, а я продолжил думать. Итак, путём нехитрых вычислений было установлено, что руководство пивоварни не могло принять решение выстрелить себе в ногу и отправить мне эту гадость. Так что же тогда случилось на самом деле?

Попробую смоделировать эффект «вжуха» не прибегая к ментальным техникам.

Итак, начнём с того, что откуда-то это дерьмо вообще появилось на свет. Кто-то его сварил. Сварил, попробовал, чуть было не протошнился и понял, что такой косяк грозит в лучшем случае увольнением. Затем, — вжух, ага, — этот кто-то оббежал всех своих корешей на заводе и посулил вознаграждение тому, кто незаметно спихнёт эту дрянь. Чисто технически, продажники могут отдать товар бонусами или подарками, — у пивоваренных компаний это обычная практика. Так что всё возможно.

Но едем дальше! Наверное, я сейчас пропущу несколько звеньев цепочки, но итог всё равно один. Ушлый Андрюша прознал о грядущей сделке с «Загородным клубом Каннеллони», сложил два и два, и решил сделать то, что решил. По доброте душевной или за деньги — тут уж мне неведомо, да и насрать.

Итог:

Проблема решается проще простого. Мне всего лишь нужно достучаться до руководства Волковской, минуя все-все-все отделы, в которых сидят наёмные, так-себе-замотивированные в процветании пивоварни сотрудники. Стоит кому-то из главных узнать, что творится у них под носом, и абсурд тут же закончится.

— Ита-а-а-ак, — протянул я.

Затем достал телефон и начал искать в сети информацию о владельцах пивоварни. Нашёл.

— Да ну на-а-а-а, — улыбку сдержать не получилось…

Оказалось, что Волковская пивоварня принадлежала не кому-нибудь, а самому Колокольцеву Константину Ивановичу — губернатору города. Вот только связи у меня с ним, понятное дело, не было никакой. Единственный вариант: позвонить в приёмную и сказать, что я тот самый человек, который на день города своим ризотто обеспечил Константину Ивановичу крепкую эрекцию. Зачем звоню? Ну… как? Поболтать о том, да о сём. Узнать что нового, сплетенками поделиться.

Короче говоря — не вариант. И пришлось мне добираться до губера окольными путями.

— Ну как?

— М-м-м… ну да, интересно. Умеренное такое охмеление. Без перебора, но чувствуется.

— Ох, Игорь Игоревич, а вы знаток! В бутылке действительно плавала шишка хмеля.

— Ну я же говорю.

— М-м-м, — тут я сам сделал глоток после княжича. — Банный такой вариант, да? Прямо вот выйти из парилки и залпом половину кружки осушить.

— Точно!

— Ага. А теперь попробуйте вот это.

— Пфуй! — Волконский вытаращил глаза. — Это что вообще такое⁈ — видимо даже подумал сперва, что я решил его отравить. — Это пиво⁈

— По мнению господ с Волковской пивоварни… да. Первый вариант, кстати, тоже их производства. Только тот бутилированный и доступный к свободной продаже, а вот эта вкуснятина эксклюзив специально для нас.

— Нельзя этим торговать, — сказал как отрезал Игорь Игоревич.

— Согласен, — кивнул я. — Специально для этого я и пригласил вас на дегустацию. Дело в том, что…

Тут я поспешил ввести Волконского-младшего в курс дела. Ничего не утаил и нигде себя не выгородил; выдал всё именно так, как оно и было на самом деле.

— А почему отцу не набрал? — спросил меня в конце концов Волконский.

— Действительно, Его Светлость оказал мне столь высокое доверие и сообщил свой личный телефонный номер. Но, боюсь, если я буду дёргать человека его уровня по поводу каждой пивной поставки, мне не удастся долго пробыть у него в соучредителях.

Вот ведь! Как же у меня всё-таки лексика меняется в зависимости от собеседника. Могу, блин! Умею! Чёрт, да я же буквально создан для этого мира! Точнее, для аристократической его части. Поскорее бы уже в графы, а?

— Резонно, — кивнул Игорь Игоревич. — Но чем могу помочь я?

— Дело в том, Игорь Игоревич, что вышеозначенная пивоварня принадлежит Колокольцеву. А у Колокольцева есть дочь примерно нашего с вами возраста, и я взял на себя смелость предположить, что вы знакомы.

— Знакомы, — вздохнул княжич.

И мне вдруг аж холодно стало. Стихийные маги — они ведь такие, и Игорь Игоревич не исключение. Иногда на эмоциях могут неосознанно магию врубить.

— Во что ты меня втягиваешь, Каннеллони, а? — ухмыльнулся княжич. — Бывшей звонить? Ещё и первым?

Вот-это-поворот! Но заднюю уже не дашь; поздняк метаться.

— Не знал, Игорь Игоревич. Однако всё равно прошу вас сделать это для нашего общего дела. В конце концов, вы тоже заинтересованы в успехе нашего скромного предприятия. Пляж в том числе принадлежит и вам.

— Да знаю я, — княжич принялся вертеть в руках покрытый инеем телефон.

— Прошу, Игорь Игоревич. Негоже тревожить по таким мелочам целого князя и целого губернатора.

Волконский-младший посидел. Подумал. Повздыхал. По логике вещей, меня сейчас ожидал отказ, но… лишь по поверхностной логике.

Не знаю что такое сейчас произошло, но у меня, по ходу, началась какая-то профдеформация менталиста. Я безо всякой магии прямо по глазам прочитал, что княжич ломается лишь для проформы, а сам как будто бы рад. Как будто бы ждал удобного повода набрать Колокольцевой.

Так! Секунду! Домыслы и чтение по глазам — это прекрасно, но добавим чутка аналитики. Если я правильно всё помню и понимаю, то во время вечеринки «El Baion» на пляже княжич был со спутницей. Предположительно, с Колокольцевой. Там же и тогда же он воспылал чувством к своей спасительнице Стасе. На этой почве, — видимо, — разошёлся с дочерью губера, но Стася оказалась замужем и теперь…

Ну да, сходится.

И как оно удачно всё совпало-то, а? Днём раньше нихрена бы у меня не получилось.

— Ладно, — сказал он наконец. — Только ради общего дела, — и сделал звонок…

Проблема была улажена. Дети больших дядей решили всё меж собой, не вмешивая в дело отцов; очень просто, элегантно и без какого бы то ни было сопротивления. Бородатый чёрт Андрей оказался повержен, договор расторгнут в пользу нового, а отвратительное пойло отправилось на утилизацию. Но! Если бы всё закончилось так просто и банально, у меня бы осталось чувство недосказанности. Незавершённости. И зная себя, я бы себя потом за это загрыз, — ведь не каждый день выпадает возможность прижать директора пивзавода, который кается и полностью признаёт свою вину. С этого обязательно нужно что-то поиметь!