Ментальная кухня 2 (СИ) - Злобин Максим - Страница 43

— Так там ведь не бывает никого и никогда, — возразил Карпов.

— Бывает, Серёг, бывает. Подростки там бухают, и дети совсем малые лазают, стреляные гильзы собирают. Сверху сказали обязательно проверить.

— Ну пойдём…

Карпов нацепил кобуру, быстренько зашёл за Греттой и уже через полчаса был на месте. Барсений облокотился на кирпичную стену полуразрушенного домика, где раньше выдавали стрелкам оружие, прикурил сигарету и начал ждать. Зданий на территории стрельбища было не так уж много, и в первую очередь мужики решили поискать именно здесь.

Хотя… Карпов был уверен, что искать нечего. Хулиганство это всё, херня и блажь.

Итак. Барсений прикурил, а Серёжа отстегнул Гретту с поводка и принялся кастовать. Точно так же, как и Стася Витальевна, голосовым командам анималист предпочитал объяснить животному его задачу при помощи магии.

Однако тут…

— Гр-р-р-р, — зарычала Гретта, глядя в сторону посадок.

И как будто бы стряхнула с себя магическое воздействие, — буквально шлёпнула хозяину по рукам.

— Чего это с ней? — насторожился Барсений.

— Не понимаю.

И действительно. Серёжа сейчас не понимал абсолютно ничего. Только чувствовал, что его служебная овчарка постепенно приходит в ярость. Не боится, а именно что бесится. Как будто бы не было долгих лет дрессуры и жизни среди людей. Гретта закипала изнутри, превращаясь в дикое животное.

— Гр-р-р…

И наконец:

— РАФ! — Гретта залилась лаем и сорвалась с места…

— РАФ! — далёким эхом докатилось до нас с той стороны стрельбища.

А значит, сработало всё-таки. Значит, Гретта взяла след, и оборотни правда действуют на собак подобным образом.

— Гио, — улыбнулся я. — Беги.

— Уф, твою мать…

И без того большой и грузный, Пацация был небольшим любителем бега. А уж сейчас, когда его руки, ноги и задница были на всякий случай обёрнуты несколькими слоями скотча и поролона, а на голову надет мотоциклетный шлем, так и тем более.

— Что б я ещё раз, — проворчал насквозь потный Пацация, неуклюже пробегая мимо меня. — Уф, с-с-с-сука, уф…

И тут, наверное, нужна небольшая предыстория.

Ещё вчера вечером мы с Агафонычем закинули удочку и домотались до Гио насчёт его дара. Ведь я прекрасно помню ту сцену у «Грузинского Дворика», когда он чуть было не убил человека за хинкали. И помню, что в тот самый момент он под влиянием дара «обратил» кусочек мозга.

И мне было очень интересно, может ли он контролировать этот процесс и обращать что-нибудь другое.

Гио стеснялся, Гио ломался, Гио пытался уйти от ответа, но в итоге всё-таки сдался. Да, действительно. Оказалось, что он умел частично становится оборотнем — огромным, злющим и сверхъестественно сильным антропоморфным волчарой. А под «частично» подразумевались… уши.

— Уф, твою мать… уф, с-сс-с-сука…

Жаль, что под шлемом сейчас не видно. Гио умел отращивать себе длинные волосатые острые уши, чем ни разу не гордился. Ну хотя бы потому, что в этом своём амплуа он выглядел максимально ржачно. Такой… бодипозитивный полуэльф-полугрузин.

— Уф… Уф… Уф…

— РАФ! — раздалось тем временем ещё ближе. — РАФ! РАФ! РАФ!

Кусты зашуршали, и на поляну выскочила Гретта. Отлично! Теперь всё зависит от меня, а я вообще-то тренировался! Причём не только на Санюшке, и не только дротиками! Кажется, я теперь через эту трубку могу белке в глаз со ста метров харкнуть…

— Тьфу! — выдохнул я.

Первый же дротик лёг под нужным углом и угодил в собаку. Гретта тут же запнулась и остановилась. Продолжила рычать, но теперь шаталась будто пьяная, а я тем временем уже выскочил из кустов по направлению к ней.

Пока бежал овчарка окончательно потеряла сознание, я вырвал транквилизатор, — замёл следы, так сказать, — и таким же лосём ломанулся обратно. Пацация тем временем окончательно выдохся и стоял, уперевшись ладонями в колени. И всё вроде бы шло по плану, но тут:

— Тяф-тяф-гаф-гаф-урррр-раф!

— Да ну нах**! — с детской обидой в голосе закричал Гио, резко выпрямился и снова побежал.

Откуда ни возьмись, с другой стороны поляны выскочила целая собачья свадьба. Псов, наверное, пятнадцать-двадцать. Никто из этих дворовых метисов даже близко не дотягивал до размера Гретты, но их всё равно было дохрена. А дротик у меня… как бы… один…

— Беги, Гио! — крикнул я. — Беги!

— Уф, сука… Уф, нахер…

— Там дальше забор должен быть!

— Спасибо за заботу, Вась! — ответил Пацация. — Ты настоящий друг! — и что-то мне подсказывает, что это была ирония. — Уф, твою мать… Уф…

Нет, я бы помог. Честно!

Но… как?

Бежать за Гио и пинать собак? Я не могу пинать собак! Я их люблю, вообще-то!

Ладно, я уверен, что Пацация выкрутится. Мальчишка он взрослый, не из такого дерьма выкарабкивался. Опять-таки криминальному авторитету рога ежедневно наставляет, что гораздо опасней каких-то там шавок.

Моя же роль в сегодняшнем спектакле отыграна. Да притом с блеском! Ай да Вася, ай да снайпер! Поклон, аплодисменты, можно уходить.

Сквозь кусты я ломанулся прочь от поляны. Туда, где меня уже ждал Ержан. В момент сбора команды я подумал, что пора бы братьям-казахам тоже начинать участвовать в наших весёлых стартах. Так что вот…

Ержан ждал меня уже в образе. Вот только не шаолиньского монаха. Сейчас он был одет в старенький дождевик, резиновые сапоги и кепку, а в руке крепко сжимал пустое вязаное лукошко. То, что лукошко пустое — это, кстати, очень важная деталь. Ведь то, что дебил-грибник вышел в лес по такой сказочной погоде, да ещё и в начале лета, это не странно. Хобби у него такое, да и вообще — он же дебил. А вот если бы он при таких вводных чего-то нашёл, тут стоило бы и насторожиться.

Ну да ладно. Ждём…

— Какого чёрта⁈ — раздался крик Серёги Карпова где-то вдали.

— Ну всё, — я похлопал Ержана по плечу. — Пошёл-пошёл.

— Гретта⁈ — заорал МЧСник дурным голосом. — ГРЕТТА⁈

И почти тут же:

— Э-э, братан! Чо случилось⁈

— Пошёл вон!

— Братан, да я помочь хочу! Собаке плохо что ли⁈

— А ты не видишь⁈

— Э-э-э, братан, хватай её скорее и за мной! У меня тут неподалёку братишка работает в ветеринарке!

— Правда⁈

— Да правда-правда! Давай уже, быстрее! Совсем ей плохо по ходу!

В шкафу было темно и душно. Пахло растревоженной пылью, аптекой и женскими духами. Но о духах чуть позже.

— Это, блин, инфаркт! — услышал я крик Мансура. — Готовьте операционную! Быстро-быстро! А вы, братан хозяин, давайте-ка в коридор!

— Но… Гретта…

— Сделаю, что смогу! Клянусь! Давай-давай! Мне эта… стерильность нужна! А ты одна бактерия ходячая, так что на выход!

— Но…

— На секунды счёт, чо непонятно⁈

Мансур сегодня вообще красавчик; играл как бог. Ну а если подумать, то кому ещё играть-то? Миша занят меню, Санюшка отходит от транквилизаторов, Гио сейчас вообще непонятно где, а нас с Агафонычем товарищ Карпов видел вчера на пляже. Нет… братьев Байболотовых он тоже видел вчера на пляже, но-о-о-о… не буду, пожалуй, разгонять эту тему. Говорят, мы для азиатов тоже все на одно лицо.

— Давай-давай!

Загремели какие-то инструменты, затопали ноги, а потом дверь закрылась и провернулся ключ в замке. Мансур выждал несколько секунд и сказал:

— Вылезайте, он ушёл.

Отлично.

Я вылез из шкафа и оставил дверцы нараспашку, чтобы Жоржетта случайно не задохнулась. М-м-м-м, Жоржетта! Одно имя чего стоит! Местная ветеринарша выглядела, как влажная мечта подростка. Стянутые в тугую дулю чёрные волосы, непослушный локон страсти на лбу, большие круглые очки, красные от помады губки, крупная родинка на щеке. А ещё роскошный бюст, утянутый белым халатом и ноги. Такие… медсестринские! Иначе и описать не могу.

— Вот это краля, — в очередной раз сказал Ержан, едва не захлёбываясь слюной.

Но руки распускать не смел!

Мы об этом предупредили сразу.